Бывший министр недоверчиво посмотрел на него.
– С кем имею честь?
– Джек Нисон, лейтенант полиции Нью-Йорка.
Повисла пауза. Никто не знал, что делать дальше. Камерон подозревал какую-то ловушку, Соммерс считал себя посторонним и не вмешивался, Нисон ждал, что бывший министр уйдёт или объяснится. Наконец, птичник на правах хозяина взял слово.
– Что вам угодно, мистер Нисон?
– Я пришёл поговорить с вами об одном расследовании. Если господин Камерон не возражает, мне бы хотелось поговорить наедине.
– Я не возражаю, – ответил бывший министр бесцветным голосом.
Не веря своему счастью, он кивнул обоим джентельменам и на негнущихся ногах вышел из конторы. На улице достал платок, вытер пот со лба, и быстро зашагал прочь.
– Кого только не встретишь в конторе нью-йоркского птичника, – подивился сыщик, присаживаясь на стул.
– Я вас слушаю, господин Нисон, – сухо изрёк Соммерс.
Следователь окинул взором помещение, положил ногу на ногу.
– Один человек сказал мне, что вы кое-что знаете насчёт похищения поляками русского дипломата.
– А о том, где зарыт клад Чёрной Бороды, этот человек вам не сказал?
Сыщик снисходительно улыбнулся.
– Мистер Соммерс, я тоже люблю пошутить, но очень не люблю, когда меня обманывают. Лучше вам не делать этого. Я могу обидеться.
– Удивительно, но мне почему-то совершенно безразличны ваши обиды. Наверное, я невосприимчив к ним, – птичник был на взводе, а потому отвечал резко.
Нисон усмехнулся и вдруг, выпростав правую руку, схватил Соммерса за грудки. Грохнув его подбородком о стол, он левой рукой достал револьвер и вставил его в рот фермеру.
– Либо ты сейчас выложишь мне всё, что знаешь, подонок, либо твои мозги размажутся по стене. Сайски сказал, что ты в курсе, а значит, так оно и есть.
– П-погодите, – пробормотал птичник, вытаращив от страха глаза. – Вы от Сайски? Я… я не знал…
– Всё ты знал, мерзавец, – ласково ответил сыщик. – Просто цену себе набивал.
– Д-да… да, – выдохнул тот, пытаясь языком отодвинуть ствол, вонзившийся ему меж зубов. – Я скажу…
– Так-то лучше, – Нисон отпустил его и уселся на стул. – Я тебя внимательно слушаю. И не вздумай опускать руки под стол. Иначе стреляю без предупреждения.
Соммерс потёр ушибленный подбородок, с ненавистью поглядел на следователя.
– Чёрт с тобой, фараон. Если тебе так охота копаться в этом дерьме, поговори с Тедди Грохолей. Он был торговым посредником у Моравского, курсировал между Нью-Йорком и Лондоном. Заодно наведывался в британское консульство. Может быть, он что-нибудь расскажет. А может быть, и нет. Но в любом случае – Господь да упокоит твою грешную душу. – Птичник хрипло рассмеялся.
– Я вижу тебе очень весело, Соммерс.
– Ты поразительно догадлив.
– Что же тебя так рассмешило?
– То, что ты суёшь свой нос сам не знаешь куда. А когда поймёшь, будет поздно.
– Ты так тревожишься за меня?
– Мне на тебя наплевать, легавый. Просто ты меня забавляешь.
– А знаешь, что забавляет меня?
– Что же?
– То, что ты даже не спросил, откуда мне известно, что в этом деле замешаны поляки. Петля за государственную измену сама вьётся вокруг твоей шеи.
Нисон помахал в воздухе пистолетом, сунул его в кобуру и покинул контору. Но не успел Соммерс отдышаться, как к нему явились новые визитёры. Это были полицейский Уильям Гаррисон и какой-то русский по имени Семён Костенко. Опешивший от такой чехарды событий птичник совершенно растерялся. Сверля гостей напряжённым взглядом, он сложил дрожащие пальцы в замок.
– Это совпадение или ваша организация прониклась ко мне особенной страстью, мистер Гаррисон? – недружелюбно осведомился он.
– О чём вы толкуете, господин Соммерс?
– О том, что это уже второй визит полиции ко мне за утро. Чем обязан такой честью?
– Кто же приходил к вам до нас?
