Закладывались основы урожая будущего года. Помню, в одном из плакатов был такой стихотворный призыв:
Верно было подмечено. На тех полях, где зябь вспахали в ранние сроки, и урожай получили выше.
Вот почему мы постарались завершить вспашку всех площадей, предназначенных под посев яровых будущего года, до начала сентября.
Целина 1956 года. В памяти встают волнующие картины огромной битвы за хлеб. Степь буквально гудела от тысяч комбайновых и тракторных моторов. По дорогам к элеваторам и приемным пунктам тянулись длинные вереницы машин с зерном нового урожая.
Хлеб уродился просто на славу. И дело не только к благоприятно сложившихся погодных условиях. Они, конечно, сыграли свою положительную роль, но главным фактором явилась все же целинная агротехника, или, как указывает в своей книге воспоминаний Леонид Ильич Брежнев, «разработка системы ведения хозяйства с учетом местных особенностей каждого колхоза и совхоза, наилучшее использование земель и сохранение плодородия почвы».
Хлеб пятьдесят шестого… Мне кажется, что я сейчас ощущаю на ладони вес крутобокого, словно налитого янтарем, колоса. Как мы радовались тогда, подъезжая к любому полю! На иных пшеница поднималась выше пояса. Помню, бросал агроном на стебли свой белый чесучовый пиджак, а они даже не прогибались, упруго держа тяжесть. В колосе, когда его разминали, набиралось 40 и более зерен. Мысленно прикидывали: это уже наверняка больше ста пудов с гектара.
Но крестьянская мудрость гласит: «Не тот хлеб, что на полях, а тот, что в закромах». Перед нами стояла задача исключительной государственной важности — убрать с целинных полей все, что с таким трудом было выращено.
На целину пошла мощная уборочная техника. В Адамовском районе, куда входил наш совхоз, к жатве было подготовлено 3,5 тысячи тракторов и комбайнов, 500 лафетных жаток, около двух тысяч автомашин. Чтобы оказать целинникам помощь в уборке богатого урожая, с промышленных предприятий прибыло больше 10 тысяч рабочих.
Район пересмотрел ранее принятые обязательства. Вместо 11 миллионов 200 тысяч пудов решено было отправить в государственные закрома 25 миллионов пудов целинного хлеба.
Во всех хозяйствах, в том числе и в нашем совхозе, прошли открытые партийные собрания. На них состоялся принципиальный разговор о том, как с высоким качеством убрать большой хлеб.
Комсомольцы совхоза обсудили и горячо поддержали Обращение ЦК ВЛКСМ, опубликованное в центральных газетах 24 июня 1956 года. В нем говорилось:
«Никогда еще в восточных районах страны хлеб не убирался с такой огромной площади».
И подчеркивалось:
«А собрать его нужно быстро и без потерь. ЦК ВЛКСМ считает, что комсомольские организации могут послать в районы целинных и залежных земель на помощь своим товарищам сроком на два месяца 200 тысяч юношей и девушек».
И снова целина встречала посланцев Ленинского комсомола. Убирать урожай только к нам в Адамовский район приехало более 4000 парней и девчат из Москвы и Ленинграда, Ростова и Куйбышева, Татарии и Узбекистана.
Целинники трудились поистине самоотверженно.
Каждый день газеты называли имена новых героев.
Никакие нормы не могли устоять перед натиском и энергией энтузиастов.
Вот хроника тогдашних рекордов на уборке.
Григорий Кикот из совхоза «Адамовский» доводит выработку до 60 гектаров в день.
Предел?
Степан Шеркунов из совхоза «Комсомольский» доказывает, что техника в умелых руках способна на большее — убирает за день 75 гектаров.
Потолок?
В спор рекордсменов вступает Сергей Лычагин из нашего совхоза «Восточный». Сутки работает — и всю целину облетает весть: выработка доведена до 90 гектаров!
