Вейни опустился на колени, опираясь на рукоятку меча, и пристально смотрел на содеянное ими. Моргейн продолжала стоять, по-прежнему держа в руках Подменыш, напоминавший тускло мерцающий опал. Как только она начала вдвигать его в ножны, он мгновенно принял обычный вид, не отличаясь от прозрачного стекла.
Она отдыхала, опираясь рукой о скалу, пока наконец, с ощущением огромной усталости, как будто накопившейся за столько лет и неожиданно свалившейся на нее, пошла прочь от этого места, лишь коротко взглянув на Вейни.
— Идем к лошадям, пока оставшиеся не пришли в себя и не начали новую атаку, — сказала она. — Идем, Вейни.
Она не плакала. Он заставил себя подняться и попытался поддержать ее, видя, что она вот-вот упадет. Ему в какой-то момент показалось, что она все-таки вот-вот заплачет, но она лишь на мгновенье прислонилась к нему, продолжая вздрагивать.
— Лио, — просительно обратился он к ней, — они не вернутся назад. Позволь, я один схожу и отыщу лошадей.
— Нет. — Она отстранилась от него и начала пристраивать оружие на пояс, а затем попыталась надеть перевязь для меча на плечо. Но руки дрожали и плохо слушались ее, и ему пришлось помочь ей справиться с этой несложной работой. Ощутив на себе привычную тяжесть оружия, она в последний раз огляделась кругом, и они поспешили на поиски лошадей, которые некоторое время были предоставлены самим себе.
Неожиданно из ближайших кустов перед ними выскочили люди в коричневой, серой, зеленой и пятнистой одежде. Это были люди Кайя, которые все время скрытно двигались вдоль их пути к Ирн-Сведжур. Среди них было много знакомых лиц, включая и Тоумена. Там были все, кого они встречали в Ра-Корис, самым последним появился и кайя Рох.
Предводитель Кайя быстро окинул взглядом дорогу, с ужасом глядя на дело рук своих недавних гостей.
Потом едва различимым жестом он подозвал Тоумена и отдал ему какие-то приказы, после чего Тоумен увел всех людей в лесные заросли.
— Идемте, — сказал Рох, обращаясь к Моргейн и Вейни. — Один из наших людей находится с вашими лошадьми совсем недалеко от дороги. Мы узнали их. Именно они и помогли нам отыскать вас, когда мы заметили, откуда эти лошади прибежали.
Моргейн смотрела на него с выражением внутренних сомнений, казалось, что она все еще не доверяет этому человеку, несмотря на то, что она совсем недавно провела целую ночь в его лесном дворце. Затем кивнула. Вейни вытер свой меч о траву: в отличие от оружия Моргейн, его требовало этого нехитрого, но ухода.
Идти пришлось действительно недалеко. Лошади ждали их, вычищенные сухой травой, и выглядели уже не такими усталыми. Хотя кайя не были профессиональными наездниками, они всегда очень заботились о животных, и Вейни поблагодарил их за это. И Моргейн поблагодарила их в свою очередь. Он даже не рассчитывал, что в таком настроении она сделает это.
— Можем ли мы остаться вместе с вами? — спросил Вейни, обращаясь к Роху и предполагая, что в надвигающуюся ночь им следует отдохнуть. Он и сам ощущал смертельную усталость.
— Нет, — сказала Моргейн, прерывая его довольно твердо. Она уже сняла Подменыш и теперь привязывала его к седлу, а затем подхватила и расправила запутавшийся повод на шее Сиптаха.
— Лио. — Вейни очень редко дотрагивался до нее. Сейчас же он схватил ее за руку и пытался настоять на своем. Но ледяной холод в ее глазах остановил слова, которые так и застряли у него в горле.
— Я тоже пойду, — сказал он тихо.
— Вейни.
— Да, лио?
— Почему все-таки Рин выбрал смерть?
У него задрожали губы.
— Я думаю, что он даже не знал, что делал. Ему казалось, что он сможет остановить тебя. Ведь он не был илин и не подчинялся Закону. Одним из тех людей был его господин и мой брат. Другим был Парен, его отец. И ему все равно пришлось бы потом уйти от нас.