– Джек Нисон. Вы знаете его?
Гаррисон и Костенко переглянулись.
– Что он хотел от вас? – спросил сыщик.
– Спросите у него сами. Мне достаточно того, что он оставил после себя пренеприятнейшее впечатление.
– Если хотите, я передам ему ваши слова. В следующий раз он будет поделикатнее.
– Не уж, не стоит, – вздрогнул птичник. – Мне вполне достаточно одной встречи с этим офицером.
Следователь усмехнулся, поудобнее устраиваясь на стуле.
– Он не спрашивал вас о министре Камероне? – вступил в разговор Костенко.
– Нет, – ответил Соммерс, внезапно бледнея.
– А сам министр к вам не забредал? – спросил Гаррисон.
Птичник облизнул губы. Сознание его находилось в хаосе, в уме стремительно прокручивались разные мысли.
– Вы пришли ко мне из-за него? – сказал он, не отвечая напрямик.
– Да. Мы ищем его.
– В таком случае знайте, что я послал его к дьяволу.
– О чём он вас просил?
– Помочь ему схорониться. Я ответил, что не занимаюсь такими вещами.
– Любопытно. А почему он пришёл именно к вам?
– Понятия не имею.
Гаррисон хитренько посмотрел на птичника.
– Бросьте, Соммерс. Вы уже выдали себя. Признавайтесь, что за дела у вас были с Камероном.
– Никаких дел у нас не было. Просто он решил, что я… ну в общем, что я помогу ему слинять в Европу.
– Вы?
– Да я.
– Вы располагаете такой возможностью?
– Я веду дела с европейцами. Многим кажется, будто это означает мою близость к иностранным дипломатам.
– А это не так?
– Совсем не так.
– А почему он хотел бежать в Европу? – спросил Костенко.
– Странный вопрос. Вы ведь разыскиваете его.
– Никто не объявлял его в розыск, – возразил Гаррисон.
– Правда? Ну так объявят.
– И куда же он отправился после встречи с вами?
– Не имею представления.
– А откуда Камерон знает о вас?
– Мы встречались с ним в разных клубах. Играли там в карты.
– А фамилия «Моравский» вам ни о чём не говорит?
Соммерс насторожился.
– Это тот поляк, что был убит недавно? Как же, известная личность.
– Чем она вам известна?
– Ну, он был крупным предпринимателем, весьма уважаемым в деловых кругах. С ним мы тоже играли в карты. Прискорбно потерять такого партнёра.
– У вас нет никаких предположений, кто это мог сделать?
– Ни малейших.
– А Камерон не вспоминал о нём?
– Нет.
Гаррисон задумчиво потеребил пальцами нижнюю губу.
– Интересный вы человек, мистер Соммерс. Камерон убегает от полиции и приходит к вам. Джек Нисон расследует похищение господина Костенко и приходит к вам. Я расследую убийство Джулиуса Моравского и прихожу к вам. Что это – случайность или закономерность?
Птичник скрипнул зубами от ярости. Он чувствовал, что оказался в мышеловке и скоро она захлопнется.
– Любопытно, а господин Костенко тоже расследует убийство Моравского? – глухо огрызнулся он.
– А вы как думаете?
– Я ничего не думаю. Мне только кажется странным, что русский чиновник ведёт расследование вместе с полицейским офицером. Кроме того, я не понимаю, при чём тут Камерон. Он каким-то боком причастен к этому делу?
– Это уж нам решать, мистер Соммерс. А вы отвечайте на вопросы. Или хотите, чтобы мы вместе с Нисоном как следует встряхнули вашу контору? – Он смерил взглядом расклеившегося фермера и довольно улыбнулся. – Вы оказались под перекрёстным огнём, Соммерс, и вам нелегко будет улизнуть.
Птичник затравленно посмотрел на него.
– Что вы от меня хотите?
– Я хочу, чтобы вы честно и откровенно рассказали мне, как найти Саймона Камерона.
– Но я не знаю этого! Он пришёл ко мне, требуя чёрт знает чего, а затем убрался, спугнутый мистером Нисоном.
– Вы сказали, что он пытался добиться вашей помощи в деле побега за границу…
– Да, – подтвердил Соммерс, глядя в столешницу.
– Так может, он подался в какое-нибудь консульство?
– Вполне возможно.
– В какое?
– Спросите что полегче. Я не слежу за его передвижениями.