Уроки Джона и Ричарда не прошли даром. Мы, в свою очередь, начали описывать, что конкретно мы делали для того, чтобы составить модель совершенства других. Но этому процессу нужно было дать имя. Однажды весенним днем мы с Джоном встретились во дворе Кресдж-колледжа по пути на занятия.
– Мне нужно сказать тебе кое-что, – сообщил Джон.
– Давай!
– Ричард и я придумали, как назвать все то, чем мы занимаемся… нейро-лингвистическое программирование, или НЛП. Что ты думаешь?
Летом 1976 года семинары переместились из дома по Грэм-Хилл Роуд поближе к кампусу в Санта-Крузе, на Континентал-Стрит, в дом, который вместе снимали моя возлюбленная Дж. Б. и мой лучший друг М.С. (позже М.С. сотрудничал с Ричардом Бендлером и организовывал его семинары, когда Ричард начал работать самостоятельно). В группе появилось больше лидеров в дополнение к общепризнанным Джону, Ричарду и Фрэнку. Джудит ДеЛозье участвовала в подготовке и была соавтором второго тома «Паттернов гипнотических техник Милтона Эриксона». Так же активно были вовлечены в процесс исследований Лесли Камерон, Боб Дилтс и Стив Гиллиген. Боб начинал моделировать паттерны и помогать в описании НЛП. Стив, талантливый в гипнотических техниках и страстно ими увлеченный, продолжал изучение работы Эриксона. Лесли сконцентрировалась на семейных и парных паттернах и работе Вирджинии Сатир.
Джон и Ричард ввели практику якорения (еще одно быстрое внедрение новой концепции – в данном случае классического условного рефлекса) в набор инструментов и техник НЛП, в сочетании с репрезентативными системами, ключами доступа и рефреймингом.
Термины «фрейминг» и «рефрейминг» были впервые использованы Бейтсоном в 1955 году в статье «Теория игры и фантазии».14 Они стали известны благодаря работе «Анализ фреймов»15 (1974) социолога Университета Калифорнии в Беркли Эрвинга Гофмана. Это понятие также обсуждается Полом Вацлавиком, Джанет Бивин и Доном Джексоном в книге «Прагматика человеческих коммуникаций», 16 где описываются годы, проведенные Бейтсоном в Пало-Альто.
Джон и Ричард «ввели в действие» рефрейминг наряду с множеством других понятий. Они разработали шаги, интегрирующие, переплетающие и совмещающие его с Милтон-моделью, ключами доступа и новыми терминами НЛП, которые до сих пор широко используются: установление раппорта и доверия как основы эффективного человеческого взаимодействия и изменения.
Чтобы установить раппорт и доверие, вам нужно присоединиться или прийти в соответствие с коммуникативным стилем человека, определяемым как сенсорные предпочтения. Далее следует осуществить ведение или сообщение – сознательное или бессознательное – желаемого результата, необходимого для изменений в человеке. Самым быстрым способом сделать это было сознательное или бессознательное отзеркаливание вербального и невербального поведения другого человека.
Быстрая компоновка и «упаковка» поведенческой технологии продолжалась. Доступ к сенсорному опыту, установление раппорта и доверия, отзеркаливание, присоединение, ведение, якорение, рефрейминг, присоединение к будущему, личная экология и т. д. пополнили словарь нового направления, которое олицетворяли Джон, Ричард и их друзья.
Будучи студентами, мы учились моделированию: то есть непосредственно имитировали манеры, интонацию, произношение и движения людей, которых изучали. Это был метод Станиславского, примененный в клинических условиях. Мы были подобны туземным племенам, подражающим паттернам поведения добычи, на которую они охотятся, чтобы лучше понять, как она себя ведет, предугадывать ее действия и быть более умелыми охотниками. «Добычей» в нашем случае был обсуждаемый человеческий субъект: клиент.
Тактически это был способ оказаться «в шкуре» другого человека, узнать, к чему он стремится в перспективе, выбраться из наших собственных голов и понять точку зрения/модель мира именно этого человека.
