Она снова подплыла ко мне.
— Конечно, можно, — сказала она. — Шелл, набери побольше воздуха и обними меня.
Я набрал полную грудь воздуха и почувствовал, как ее руки обвились вокруг меня. Я крепко прижал к себе ее скользкое тело, ощущая каждое его движение и атласную гладкость ее кожи. Вода сомкнулась над нашими головами. Призрачный свет пробивался под воду, и я различил открытые глаза Элен, когда она слегка отклонилась от меня.
Ее пальцы нежно ласкали мою спину, руки, все тело. Затем, оттолкнувшись от моей груди, она отплыла в сторону и, изогнувшись, взмыла вверх. Сияющие на солнце брызги обозначили место, где она всплыла, вдыхая воздух. Ее тело казалось невесомым, когда она вновь нырнула в глубь, изящно разведя руки. Она была нимфой или наядой, очаровательной и почти нереальной богиней водной стихии и античных мифов.
Я тоже устремился вверх, чтобы набрать воздуха, и опять нырнул к Элен. Она следила за мной, слегка двигая руками, чтобы удерживаться на месте. Казалось, она лежит на спине в нескольких ярдах от меня на незримой подушке, слегка опустив стройные длинные ноги. Казалось, мы парили в пространстве, в смутном сиянии воды. Я снова почувствовал прикосновение ее рук и податливость ее тела. Ее ласки были то нежными и едва отличимыми от прикосновений прохладной воды, то жесткими и властными — однажды я даже ощутил укол ее острого ноготка.
Снова взмыв вверх, она поплыла в дальний конец озера, и я последовал за ней. Достигнув берега, она вышла из воды и, стоя на зеленой траве, ждала меня. Ощутив под ногами мягкий грунт, я зашагал к ней. Солнце очертило контур ее тела, покрытого капельками воды, сверкавшими в его лучах. Я потянулся к ней, наши руки сплелись, и губы сомкнулись в апофеозе игр и ласк. Время остановилось, пока мы стояли, крепко обнявшись. Я чувствовал горячее солнце на сомкнутых веках. Наши сердца бились в унисон. Медленно, не прерывая поцелуя, мы опустились на прибрежную траву, не прячась от солнца, которое медленно клонилось к горизонту.
Потом мы долго беседовали. Я рассказал Элен, что вырос в Лос-Анджелесе, в свое время отправился на войну во имя решения мировых проблем, как и подобает настоящему мужчине. Она, в свою очередь, поведала мне о своем детстве в маленьком городке штата Колорадо, об участии в школьном драматическом кружке и как ее потом нашел театральный агент. Устроившись поудобнее на траве, она продолжала:
— А потом была проба в кино, и я получила роль. Затем — несколько мелких ролей на киностудии «Парамаунт», но дальше этого дело не шло. И тут Дженова предложил мне главные роли в «Женщине из джунглей» и «Девушке из джунглей»...
— Обещаю главную роль в моем фильме, когда начну снимать.
— Да? Ты собираешься снимать фильм?
— Нет.
— Спасибо и на этом, — сказала она, оглядывая свое тело. — Пожалуй, надо поостеречься, чтобы не сгореть на солнце.
— Оденься, тогда не сгоришь. Небольшой солнечный ожог не страшен, просто сойдет кожа. — Я улыбнулся. — Кажется, моя спина уже шелушится.
Она рассмеялась:
— Твоя спина? Мне казалось, что я тебе не нравлюсь. Я уже начала беспокоиться, что утратила привлекательность.
— Ну, это совершенно напрасное беспокойство.
— Ты рад, что пришел... купаться?
— Это явно риторический вопрос.
— Я думаю, что мы отличные пловцы, — сказала она серьезно.
— Согласен. Но если ты не оденешься, нам снова придется плавать.
Она расхохоталась, вскочила и побежала к воде. Я тоже встал, не зная, что делать, но она крикнула:
— Оставайся на берегу. Я вся в траве. — Проплыв несколько ярдов, она вернулась и вышла из воды. — Посмотри, Шелл. Похожа я на Септембер Морн, звезду фильмов о пловцах?
— Септембер Морн одевалась гораздо скромнее. И потом, она мне никогда не нравилась.
Элен вышла из воды.
— Держись подальше от меня. Мне пора на съемки.
— Где твоя одежда?
Она усмехнулась:
— Вон там, в кустах. Пойду оденусь.
