Старый Боб кинулся к щели, распластался на животе и, вглядываясь в глубину, стал звать свою рыбку. Он надеялся еще спасти ее.
— Задержи дыхание! — закричал он.
Он начал срывать с себя башмаки, чтобы прыгнуть вслед за Дикони в воду. Но снова раздался всплеск, буль-буль-буль — забулькала вода, и тут Старый Боб увидел свою Дикони. Рыбка всплыла брюшком кверху. Она утонула.
Старый Боб был безутешен. Он отнес Дикони к своей хижине, выкопал ей могилку и даже поставил мемориальную дощечку, где написал ее имя и даты жизни. Весной он решил посадить здесь незабудки.
Теперь он долгие вечера проводил в одиночестве, сидя в кресле у кухонной плиты и ругая себя, что сам отучил рыбку плавать и всё так грустно обернулось. Но потом посыпал густой снег, запорошил хижину и все тропинки, и Старый Боб подумал, что Дикони никогда не удалось бы научиться перелезать через сугробы, она не смогла бы, как прежде, следовать всюду за ним, и от горя у нее разбилось бы сердце. Так что, может, оно и к лучшему, утешал себя Старый Боб, что все так случилось.
Одно только не давало ему покоя, как же это он сплоховал и не пригласил вовремя своих соседей полюбоваться на его ручную форель? Единственное, что оставалось, это рассказать всем о ней, что он и сделал. Соседи было не поверили, решив, что Старый Боб плетет им небылицы. Но когда он отвел их к ручью и показал щель между досками в мостках, они убедились, что он говорил правду.
Во всяком случае, щель эта до сих пор цела. Старый Боб никому не разрешил чинить мостки и передвигать доски. Так она там и осталась в память о Старом Бобе и его ручной рыбке.
О том, как полковник Уокер преподал судье урок вежливости
Пересказ Н. Шерешевской
![Народ, да! i_029.jpg](https://litlife.club/books/220240/read/images/i_029.jpg)
Случилось это давно, но рассказывают эту историю и по сей день.
Жил в штате Арканзас в местечке под странным названием Гарнизон один славный человек. Звали его — полковник Уокер. Роста он был невысокого, но зато отличался высокими идеями насчет того, как себя вести, как хранить свое достоинство, и всякое такое прочее. Правда, не все соседи соглашались с ним в этом, а потому и говорили, что он чудак. Так всегда говорят про тех, чьи идеи вам чужды.
Он утверждал, что все на свете прекрасно, кроме женщин, которые свистят, куриц, которые кукарекают, каминных решеток, которые скрипят, и скрипачей, которые фальшивят.
Слишком привередлив был этот полковник Уокер, и Бог за это наказал его. Его родная дочка, красотка Джейн, сбежала из дома со скрипачом, который безбожно фальшивил.
Когда администрация штата переехала в Литл-Рок, полковник Уокер купил себе в его окрестностях ферму.
В те времена не так уж населены были эти места. Ближайший сосед Уокера жил в двух милях от него. Звали его — судья Ровер.
Однажды судья Ровер пришел к полковнику Уокеру.
— Послушайте, Уокер, — сказал судья Ровер, — мне нужно ярмо, чтобы запрячь вола и вспахать землю. Мое сломалось пополам. Не одолжили бы вы свое на время?
— Берите, пожалуйста, судья. Пользуйтесь им, сколько потребуется.
Ровер взял ярмо, пользовался им, сколько было надо, а потом «забыл» его вернуть.
Уокер ждал, ждал… Ярмо ему самому было нужно, и он послал человека с весточкой к Роверу. Ровер в тот день был в плохом настроении и рявкнул:
— Если оно ему так срочно нужно, пусть сам придет и возьмет!
Услышав ответ судьи, Уокер чуть не задохнулся от возмущения. И, прихватив хорошо смазанное ружье, отправился к дому судьи Ровера, хотя день был жаркий и идти надо было две мили. Но меньше всего он думал о солнце.
Судью Ровера он нашел на заднем дворе, тот осматривал молодого бычка.
— Дэвид Ровер, — сказал полковник Уокер, наставив ружье на судью, — берите-ка ярмо, которое вы у меня когда-то одолжили, и немедленно отнесите его ко мне домой или вы обратитесь во прах!
