Весной 1941 г. в составе двух усиленных строительных батальонов 89-й сп был направлен для строительства 9-й линии укрепления на границе Литовской ССР. В районе Алитус (Олиты). Это был второй случай посылки частей 23-й сд в Литву на строительство УР, и два батальона 89-го сп должны были сменить подразделения, которое ранее были посланы для строительных работ из состава 23-й сд. На третьей линии сооружались в основном ДЗОТы. Всего на работы было послано от 1/2 до 2/3 23-й сд, из расчета от каждого полка 2/3 состава, кроме того, УР сооружало много стройбатов. Части 23-й сд в период пребывания в Даугавпилсе находились в полной боевой готовности и нередко привлекались к борьбе с шайками «айсзаргов».
На одном из закрытых совещаний комполитсостава командир предупреждал об опасности войны с Германией.
В районе Алитус была очень напряженная обстановка, поступали сведения о концентрации немецких войск, были случаи ареста шпионов. Сам Смирнов знает факт разоблачения «старика-нищего», который просил какое-либо красноармейское обмундирование. Дернули за бороду, и она отлетела (была прикреплена резинками). Работали на сооружении УР с 5 утра до 8 ч. вечера ежедневно. Строительство очень форсировалось. Широко заключались соцдоговора.
В ночь на 18 июня 1941 г. бывшие в районе Алитус части 89-го сп и другие полки 23 сд по тревоге выступили в полной боевой готовности к госгранице. В боевом приказе указывалось, что ожидается прорыв через границу германского танкового корпуса. Прибыв в район госграницы, части 89-го сп расположились у самой госграницы – были видны пограничные вышки – и стали сооружать окопы полного профиля и противотанковые заграждения (заболачивать местность, запрудив одну из речушек). На границе каких-либо продвижений немецких войск не наблюдалось. У немцев был какой-то праздник. Было слышно пение, пляски.
Между 3 и 4 утра 22 июня 1941 г. были внезапно обстреляны немецкой артиллерией. Первый снаряд разорвался в районе прежнего расположения батареи, следующий ее накрыл. На рассвете вступили в бой с немецкими танками и массами пехоты, но под давлением превосходящих сил противника начали отход к Алитусу, лошади были убиты, 45-мм пушки пришлось бросить, местное население стреляло из автоматов в спину. К концу дня 22 июня 1941 г. часть 89-го с.п. утратила связь между собой и была рассеяна (А. Н. Смирнов был ранен). Затем в районе Каунас части 23 сд соединились и в начале июля вели упорные бои.
Утверждает, что личный состав стройбатов был безоружным.
август 1956
Сергеенко Анатолий Алексеевич – капитан запаса
(Член Харьковского Облсуда)
Весной 1941 г. служил в 25-м отдельном саперном батальоне в Литве. Весной 25-й осб был передвинут в погранрайон (6 км от границы с Германией) и на его базе был развернут ряд строительных батальонов, ротами в которых командовали офицеры, а взводами – сержанты 25 осб, рядовые были призваны из запаса, оружия не было (по две винтовки на роту). Сооружались ДОТы, работа проводилась круглосуточно, но без всякой механизации, вручную. Камни для бетона дробили обыкновенными небольшими молотками, эффективность была невелика. Хотя каких-либо официальных данных о близкой войне не было и на немецкой границе на участке 25 осб внешне все было спокойно, обстановка была очень напряженная, и солдаты не сомневались, что вот-вот война начнется. Что произошло 22 июня, А. А. Сергеенко не знает, т. к. в конце мая он был направлен в Ленинград в ИКУКС (инженерные курсы усовершенствования комсостава) на 6-месячные курсы младших лейтенантов, а затем на Карельский перешеек (в лагерь ИКУКС). В Ленинграде все было спокойно. В первые дни войны ИКУКС был эвакуирован в Сибирь.
