Из Журнала боевых действий 131-й ОМСБр:
12.20 — командир бригады и 1-го МСБ окружены. Противник идет в атаку, расстояние менее 50 метров.[133]
Из записей радиопереговоров штурмовых отрядов:
12.21 — комбриг докладывает, что уйти не может, более 60 раненых, он не может их бросить.
12.55 — гранатометчики с тыла открыли огонь по вокзалу напрямую.[134]
В районе железнодорожного вокзала была подбита «Тунгуска» № 606 из зенитного дивизиона 131-й бригады. Из трех человек экипажа в живых впоследствии остался лишь один — механик-водитель рядовой Алексей Терёхин. Он сообщил следующие подробности. «Тунгуска» № 606, маневрируя на привокзальной площади, получила не менее 8 попаданий, однако ее экипаж оставался невредимым и продолжал вести бой. Около 13 часов машина была окончательно выведена из строя.
Из письма рядового Алексея Терёхина, механика-водителя ЗПРК 2С6 «Тунгуска» № 606:
«Меня оглушило. Когда пришел в себя, Алексей (Смирнов. — Прим. авт.) что-то кричал, но я вначале не слышал. Потом, придя в себя, понял, что лейтенант дал команду покидать машину, что он нас прикроет… Выскочили Владик Ткалун, Алексей, и тут раздалась очередь. Я впервые увидел, как пули входят в человека».[135]
По свидетельству Терёхина, не менее 6 пуль попали в наводчика-оператора рядового Владислава Ткалуна. Командир «Тунгуски» № 606 старший лейтенант Алексей Смирнов был ранен в таз и голень. Терёхин и Смирнов укрылись за корпусом подбитой машины. Рядовой Терёхин отправился на вокзал за помощью, а когда вернулся, выяснилось, что рядовой Ткалун мертв, старшему лейтенанту Смирнову свои уже оказали помощь. Эвакуировать погибшего Владислава Ткалуна не представлялось возможным по причине прицельного огня противника, поэтому его тело осталось под «Тунгуской». Терёхин и Смирнов благополучно добрались до здания железнодорожного вокзала, откуда впоследствии уходили вместе со всеми.
Необходимо отметить, что «Тунгуски» — это оружие сил ПВО, а их задача — борьба с авиацией противника, которой у чеченцев к тому моменту уже не было. Большие габариты и слабое бронирование корпуса делали «Тунгуски» в городских кварталах уязвимыми даже для стрелкового оружия. И несмотря на то, что машины имеют серьезное вооружение, они совершенно не предназначены для ведения боевых действий в городе. Капитан Андрей Чёрный, наблюдая «Тунгуски» в действии, отмечал, что они «выплевывали» (расходовали) свой боекомплект за считанные минуты. Техническая скорострельность двух 30-мм пушек 2А38 составляет 4810 выстрелов в минуту, а боекомплект зенитно-ракетной установки — 1904 снаряда. Таким образом, ЗПРК «Тунгуска» способна выпустить весь свой боекомплект за 24 секунды непрерывной стрельбы. В то же время 8 зенитных ракет 9М311, предназначенных для поражения воздушных целей, были малоэффективны в городе, зачастую просто пробивая здание насквозь и взрываясь уже на траектории за целью!
Из записей радиопереговоров штурмовых отрядов:
13.05 — «Камин» пытается выйти в тыл вокзала на помощь комбригу, подрыв на мине.[136]
Из Журнала боевых действий 81-го гв. МСП:
13.35 — связь забивается постоянно.[137]
Около 14 часов дудаевцы подтянули в район вокзала имевшийся у них танк. Умело прикрываясь городскими постройками, дудаевцы вели из танка огонь по вокзалу. Один из снарядов вошел прямо под потолок кассового зала (центральный выступ вокзала), где находилось большинство обороняющихся.
Юрий Морозов, командир танкового взвода, старший лейтенант:
— Нам повезло, что снаряд был кумулятивный, а не фугасный! Эта вся штукатурка и кирпичи, что он выбил, — они на нас упали! Хорошо, что их было немного…
Кумулятивная струя прочертила на потолке черную борозду. Под град обломков попал капитан Евгений Пащенко. К счастью, от серьезных ранений его спас шлемофон.
