Чиркнула спичка и возник свет. Крест зажег фонарь, и в ореоле света Бодряк увидел тощую фигуру, сжимавшую в другой руке гоннилду.
Что-то забытое, выученное Бодряком в молодости в страже, всплыло в памяти. Если вы вынуждены смотреть вдоль древка стрелы с неправильного конца, если человек держит вас на мушке исключительно из милости, то остается надеяться изо всех сил, что это злой человек. Потому что зло это власть, власть над людьми, и они хотят видеть вас в страхе. Они хотят знать, что ты должен умереть. И потому они будут говорить. Они будут злорадствовать.
Они будут наблюдать, как ты корчишься от страха.
Они будут растягивать миг убийства, как некоторые люди растягивают сигару.
И потому надейтесь изо всех сил, что ваш захватчик злой человек. Хороший человек будет убивать вас без единого слова.
И тут, захлестнутый всепроникающим страхом, он услышал, что Морковка встает.
«Доктор Крест. Я арестовываю вас за убийство Бьорна Заложи-Молоток, Эдварда с'Мерть, клоуна Фасольки, Леттиции Ханжи и констебля Жвачки из Городского Дозора.»
«Бог мой, всех этих? Боюсь, что это Эдвард убил брата Фасольку. Это было его собственной идеей, маленького придурка. Он сказал, что не предполагал этого делать. И как я понимаю, что Заложи-Молоток был убит случайно. Нелепый несчастный случай. Он ковырялся везде, заряд загорелся и пуля, отлетев от наковальни, убила его. Так рассказывал Эдвард. Он приходил ко мне после случившегося повидаться. Он был чрезвычайно потрясен. Он все выложил, как вы понимаете. И потому я его убил. Ну а что я еще мог сделать? Он был совершенно вне себя. Нельзя иметь дел с подобной личностью. Могу ли я предложить вам сделать шаг в сторону, государь? Я предпочел бы не стрелять в вас. Нет! Только не это!»
Бодряку казалось, что Крест спорит сам с собой. Гоннилда яростно прыгала в его руке.
"Он мечтал. " — сказал Крест. — «Он сказал, что гоннилда убила Заложи-Молоток. Я сказал, что это был несчастный случай! А он сказал нет, не несчастный случай, а гоннилда убила Заложи-Молоток.»
Морковка сделал еще один шаг вперед. Крест казалось полностью погрузился в свой собственный мир.
"Нет! Гоннилда убила и девушку-нищенку! Я не убивал!
Зачем бы мне делать такое!"
Крест сделал шаг назад, но гоннилда вздыбилась навстречу Морковке. Бодряку показалось, что та движется по своему усмотрению, как животное нюхая воздух…
"Ложись! " — прошипел Бодряк. Он протянул руку и попытался найти свой самострел.
«Он сказал, что гоннилда была ревнива! Заложи-Молоток мог бы сделать еще много гоннилд! Стойте там, где вы есть!»
Морковка сделал еще один шаг. «Я должен был убить Эдварда! Он был романтиком и мог неправильно ее использовать! Но Анк-Морпорку нужен король!»
Гоннилда дернулась и выстрелила в тот миг, когда Морковка отпрыгнул в сторону.
Туннели блестели и переливались от запахов, едко-желтых и землисто-оранжевых ароматов древних водостоков. Не было ни единого дуновения, чтобы потревожить застоявшийся воздух в туннеле, которым пробирался доктор Крест. И там витал запах гоннилды, яркий как кровь из раны.
Я ведь ощутила запах гоннилды в Гильдии, подумала она, сразу после того как мимо прошел Крест. А Гаспод сказал, что все в порядке, ибо гоннилда была в Гильдии — но она не стреляла в Гильдии. Я чуяла ее запах, ибо кто-то стрелял из нее.
Любимица помчалась по воде и, ворвавшись в большую пещеру, увидела, учуяв своим носом всех троих — неясную фигуру, пахнущую Бодряком, падающее тело, оказавшееся Морковкой, и пытающийся скрыться силуэт с гоннилдой…
В это мгновенье она прекратила думать и позволила действовать своему телу. Волчьи мускулы направили ее вперед и вверх, взметнув в прыжке, вода брызгами разлетелась от ее гривы, глаза неотрывно смотрели на Креста.
Гоннилда выстрелила, четыре раза, не попав ни разу.
Любимица лапами толкнула человека, сшибая его оземь.
В фонтане брызг встал Бодряк.
