Согласно одной из оценок, благодаря этому плану потери снизились на треть, то есть на 2750 человек меньше убитыми и на 8000 меньше тяжелоранеными. Впрочем, посылки, положенные в основу этого плана, были ущербными с самого начала, однако немцы просто-напросто проигнорировали данные, которые могли бы привести к его провалу. Согласно рапортам британской истребительной авиации, немцы не проводили фоторазведывательных миссий с 10 января 1941 года по 10 сентября 1944-го. Вдобавок некоторые Фау-1 были оборудованы радиопередатчиками, правильно указывавшими время между стартом и падением. Конечно, эти результаты противоречили донесениям двойных агентов. Но немцы настолько верили агентам, находившимся под контролем Британии, что возложили всю вину на неисправности радиопередатчиков.
ГЛАВА 11
ЧЕРНАЯ МАГИЯ
Радиоразведка доказала свою полезность и в годы Первой мировой войны, и в годы между войнами. Но прошлые триумфы не гарантируют грядущих успехов, особенно в условиях военного времени, когда меры по соблюдению секретности ужесточаются как никогда. Державы, пострадавшие от взлома шифров противником, познали важность соблюдения мер секретности. Далее, методики шифрования чрезвычайно усовершенствовались. Вдобавок военная техника и стратегия сделали грандиозный шаг вперед со времени окончания Первой мировой войны, и войска передвигались куда быстрее, чем в прошлом. Ценность разгадки кодов и шифров была бы значительно снижена, если только дешифровка не производилась достаточно быстро, чтобы военачальники могли руководствоваться ее результатами.
Но данные электронной разведки, особенно полученные в результате дешифровки, сыграли важнейшую роль для некоторых из участников новой войны. Чтение вражеских посланий стало источником разведданных не худшего, если не лучшего качества, чем полученные от агента, внедренного во вражеский штаб. Кроме того, радиоразведка была каналом, через который в критические моменты можно было проводить дезинформацию противостоящих держав.
В начале войны все крупные участники боевых действий располагали учреждениями дешифровки, и на протяжении войны их опыт возрастал взрывными темпами. При вступлении в войну Соединенные Штаты располагали армейской разведывательной службой связи (Signal Intelligence Service, SIS) и OP-20-G ВМФ, делившими обязанности по военной, дипломатической и радио-разведке. В июле и августе 1942 года SIS последовательно переименовывали в Signal Intelligence Service (специальная служба связи), Signal Security Division (часть безопасности связи), Signal Security Branch (отделение безопасности связи), а затем в службу безопасности связи (Signal Security Service). В июле 1943 года она стала агентством безопасности связи (Signal Security Agency, SSA) и сохранила это название до конца войны. Но смена вывесок не повлияла на ее задачи, и к концу войны в ней было десять тысяч служащих, что не идет ни в какое сравнение с семью работниками, занятыми в этой службе в 1929 году.
В 1942 году для усовершенствования анализа данных электронной разведки было учреждено специальное отделение (Special Branch) армейской военной разведки (Military Intelligence Service). Новую организацию возглавил полковник Картер У. Кларк, офицер связного корпуса. Его заместителем стал выдающийся нью-йоркский адвокат Альфред Маккормак.
Как и в Соединенных Штатах, в Японии обязанности по военной, дипломатической и радиоразведке делили между собой ведомства армии и Военно-морского флота. В начале войны армейские операции по радиоразведке были возложены на 18-ю секцию Генерального штаба, в 1943 году переименованную в Центральное специальное разведывательное бюро; это агентство надзирало за всеми подразделениями электронной разведки, приписанными к сухопутным и воздушным армиям. Сбором данных военно-морской радиоразведки руководила секция специальных служб связи Генерального штаба ВМФ, а осуществлял его 4-й (связной) отдел штаба. Ведомства штабов делились на три секции (общую, связной безопасности и криптографических исследований), а деятельность по радиоперехвату осуществляли подразделения связи, расквартированные на ряде японских баз.