Даже сейчас такие показатели на жатве внушают особое уважение. Но разве можно сравнивать нынешнюю технику с той, что работала на полях тогда? Комбайнов было много прицепных, а значит, успех зависел от синхронных действий тракториста и комбайнера. Да и технические возможности тогдашних степных кораблей не идут ни в какое сравнение с «Нивами» и «Колосами».
Нужно было обладать недюжинной выдержкой, неиссякаемым трудолюбием, чтобы на такой технике добиваться результатов, которые любому механизатору делают честь и сейчас.
Била ключом творческая инициатива целинников. Вот сейчас широко взято на вооружение групповое использование техники — ипатовский метод. А я смело могу сказать: начало ему положено еще на целине. Много писалось тогда о шофере Г. Гневашове. Он вывозил зерно из совхоза «Комсомольский». Вот уж был новатор! Это по его предложению в хозяйстве организовали первое, по сути дела, комплексное звено по уборке урожая. В него вошли два комбайна и автомашина. Комбайны убирали хлеб на одной загонке, а Гневашов на грузовике отвозил зерно сразу от двух. Причем загрузка кузова шла прямо на ходу.
Решающим фактором соревнования становилась сила личного примера. Однажды увидел я на полевом стане, что ребята как-то особенно внимательно рассматривают свежий номер областной газеты. Поинтересовался, что же там напечатано. Мне показали статью «Подвиг комбайнера». Прочитал ее, что называется, залпом и ронял, что именно взволновало ребят.
В заметке рассказывалось о комбайнере Кинделинской МТС Сергее Степановиче Тертичном. Стал комбайнером еще в 1936 году. В 1942 году добровольцем ушел на фронт. Через два года попал в госпиталь. Перенес пять сложных операций. Но и самые искусные хирурги ничего не могли поделать с раздробленной снарядом ногой. Домой Тертичный вернулся на костыле.
Ему предлагали «легкую работу», а он, несмотря на категорические возражения врачей, снова становится комбайнером.
Легко ли было Тертичному под палящим солнцем выстаивать на мостике, да еще на костыле, по 14—15 часов в сутки? А в то памятное лето Сергей Степанович убрал 1016 гектаров хлебов и намолотил свыше 14 тысяч центнеров зерна.
— Равнение на Тертичного! — это был едва ли не самый популярный в то время трудовой девиз.
Сергей Лычагин… О нем я уже рассказывал. Жатва 1956-го раскрыла его характер. В разгар подготовки к ней заглянул он ко мне и решительно сказал: «Думаю тоже взять комбайн». Я было возражал: «У бригадира и так дел невпроворот, руководи другими». Но он настаивал: «Буду с ребятами на одной загонке работать — так руководить легче». В конце концов согласился: что же, пусть рабочее место передового бригадира будет на мостике комбайна.
Потом Сергей сообщил мне доверительно: «Хочу с Тертичным потягаться». Этот его замысел я одобрил. Если уж соревноваться, то безусловно с сильнейшим. Предупредил: «У Тертичного опыта больше, нелегко будет соперничать на равных». Сергей улыбнулся: «Вот на его опыт и обопрусь. Я в газетах почитал, как он убирает. Здорово, слов нет, но кое-что можно и улучшить». Я давно заметил в Лычагине эту способность широко мыслить. И на этот раз он не изменил себе. Вместе с помощниками Сергей разработал своего рода детальный график — схему высокопроизводительной работы агрегата из расчета круглосуточной эксплуатации комбайна.
Убирать было нелегко. Не хватало запчастей. Комбайны приходилось ремонтировать в примитивных полевых условиях. Выработка во многом зависела от технического состояния буксировавшего комбайн трактора.
Но мне всегда нравилось, как в дружном коллективе Сергея Лычагина относились к технике. Уж так тщательно за ней ухаживали! В иных бригадах подчас недоумевали: быть того не может, что лычагинские комбайны ни минуты не простаивают, просто начальство не хочет простои показывать, дабы знатного бригадира не позорить.