В то время Джон и Ричард, иногда противореча своему публичному презрению к традиционным психологическим исследованиям, проявляли интерес к тому, не занимался ли кто-либо еще чем-нибудь подобным. По неизвестным мне причинам они обычно просили меня проверить это. Ключи доступа – какие-то другие исследования? Двойные индукции – что-нибудь о внимании и синхронной речи и о воздействии на память или когнитивные процессы? Лингвистика – что-нибудь о сенсорных предпочтениях в языке?
Когда я изучал эти области, то находил других людей с похожими устремлениями, но они это делали не для клинического применения, а для тестирования гипотезы. Часть результатов моих изысканий отражена в работе, опубликованной весной 1977 года в лингвистическом журнале Papers in Linguistics, и озаглавленной
«Лингвистика и проблема последовательного порядка».17 Эта статья была частью моей выпускной работы по лингвистике в Университете Калифорнии.
НЛП, как и все, что делали Джон и Ричард, стало известно примерно в 1977 году и сразу обрело такую бешеную популярность, что некоторых из студентов, в том числе и меня, приглашали проводить семинары и лекции. Клиническое и учебное сообщество жаждало узнать как можно больше об НЛП. Я ощутил, что что-то начало происходить, осенью 1976 года, когда выступал в роли ассистента Джона по его курсу «Введение в трансформационный синтаксис» в Университете Калифорнии в Санта-Крузе. Закончилось дело тем, что я преподавал часть курса вместо Джона, поскольку он и Ричард отсутствовали большую часть времени. Они становились «IT» командой клинического мира.
После окончания университета в 1977 году Боб Дилтс и я объединились, чтобы вместе преподавать НЛП. Позднее, в 1978 году, я начал вести обучающие семинары в филиале Калифорнийского университета в Санта-Крузе. Когда начинался «Полный курс НЛП», Стив Андреас (официально – Джон Стивенс) и Коннира Андреас собрали воедино то, что позже вошло в классику НЛП – книгу Джона и Ричарда «Из лягушек – в принцы».18
Во время путешествий по стране летом 1978 я со своей спутницей Б.Д. останавливался у Стива и Конниры в Боулдере, Колорадо. На полу нашей комнаты были разложены страницы с расшифровкой записей лекций Джона и Ричарда на темы, вошедшие позже в эту книгу. Стив попросил меня помочь ему с редактированием и вернуть тексты осенью, ко времени начала семинаров по НЛП.
Книга «Из лягушек – в принцы» вышла в свет в 1979 году, как и статья Дэниэла Гольмана «Люди, которые читают людей»19 в журнале Psychology Today, что привлекло к НЛП внимание в США и во всем мире.
От скромных семинаров в лесах Калифорнии до общенациональных средств массовой информации – вот какой путь мы прошли.
От семей к организациям: мое личное и профессиональное путешествие
В течение первых 18 месяцев после окончания университета весной 1977 года я проводил семинары по НЛП по всему западу США. В это время я связывал свои интересы и жизненный выбор с областью НЛП и его применением. Параллельно с разработкой метамодели, Милтон-модели и НЛП в Кресдж-колледже проводились и другие исследования в области психологии и коммуникации. В то время Кресдж посещали многие профессора и консультанты, занимавшиеся групповым и командным развитием и тем, что позже стало известно как организационное развитие. Среди них был и Филип Слейтер, автор книг «В поисках одиночества» и «Прогулки по земле»,20 также написанных под влиянием Бейтсона.
Итак, летом 1979 года я вернулся в Лос-Анджелес, где проживала моя семья, и начал работать в отделе обучения и развития огромной корпорации. На том этапе я стремился применить находящееся в стадии развития НЛП к корпоративной подготовке и организационному менеджменту. Через четыре года я завершил черновой вариант рукописи «Успешная коммуникация: общение в бизнесе», которая, по моему мнению, была первой книгой о применении НЛП в бизнесе. Я передал ее Джону и Джудит ДеЛозье для рассмотрения вопроса о публикации. После добавления нескольких новых глав и пересмотра некоторых разделов я отправил им окончательный вариант книги. Это было в 1986 году, когда НЛП уже стало чрезвычайно популярным, выйдя за рамки клинической сферы в мир бизнеса и психологии самопомощи.