И хотя война привела к консолидации в Германии агентств, занимавшихся агентурной разведкой, она продолжала использовать те же семь подразделений радио-разведки, что и перед войной, — столько же подразделений радиоразведки, сколько имелось в США, Италии, Японии и Британии, вместе взятых. С гражданской стороны это были Pers Z Министерства иностранных дел, Forschungstelle (исследовательский пост) Министерства почты и Forschungsamt (исследовательская канцелярия) Геринга.
Связные разведданные собирали четыре военные организации: армейский главный пост связной разведки, B-Dienst ВМФ, радиоразведывательный батальон 350 ВВС и шифровальное ведомство главнокомандования вооруженных сил. Шифровальное ведомство, насчитывавшее в пору расцвета три тысячи работников, было военной организацией электронной разведки, проводившей широчайший диапазон операций, бросая силы и на военную, и на дипломатическую связь.
В Британии вся деятельность по электронной разведке была возложена на Правительственное училище кодов и шифров (Government Code and Cipher School, GC&CS) в Блетчли-Парк, также известное под названиями Военная станция X и Комната 47 Министерства иностранных дел. Работа GC&CS проходила в группе хижин — одноэтажных деревянных строений разнообразнейших размеров и форм. Хижина 6 дешифровала немецкие армейские и авиационные радиограммы "Энигмы", а Хижина 3 поставляла разведывательные сводки, основанные на дешифровках Хижины 6. Ответственность за расшифровку военно-морских посланий "Энигмы" лежала на Хижине 8, а Хижина 4 выдавала разведданные, основанные на достижениях Хижины 8.
Многие ключевые личности были ветеранами Комнаты 40, в том числе Найджел де Грей и Дилли Нокс. Алестер Деннистон из Комнаты 40 руководил GC&CS, пока в 1941 году болезнь не привела его на больничную койку. Его сменил на посту капитан Эдуард Трейвис.
Эксцентричность Алана Тьюринга превосходил только его гений. Во избежание кражи он приковал свою кофейную кружку цепью к батарее парового отопления, а свои сбережения обращал в серебряные слитки, закапывая их в лесу Блетчли-Вудс (и не смог найти их по окончании войны). Среди его интеллектуальных достижений был труд, озаглавленный "О вычислимых числах", продолжавший работу чешского математика Курта Геделя. Гедель в 1931 году доказал, что все сложные математические и логические системы до некоторой степени являются неполными. В своей работе "О вычислимых числах", опубликованной в 1936 году, Тьюринг создал модель машины, которая может двигаться вдоль бесконечно длинной ленты, размеченной квадратиками, направо или налево, считывая и меняя или считывая или оставляя неизмененными нули или единицы, появляющиеся в каждом квадратике. Он продемонстрировал, что, хотя такая машина может рассчитать все, что поддается вычислениям, она не способна определить, могут ли быть решены потенциально разрешимые проблемы. Позднее стало ясно, что гипотетическая машина, описанная в его статье, является идеализированным компьютером широкого назначения.
Вторая мировая война также породила криптографические подразделения в Канаде и Австралии, помогавшие союзным войскам и ставшие важными партнерами в послевоенном альянсе электронной разведки. В июне 1941 года Канада учредила Исследовательское подразделение национального совета по исследованиям (Examination Unit of the National Research Council). Ha роль главы новой организации, следуя предложению начальника корпуса связи США генерала Джозефа Моборня, канадцы завербовали не кого иного, как Герберта Ярдли.
Штат Исследовательского подразделения на считанные месяцы разросся до 25 человек, и к концу 1941 года оно было занято перехватом и расшифровкой простых радиограмм, которыми обменивались немецкие абверовские кураторы в Гамбурге и их агенты в Латинской Америке. В то же самое время оно расшифровывало корреспонденцию делегации Виши в Оттаве, каковую подозревали в проведении тайных пропагандистских операций в Квебеке.