- О своей работе?
- Нет...
- О моей работе?
- Нет...
- Тогда нет. Убирайся.
- Речь идет о вчерашнем. - Она все еще стояла, делая мой член каменным, и прикусила губу.
- То, что произошло вчера, было ошибкой, прискорбным моментом в наших карьерах, и я уверяю тебя, что это не произойдет снова.
- Это не то, что я собиралась сказать.
- Мисс Эверхарт, - сказал я, вставая из-за моего стола и подходя к ней, - вы и я работаем вместе чисто профессионально. Если бы я раньше знал всю правду о вашей нелепой лжи, то немедленно бы прекратил с вами общаться. А потом я бы сообщил о краже чужой информации и об ее использовании как своей собственной. Тот факт, что вы лгунья остается, и, к сожалению, те обстоятельства и тот факт, что я уже трахнул вас. Но больше нет ничего такого, что должно быть сказано между нами.
Она открыла рот, чтобы сказать что-то, но я прижал палец к ее губам.
- Ничего больше, - прошептал я, приближая свое лицо к ее лицу. - Поняла?
- Ты... - Ее нижняя губа задрожала, когда она отпрянула от меня. - Ты такая сволочь! Я не могу поверить, что я спала с тобой!
- Поверь в это. Я уверен, что это будет очень хорошим воспоминанием для тебя, так как ты почти никогда не занималась сексом.
Она покачала головой. - Ты тоже притворялся по телефону? Ты уже не такой человек, с которым я говорила по ночам, ты не...
- Пожалуйста, избавьте меня от эмоциональной и жалобной ерунды, мисс Эверхарт. Я хочу получить следующую чашку кофе в полдень. Благодарю.
- Тебе придется подождать. - Она закатила глаза. - Я принесу ее тогда, когда захочу.
- Вы что, хотите, чтобы я вас уволил из-за чашки кофе?
- Честно говоря, вы не можете заставить меня делать вам кофе, мистер Гамильтон. - Она прищурилась, глядя на меня. - Кто знает, что я положу в него.
- Только посмей, черт возьми... - Я подошел ближе.
- Это угроза? - Она пожала плечами.
- Это гребаное обещание. - Я прижал ее к стене и прильнул губами к ее губам, обернув ее ногу вокруг моей талии.
Мой член был твердым с тех пор, как она принесла мне кофе, и прямо сейчас она терла его рукой через мои штаны, что-то шепча.
Я вытащил презерватив из кармана и вложил в ее руку, пока с жадностью целовал ее - кусая ее мягкие губы, дразня своим языком. Если бы я мог, то трахал бы ее рот весь день.
Пока она расстегивала мои брюки, я просунул свою руку под ее платье и сдвинул трусики в сторону, простонав, как только я почувствовал, насколько она была влажной.
- Эндрю... - Она слишком долго возилась с презервативом, так что я надел его сам. Как только я сделал это, то глубоко скользнул в нее, кусая ее губы, чтобы она не закричала.
Я схватил ее руки и положил их себе на шею. - Всегда влажная... - Я почувствовал, как она пыталась сдвинуть ногу с моей талии, но я все еще держал ее. - Произнеси мое имя еще раз...
- Да... - Она ахнула, пока я глубоко входил в нее, снова, и снова и снова. - Да...
- Скажи его. - Я сжал ее попку.
Ее шепот становился все громче и громче.
- Мое имя, Обри... - Я поцеловал ее в губы. - Скажи мое имя...
Ее киска сжимала мой член все сильнее и сильнее, а ее ногти царапали мою шею. - Я... я сейчас кончу...
Я сразу остановил толчки и прошептал жестко ей на ухо. - Произнеси мое гребаное имя, Обри...
Ее ногти впились в мою кожу. - Эндрю...
При звуке моего имени на ее губах, я снова скользнул в нее, и она кончила, так прекрасно. Я почувствовал собственное освобождение секундами позже и мог ощутить, как она уткнулась головой в мою грудь, чтобы заглушить свои стоны, но я поднял ее голову вверх.
- Прекрати...