Евгений Пащенко, командир 1-й мотострелковой роты, капитан:
— Если б не шлемофон — я не знаю!.. Размолотило бы голову!
Тем не менее при взрыве снаряда осколочные ранения получило немало солдат и офицеров, находившихся в зале. Капитану Андрею Чёрному осколками посекло лицо. Аналогичное ранение получил рядовой Рамазан Ислимханов. Старшему лейтенанту Валерию Елисееву осколки попали в ноги. Ранения различной степени тяжести получили старший лейтенант Александр Суфрадзе, старший прапорщик Мамед Керим-Задэ и другие.
Из записей радиопереговоров штурмовых отрядов:
14.00 — танк забрал 4 раненых и ушел в тыл, связь пропала.
14.10 — пропала связь со всеми, кто был в здании вокзала.
14.20 — комбриг просит конкретной и реальной помощи, артиллерия открыла огонь, огонь корректируют комбриг и нач. РВ и А.[138]
Из журнала боевых действий 81-го гв. МСП:
14.00–15.15 — связь глушится.[139]
Во второй половине дня противник уверенно начал приближаться к вокзалу.
Денис Шачпев, наводчик-оператор танка Т-72А № 517, рядовой:
«…Вдруг я почувствовал толчок в колено. В первую секунду возникло недоумение: что за дебил может передвигаться под таким шквальным огнем?! Мне показалось, что переползавший по-пластунски солдат просто задел меня своим сапогом. Открыв глаза, я увидел лежащую рядом гранату Ф-1, которая влетела в окно, и солдат, вжавшихся в пол. Граната была на боевом взводе. Ее метнули боевики, которые под прикрытием снайперского огня беспрепятственно приблизились к нам вплотную и находились с наружной стороны вокзала. Нас разделяла лишь кирпичная степа. Не теряя ни секунды, я схватил гранату и выкинул ее обратно в окно, где она мгновенно разорвалась».[140]
Спасаясь от обстрелов, на вокзал приходило местное население. Люди искали укрытия и обращались за медицинской помощью.
Денис Шачнев, наводчик-оператор танка Т-72А № 517, рядовой:
«Утром 1 января в здание вокзала пробрались три женщины и попросили укрытия. С собой у них были большие сумки. Я начал проверять их содержимое, но там были кружки, кастрюли, железные чашки — вероятно, все, что они успели спасти из своего имущества. Я извинился, сразу стало как-то неудобно — им защита нужна, а я их обыскиваю! Пришлось проводить их в подвальное помещение».[141]
Глава 4
Колонны помощи
Подразделениям 131-й бригады и 81-го полка, ведущим бои в районе железнодорожного вокзала, необходима была помощь. О том, какие меры предпринимало командование 131-й бригады по спасению окруженных, пойдет речь в этой главе.
Колонна 131-й ОМСБр
К вечеру 31 декабря от генерал-майора Пуликовского в штаб бригады поступает приказ: срочно сформировать новую колонну, загрузиться боеприпасами и выдвинуться в район железнодорожного вокзала на помощь окруженным подразделениям. Старшие офицеры бригады, не входившие в Грозный 31 декабря, собрались на перевале в районе нефтевышки для получения боевой задачи. Старшим колонны был назначен заместитель командира 131-й бригады полковник Виктор Андриевский.
Для организации колонны привлекли все оставшиеся силы. Начальник по боевой подготовке 131-й бригады подполковник Виктор Ковалёв вспоминал, что у него с блокпоста забрали всех, кого только могли.
133
Выписка из Журнала ведения боевых действий 131-й ОМСБр.
134
Оверчук А. Разгром // Московский комсомолец. 1995,28 января. № 18. С. 2.
135
Книга Памяти. Майкоп: ГУРИПП «Адыгея», 2002. Т. 4. С 921.
136
Оверчук А. Разгром // Московский комсомолец. 1995.28 января. № 18. С. 2.
137
Доклад об организации и ведении боевых действий 81-го гв. МСП в Чечне.
138
Оверчук А. Разгром // Московский комсомолец. 1995.28 января. № 18. С. 2.
139
Доклад об организации и ведении боевых действий 81-го гв. МСП в Чечне.
140
Воспоминания наводчика-оператора танка Т-72А № 517 рядового Д. М. Шачнева.
141
Там же.