Я взглянул на противоположный берег озера, где оставил за валуном свою одежду, и усомнился, смогу ли я доплыть туда.
Элен проследила за моим взглядом и сказала:
— Встретимся там, Шелл.
— Хорошо.
Она исчезла в кустах, а я смотрел на водную гладь, которая по размерам напоминала озеро Мичиган. Когда же я вошел в воду, озеро и вовсе показалось мне Атлантическим океаном. Я подумал, что надо бы бросить курить или что-то еще.
Примерно через тридцать ярдов я перешел на «собачий» стиль. Печально, если я застряну здесь и утону. Будь что будет. Говорят, это не такая уж плохая смерть.
Наконец, взбрыкнув ногами, я решил плыть дальше, и тут перед самым моим носом возник небольшой водяной фонтанчик, и я услышал какой-то громкий щелчок. Странно, подумал я, звук напоминает ружейный выстрел, а фонтанчик — след от пули в воде. Очень странно. Что это, ухищрения охотников? На что же они охотятся, на рыбу? Взглянув направо, я понял, что объявлен сезон охоты на Шелла Скотта. Вот, значит, какая дичь их интересует.
Их — то есть двоих мужчин на краю озера справа от меня, примерно в сорока футах. У одного из них был в руке пистолет, но на расстоянии в сорок футов пистолет меня не волновал. Гораздо больше беспокоил парень с винтовкой. Я увидел, как он приладил ее к плечу и повел стволом в мою сторону. Я понесся вперед, как ураган, выпрыгивая из воды почти по пояс и работая руками, как пропеллер.
Даже сквозь громкие всплески воды я расслышал пронзительный звук винтовочного выстрела и почувствовал ожог на спине. Признаюсь, я чуть не потерял сознание. Человек, сидящий на берегу, посылает пулю за пулей тебе вдогонку — может ли быть зрелище, более бессердечное? Ведь этак можно и убить.
Я приближался к берегу, и эта парочка побежала вокруг озера туда, где я должен был выйти из воды. На секунду я растерялся, не зная, что делать. Сначала лысый коротышка, а теперь вот эти двое убийц. Кому-то очень хотелось покончить со мной. На этот раз он может преуспеть, если я быстро чего-нибудь не придумаю.
Несколько секунд у меня в голове была полная сумятица, но вдруг откуда ни возьмись перед глазами возникло видение соблазнительного тела Элен, исполнявшей акробатические фигуры под водой, и мне стало ясно, как можно отделаться от этих парней. Глубоко под водой они меня не увидят. Но когда-то ведь все равно придется всплыть, и, если я всплыву рядом с ними, в моем черепе немедленно появится дырка.
Боковым зрением я следил за двумя типами, бегущими по берегу справа от меня. Один из них остановился, опустился на колено, и я понял, что он целится в меня. Я не успел нырнуть, и вся надежда была на то, что парень промахнется еще раз. Я развернулся налево и сделал три мощных гребка к дальнему берегу под углом к тому месту, куда я направлялся вначале. За эти короткие две секунды я мысленно с десяток раз ощутил пули, вонзающиеся мне в спину. К счастью, в действительности этого не произошло, хотя я и услышал звук выстрела и визг пули, рикошетирующей от воды. Набрав побольше воздуха, я нырнул. Глубоко под водой я развернулся назад и что было сил поплыл к той самой точке, где я только что видел охотящуюся за мной парочку. Если они побегут к дальнему берегу, я спасен — при условии, что дотяну до берега. Однако прочь сомнения, я должен дотянуть.
Я плыл с открытыми глазами, не позволяя себе высунуться из воды, чувствуя, как нарастает давление в ушах и усиливается звон в голове. Я греб руками изо всех сил и отчаянно работал ногами — но пока еще не чувствовал под собой дна. Давление воды ощущалось все сильнее, и я испытывал сильную головную боль, вызванную недостатком кислорода в легких. Мои силы были на исходе, но и берег должен быть уже близко.
Наконец-то мои пальцы коснулись дна озера и я увидел, как в тумане, что глубина здесь составляет всего четыре-пять футов. Я сделал еще один мощный гребок руками, нащупал ногами илистое дно и, поднявшись во весь рост, устремился вперед.
Оглядываться по сторонам времени не было, я должен был бежать, бежать сломя голову — от этих двух негодяев или прямо на них. Главное, не дать им возможность удобно устроиться на противоположных сторонах озера и начать соревнование, кто первый меня подстрелит.