"Шесть выстрелов! Это же шесть выстрелов, ты ублюдок!
Теперь я тебя поймал!"
Крест повернулся в тот момент, когда Бодряк уже добрел до него, и метнулся в боковой туннель, взметая за собой брызги.
Бодряк выдернул у Морковки самострел, отчаянно прицелился и потянул спусковой крючок. Ничего не произошло.
«Морковка! Вы идиот! Вы никогда не взводите эту чертову штуку!»
Бодряк повернулся к Морковке.
«Давайте же! Мы не можем позволить ему уйти!»
«Это Любимица, капитан.»
«Что?»
«Она мертва!»
«Морковка! Послушай. Ты можешь найти выход отсюда в этой круговерти? Нет? Тогда иди со мной!»
«Я… не могу оставить ее здесь. Я…»
«Капрал Морковка! Следуйте за мной!»
Бодряк наполовину бежал, наполовину брел по подымающейся воде к туннелю, в котором скрылся Крест. Уровень нечистот поднимался: он слышал плеск воды, когда бежал.
Не давай добыче времени отдохнуть. Он выучил это еще в первый день в Дозоре. Если ты должен преследовать, то не отставай. Дай добыче время остановиться и подумать, и ты, завернув за угол, найдешь носок, полный песка, летящий в другом направлении.
Стены и потолок сомкнулись.
Здесь были и другие туннели. Морковка был прав. Сотни людей должны годами работать, чтобы построить такое. То, на чем был построен Анк-Морпорк, и было Анк-Морпорком.
Бодряк остановился.
Плеск шагов прекратился, а туннель весь вокруг был в ответвлениях.
Затем в боковом туннеле блеснул свет.
Бодряк бросился туда и увидел пару ног в полосе света, льющегося из открытого люка. Он вцепился в их, но поймал только сапог, в то время как то исчезал наверху. Он получил удар сапогом и услышал, как Крест закрывает люк.
Бодряк вцепился в край люка и прорвался наружу.
Он попал в помещение, более походившее на погреб, поскользнулся в грязи и ударился о стену, покрытую слизью.
Так на чем же построен Анк-Морпорк? Впрочем ладно…
Крест был всего в нескольких ярдах от него, карабкаясь и скользя по ступенькам. Там наверху была дверь, порядком уже прогнившая.
Там были еще ступеньки и еще комнаты. Пожары и наводнения, наводнения и перестройки. Комнаты стали подвалами, подвалы стали основаниями. Преследование не было элегантным; оба они скользили и падали, опять вскарабкивались, прокладывая путь сквозь свисающие гирлянды плесени. Крест разбрасывал тут и там свечи, дававшие достаточно света, чтобы Бодряк мог понять, что света все же недостаточно.
А затем под ногами оказался сухой камень, и это не было дверью, а дырой, пробитой в стене. Там были бочки, обломки мебели, всякое барахло — закрытое здесь а напрочь забытое.
Крест лежал в нескольких футах от дыры, пытаясь отдышаться и вколачивая еще одну обойму в гоннилду. Бодряк заставил себя подтянуться на руках и коленях и сделать глоток воздуху. В стене торчала свеча.
"… поймал… вас… " — выдохнул он.
По-прежнему сжимая гоннилду, Крест попытался подняться на ноги.
"Вы… слишком… стары… чтобы… бегать… " — продолжал Бодряк.
Крест пытался поднять гоннилду и покачнулся. Бодряк подумал и добавил. — "Я тоже слишком стар бегать. " И прыгнул.
Они вдвоем катались в пыли, гоннилда валялась между ними. Эта мысль промелькнула у Бодряка позднее, что самым последним делом для мыслящего человека было бы бороться с Убийцей. Ведь те прятали оружие повсюду. Но Крест не собирался расставаться с гоннилдой. Он сжимал ее крепко двумя руками, пытаясь ударить Бодряка стволом или прикладом. Достаточно любопытно, что Убийцы знают толк в искусстве рукопашного боя без оружия. Они были в основном специалистами в обращении с оружием, но не нуждались в нем. Джентльменам наскучило оружие, только низшие классы используют свои руки.
"Я поймал вас. " — выдохнул Бодряк. — "Вы арестованы.
Находитесь под стражей, понятно?"
Но Крест не собирался сдаваться. Бодряк не осмеливался отпустить руки, гоннилда могла вырваться из его хватки.
Оба противника дергали ее взад и вперед, с отчаянием, похрюкивая, сосредоточенно.