апрель 1956
Вержбицкий В. Г. – полковник
(доцент ВПА им. Ленина)
Брат тов. Вержбицкого был командиром танкового батальона, оснащенного новейшей матчастью, еще не введенной в серийное производство, расположенного в районе Алитус (он погиб под Сталинградом). По словам тов. Вержбицкого батальон его брата проводил учения и вернулся с них поздно вечером 21 июня. Комбат остался ночевать в санитарном танке. В 4 часа 22 июня он проснулся от стука по броне танка и решил, что кто-то его вызывает, открыл люк и увидел самолеты со свастикой, летящие на уровне телеграфного столба и поливающие расположение части пулеметным огнем. Четыре часа он пытался связаться с вышестоящими штабами и установить, что происходит и что надо делать, т. к. матчасть была экспериментальной и он не мог ею рисковать. Все его попытки были безуспешны.
В 8 ч. утра в Алитус прорвались передовые немецкие танки и мотопехота и пришлось ввязаться с ними в бой. К вечеру 22 июня все танки были потеряны и пришлось прорываться из окружения.
февраль 1956
Васильев Алексей Иванович – лейтенант
(сотрудник КГБ по Моск[овской] обл[асти])
Служил командиром взвода погранохраны на острове Эзель со времени занятия Прибалтики нашими войсками.
К моменту прибытия на остров Эзель наших пограничников эстонские войска были оттуда выведены. Немедленно наши войска и моряки, при участии пограничников, стали сооружать береговые укрепления батареи, укрытия, ДОТы, ДЗОТы, полевые укрепления и т. д. На учениях отрабатывалось взаимодействие пограничников с регулярной армией. Население Эзеля относилось к нашей армии по-разному. Довольно многочисленное население русских деревень – дружественно; эстонские рыбаки и крестьяне – нейтрально; но не враждебно; эстонские кулаки и белогвардейцы враждебно, но каких-либо случаев проявления вражды т. Васильев не помнит. В декабре 1940 г. был отозван с острова Эстель и, что там произошло 22 июня 1941 г., не знает.
август 1955
Носкова Галина Викторовна
(инспектор МОСПС)
Муж Г. В. Носковой учился на последнем курсе Текстильного института, летом 1940 г. был взят по приказу НКО на военную службу, служил в морской пехоте на острове Даго[152]. Погиб в октябре 1941 г. при эвакуации острова Даго. Она получила два письма от мужа, одно через ППС[153], другое передал летчик, бывший на острове.
Муж писал, что он должен выехать 20[154] июня 1941 г. с острова Даго, но отправку отнесли, т. к. в этот день бомбили немецкие самолеты.
июль 1956
Конякин Иван Григорьевич
(студент ОЗО РПИ)
После советско-финской войны служил в 56-й сд, которая дислоцировалась в районе Тарту – Псков.
Весной и летом 1941 г. не помнит каких-либо приготовлений к войне, но считает себя недостаточно информированным, т. к. находился в Пскове для связи с авиачастями.
О начале войны узнал 22 июня 1941 г. из сообщения радио, основные части 56-й сд были двинуты на запад, и он не имеет о них никаких сведений (вся дивизия, кроме одного полка, была уничтожена в Прибалтике).
июнь 1955
Соколов Александр Павлович – майор
(офицер 1-го МАПУ)
Перед войной служил в маскировочно-саперном баталионе МВО (замполитруком, комсоргом роты). За 3–4 месяца до войны в инструктивных докладах и беседах с личным составом подчеркивалась напряженность международной обстановки и опасность войны. С начала апреля 1941 г. по 10 июня 1941 г. – две роты б-на были направлены в погран. полосу (близ новой госграницы на северо-западе для маскировки и камуфлирования вновь построенных бетонных дотов). Доты были закончены постройкой, но еще не вооружены. Рота, где находился А. П. Соколов, вела маскировочно-камуфляжные работы в р-не Великих Лук, где располагались огромные интендантские склады (фронтового или армейского значения).
ноябрь 1955
Левин Аркадий Захарович – майор