Ровер глянул на дуло ружья и сказал:
— Миленькое обращение с соседями! Я что, по-вашему, обворовал церковный алтарь? Ладно, я пришлю ваше поганое ярмо с моим человеком!
— Ни с кем вы его не пришлете! Вас следует учить добрососедским отношениям и простой вежливости. Снимайте-ка с гвоздя ярмо и несите ко мне домой, не то…
Ровер перевел взгляд с Уокера на ружье, нацеленное ему в грудь, и прикусил язык. Он снял со стены тяжелое ярмо, надел на себя и отправился в путь. Две мили по солнцепеку. А Уокер шел за ним по пятам с ружьем на плече.
Ровер еле передвигал ноги. Ярмо с каждым шагом делалось все тяжелей. Он трижды хотел остановиться и сбросить его на землю, но каждый раз полковник Уокер приставлял дуло ружья к его затылку и говорил:
— Вперед!
Наконец они дошли до дома Уокера. У ворот Ровер сбросил ярмо и прислонил его к изгороди.
— Вы взяли его не у ворот, — заметил Уокер строго, — а в сарае. Отнесите его туда, где взяли. — Тон его не терпел возражений.
Ровер поднял ярмо и отнес в сарай.
Когда он повесил ярмо на место, Уокер опустил ружье и сказал миролюбиво:
— Пойдемте на веранду, судья Ровер. Там лучше продувает, день-то жаркий. Я попрошу мою жену сходить за водой и приготовить нам прохладный напиток.
Они сели на веранде, Уокер позвал жену, и она приготовила им прохладный напиток.
Полковник Уокер поговорил с судьей о том, о сем, о ферме, делах, а потом добавил:
— Ровер, вы в любое время можете брать мое ярмо для вола, только, чур, уговор: когда закончите пахать, верните его на место, чтобы мне не приходилось просить об этом. Вот это будет по-добрососедски.
И они расстались друзьями.
Про судью, любившего бейсбол
Пересказ Н. Шерешевской
![Народ, да! i_030.jpg](https://litlife.club/books/220240/read/images/i_030.jpg)
Не было во всем Арканзасе судьи, более известного, чем Айзек С. Паркер. Он заседал в Форт-Смите и прославился тем, что избавил этот город и весь штат от отчаянных разбойников, выходивших на большую дорогу в черных повязках и с оружием в руках и наводивших страх на честных людей. В те далекие времена в Арканзасе водилось видимо-невидимо конокрадов, угонщиков скота, грабителей и даже убийц. А судья Паркер вывел их, вырвал с корнем, очистив эту землю, словно косой по лугу прошел.
Двадцать восемь тысяч преступников и обвиняемых предстали перед его судом, и всех судил он по справедливости. Но судья Паркер любил не одни только законы да судебные заседания. Больше всего на свете он любил бейсбол. И среди многих-многих историй про знаменитого судью Паркера одна из самых известных как раз про бейсбол.
Судья Паркер готов был объявить перерыв в разгар самого серьезного заседания суда, только б не пропустить хорошую игру, объявленную где-нибудь поблизости. Надо сказать, что в те далекие времена, да, собственно, и в наши дни, каждый город имел свою команду, и между ними шла постоянная борьба, кто возьмет верх.
Однажды была назначена решающая встреча между командами Форт-Смита и соседнего Ван-Бьюрна. Команды эти были ведущими весь летний сезон, и теперь предстояло решить, кто же из них победитель.
Судья Паркер сидел с друзьями и обсуждал политику, когда к ним подошли трое. Это были члены команды Форт-Смита.
— Судья, — обратился к Паркеру один из них, — нам предстоит решающая встреча с командой Ван-Бьюрна, а наш первый игрок, индеец Верная Рука, попал в тюрьму. Он у нас лучший на подаче, и без него мы проиграем. А если он будет играть, победа за нами.
Судья внимательно слушал молодых людей.
— Не могли бы вы отпустить его на тренировки и на встречу? — попросили они.
Судья помолчал. Он никогда не говорил, пока еще не решил, что сказать. Но, подумав, он ответил:
— Посмотрим. Сходите-ка пока за мячом, перчаткой и лаптой. Принесите их в тюремный двор. Мы будем ждать вас там.