Вейни подумал, что Моргейн проявит хоть какие-то признаки печали или огорчения, однако ничего подобного не увидел. Ее лицо оставалось жестким, и он отвернулся, чтобы не ощущать позора за гнев, который поднимался в нем не меньше, чем огорчение. С затуманенным взором он едва отыскал повод своего коня и быстро вскочил в седло. Моргейн уже была в движении: пришпоривала Сиптаха, подгоняя его вниз по дороге.
Рох уже некоторое время придерживал повод черного коня, потом взглянул на Вейни:
— Кайя Вейни, куда же она отправилась?
— Это знает только она, кайя Рох. Это ее дело.
— Мы, Кайя, имеем и глаза и уши в земле Моридж, и поэтому нам удавалось постоянно прослеживать ваш путь и наблюдать за происходящим. Мы ожидали даже возможного сражения, но только не этого…
— Я спешу, Рох. Отпусти повод.
— Я понимаю, что клятва илина сильнее голоса крови, — сказал Рох. — Но послушай, кайя Вейни, ведь они были твои родственники, те люди, оставшиеся на дороге.
— Разреши мне ехать, я еще раз повторяю, Рох.
Казалось, на лице Роха отражалась какая-то внутренняя борьба мыслей или желаний. Затем он еще крепче взялся за повод, пропустив руку под уздечку.
— Я провожу тебя до границы моей земли. Я знаю, что ты не заставишь сопровождать тебя пешком. Признаюсь, что мне не хочется иметь больше никаких неприятностей с Моргейн. Вы настроили против нас Лиф, и они до сих пор угрожают нам. Теперь вы бросили против нас и Нхи, и Маай, да еще и Хеймур в придачу. А сейчас и Бейн зашевелился. Эта женщина приносит с собой войны, как зима приносит снежные бури. Я проведу тебя очень тихо и безопасно. Мое присутствие рядом с тобой будет гарантией того, что люди Кайя, которые встретятся нам, не принесут тебе вреда, и они, в свою очередь, не пострадают, как это было с Нхи.
— Хорошо, поднимайся, — сказал Вейни, освобождая ногу из стремени. Рох был стройным и худощавым, но и под таким дополнительным весом лошади было нелегко. Тем не менее он все же слегка подгонял коня, чтобы не потерять Моргейн.
Моргейн не должна была бы загнать Сиптаха, это Вейни знал очень хорошо, и поэтому был уверен, что как только ее раздражение пройдет, она сбавит темп скачки. И действительно, вскоре он увидел ее в том месте, где дорога проходила через естественную арку, образованную деревьями. Светлая спина Сиптаха и ее белый плащ отчетливо выделялись в темноте.
Тогда он пустил Черного побыстрее, а она остановилась и ждала его, услышав звук копыт. Оружие вновь было в ее руке, но когда они подъехали, она уже убирала его.
— А, это Рох, — сказала она.
Ее щеки поблескивали от влаги. Вейни сразу заметил это и почему-то обрадовался. Он, как бы извиняясь, кивнул ей, и получил в ответ почти такой же кивок. Облизнув губы, она опустила руки на седло.
— Нам следует сделать привал, — сказала она благоразумно и тихо, в той же манере, которую Вейни очень хорошо знал за ней, — в любом месте, которое ты сочтешь безопасным.
9
Теперь почти весь горизонт перед ними занимала Иврел, которая была, пожалуй, самой заснеженной вершиной среди горной цепи Кэт Вредж, и вершиной самой необычной. Небо уже имело ровный голубой оттенок, а на востоке слегка было тронуто восходом, о чем они могли догадываться, наблюдая эту часть пространства в промежутках между горными пиками. Единственная звезда все еще оставалась в вышине, слева от конуса таинственной вершины.
Сейчас это место выглядело очень красиво, особенно если смотреть от северной границы Айрен, и было очень затруднительно представить все дьявольское зло, связанное с ним.
— Еще один день, — сказала Моргейн, — и, может быть, еще один привал отделяют нас от этого места. — Но когда Вейни взглянул на нее, он не увидел радостного возбуждения, которое ожидал увидеть. Лишь слабость и страдание отражались в них.
— И тебе нужна именно Иврел? — спросил Рох.
— Да, — ответила она. — Я все время стремилась туда. — Она взглянула на него более внимательно. — Кайя Рох, мы находимся на границе Корис. Здесь мы должны с тобой расстаться. Нет никакой необходимости, чтобы ты провожал нас дальше.