Задыхаясь, она не отрывала своих глаз от моих. - Прекратить, что?
- Прятать свой голос от меня... - Я снова поцеловал ее в губы, не делая никаких попыток выйти из нее, и наши тела сплелись воедино, казалось, это будет продолжаться вечно.
Насколько бы я не хотел сказать ей, чтобы она оставила меня и убиралась из моего офиса, я не мог заставить себя сделать это. Вместо этого, я поцеловал ее в лоб и медленно вышел из нее, поправляя ее платье.
После того, как выбросил презерватив, я взял одну ее туфлю, которая упала, и протянул ей.
Ее локоны были растрепаны по всей голове, так что я пригладил их на место. Как будто отплатив любезностью, она застегнула мою молнию и поправила воротник моей рубашки.
Затем мы вдвоем стояли и смотрели друг на друга. Я понятия не имел, что, черт возьми, только что произошло, и лишь только одной части меня это понравилось. Другой половине очень понравилось.
- Ты должна вернуться к работе. - Я потянул за амулет в виде балетных туфелек, которые были вокруг ее шеи. - Ты все еще должна мне тот отчет Браунштейна независимо от понижения в должности.
- Ты сказал мне, что это не было понижением в должности.
- Я последовал твоему примеру и солгал. - Я закатил глаза и сделал шаг назад. - Возвращайся к работе.
- Хорошо, мистер Гамильтон. - Она улыбнулась и направилась к двери.
- И когда ты вернешься, - добавил я, - просто поставь мой послеобеденный кофе на ту полку и выйди. Не подходи близко к моему столу и не разговаривай со мной.
- Почему нет?
- Потому что я трахну тебя еще раз, если ты это сделаешь.
Она покраснела и вышла из комнаты.
Как только она ушла, я упал в кресло и покачал головой.
Два раза менее чем за двадцать четыре часа? Иисус...
Я вытащил свой последний файл с делом, но не мог заставить себя прочитать его. Все, о чем я мог думать, была только Обри.
Я чувствовал нечто подобное раньше и знал, что это ни к чему меня не приведет, кроме отчаяния. То, что я чувствовал, не было нечто глубоким, нечто всеохватывающим - пока что, но это было реальным и не было ничего, чтобы я смог остановить это.
Я строил последние шесть лет моей жизни, отстраняя себя от любой возможности иметь чувства к кому-то еще, отказываясь строить любые дружеские отношения, но Обри как-то подкралась в мои непроходимые двери. И она не только подкралась, а сделала это с помощью лжи, что я бы никогда не позволил кому-то другому. То, что заставило бы меня немедленно отказаться от нее и никогда не думать о ней снова.
У меня не было ни малейшего представления, как справиться с этим. Это была неизведанная территория, и я понятия не имел, куда плыть дальше.
Вздохнув, я поднял свой файл с делом и заставил себя прочитать первые несколько страниц, чтобы попробовать получить контроль над собой. Далее я потерялся в работе и единственное, что у меня было на уме, как я собирался убедить жюри поверить в ерунду моего последнего клиента.
Прежде чем я успел позвонить главному прокурору и спросить, что он предложил в обмен на сделку о признании вины, я почувствовал, как что-то горячее выплеснулось на мои колени.
Мое гребаное кофе.
- Какого черта ты делаешь? - Я бросил свои бумаги на стол, глядя на залитую румянцем Обри. - Ты что, намеренно вылила кофе на мои колени?
- Да, намеренно. - Она кивнула, и я понял, что в ее глазах были слезы. - Приносить твой кофе это моя работа, не так ли?
- Черт возьми, ты что, биполярна?
- Нет, я просто лгунья, как ты сказал. На самом деле, мы одинаковые, но я хотя бы могу признать, когда не сказала тебе правду, по крайней мере, у меня есть причина.
- Прости?
Слезы упали на ее щеки. - К тебе посетитель на стойке регистрации.
- Это твоя замена? - Я спросил сухо. - Потому что, клянусь Богом, если эти пятна не смоются с моих брюк...
- Это твоя жена.