— Золотой человек! — одобрительно покачал головой Колотарев. — Раечка! — позвал он официантку.
Раскрасневшаяся официантка с большими синими, чуть удивленными глазами подбежала к столику.
— Что вам, Прохор Гаврилыч? — спросила она.
Колотарев обнял ее за талию, привлек к себе, сообщил:
— Это — наша Раечка. Если ее кто обидит — всем Союзом бить будем. — Он погрозил Игорю пальцем.
— Принесите нам, Раечка, столичной водки, шампанского и... — Игорь перечислил несложные закуски. Девушка записала заказ и ушла.
— Красавица? — спросил Колотарев.
— Хороша, — сказал Игорь. — Ей лет двадцать, видимо?
— Восемнадцать лет. Один летчик завез ее сюда и бросил. Знакомых нет, денег нет — куда пойдешь?. . Аким ее увидел ночью на улице. Сидит у кино на ступеньке, плачет.
— А потом вы ее сюда определили? — спросил Иван.
— Здесь она у нас на глазах, — сказал Колотарев. — Кончит десятый класс — в университет отдадим. Комнату ей устроили... Но если кто ее обидит... — Он снова погрозил пальцем.
— Иван женщину не обидит, — сказал Игорь. — Он поэт.
— Серьезно? — Раздрогин приподнял брови.
— Вполне. Поэт-лирик Иван Карпов.
— Позвольте... Не ваша ли это книжка вышла зимой в «Советском писателе»?
— Моя. — сказал Иван и снова смутился.
— Ой, какой вы молодец, что пошли плавать матросом! — воскликнул Раздрогин, первый раз за вечер оживившись. — У вас же порядочные стихи. Вам только силы, силы не хватает!
Раздрогин придвинулся к Ивану, завел с ним профессиональный разговор. Иван улыбался смущенно и радостно. Пришла Раечка, переставила с подноса на стол вино и закуски. После столичной и двух бокалов шампанского Колотарев совсем осоловел. Раечка подозвала ко входу такси. Вместе с Игорем она помогла Колотареву добраться до машины. У машины Колотарев обнял Игоря, несколько раз повторил свой адрес.
Когда, резко рванув с места, машина ушла, Игорь взял Раечку под руку.
— Пойдем, — сказал он. — Все-таки на улице мороз. Вы простудитесь.
В половине первого они рассчитались и вышли из ресторана. У дверей гостиницы Раздрогин спросил:
— Вам далеко добираться? А то можете остаться у меня.
— Вообще-то далеко, — сказал Иван.
— Ну и оставайтесь.
— Ты останься, — ответил Игорь на вопросительный взгляд Ивана, — а я поеду. У меня дела с самого утра. Только приезжай завтра не позже двенадцати. Сергей будет деньги выдавать. Надо сразу же съездить в аэропорт за билетами...
Игорь попрощался и пошел к площади.
В начале первого на судно явился Иван, получил у второго помощника деньги.
— Теперь на полном в аэропорт, — сказал Игорь. — Возьмешь три билета.
— Два, — сказал Сергей. — Я поеду на пароходе до железной дороги.
— Один, — сказал Иван, улыбаясь. — Я остаюсь в Якутии с Николаем Эдуардовичем.
— Ваше дело, — процедил Игорь сквозь зубы. — Можешь не трудиться. Я пошлю за билетом рулевого.
И он вышел из каюты второго помощника, с силой хлопнув дверью.
Красноярск... Новосибирск... Свердловск... Москва... Самолет летел, догоняя солнце, но в Ленинграде оно все-таки опередило его и скрылось за горизонт раньше, чем колеса самолета коснулись бетонной дорожки аэродрома. Игорь вышел на площадь перед аэропортом. В автобус садились люди. Некоторые цепочкой потянулись направо, к стоянке такси. Стояла тишина. Только где-то далеко гудел мотор самолета.
— Ну, и куда теперь? — спросил себя Игорь. — Какой я дурень, что не дал телеграмму. Как теперь найдешь Ирину?..
Он медленно пошел к остановке такси, сел в большую черную машину рядом с шофером, бросив чемодан на заднее сиденье.
— К Невскому, — сказал он и назвал адрес того дома, где жил зимой. Шофер включил счетчик, повернул ключ зажигания.
— Издалека?.
— Из Якутска.
Шофер свистнул.
— Ничего себе. Там, поди, зима уже?
— Пятнадцать градусов было, когда я вылетал.
— Мороза?
— Естественно...
— А у нас двенадцать тепла днем было.
— Вам легче...
Машина неслась по широкому Московскому проспекту. Игорь не глядел по сторонам, курил и думал: как увидеться с Ириной? Он чувствовал, что не проживет без нее этот вечер. Может быть, просто зайти к ней? Открыто и честно зайти — черт с ним, с мужем. Он так и не придумал, что делать. Машина остановилась. Игорь дал шоферу пятьдесят рублей и не взял сдачи. Забрав чемодан, он поднялся наверх. Дверь ему открыла хозяйка квартиры и сразу сказала, что его комната сдана артисту цирка, гастроли у артиста кончатся через месяц.
— Мне не нужна комната, — сказал Игорь. — Позвольте на день или два оставить у вас чемодан...
Освободившись от чемодана, он вышел из дому и направился в сторону улицы, на которой жила Ирина. Медленно дойдя до ее дома, Игорь остановился, нашел глазами окна квартиры... Они были освещены. По занавескам пробегали смутные тени. К Игорю вдруг подошел человек в ватнике, с морщинистым, желтым лицом.
— Дай рубль, капитан, — сказал он. — Не хватает до дому добраться.
Игорь сунул ему пять рублей и отошел, не слушая пышных слов благодарности.
«Надо было послать его с запиской к Ирине», — подумал он, глядя на удаляющуюся сутулую фигуру. Он поднялся на четвертый этаж, остановился перед дверью квартиры.
Позвонить?
Рука то поднималась к звонку, то опускалась. Он сел на подоконник, вынул записную книжку, написал на листке:
«Ирина, я жду тебя внизу. И».
Игорь сложил записку, написал сверху: «И. С. Лесковой», бросил записку в ящик, нажал звонок и быстро пошел вниз. На первом этаже он услышал, как отворилась дверь. Он задержался, подождал, пока дверь снова закроется, и вышел на улицу. Через минуту появилась Ирина. Увидев Игоря, она быстро подошла к нему.
— Ты, Игорь?
Вид у нее был растерянный. Казалось, что она вот-вот заплачет.
— Как видишь, — сказал Игорь и взял ее за руки.
— Я так и подумала, что это ты. Не знаю почему.
— Можно было догадаться по записке, — сказал Игорь.
— Какой записке?
— Ты не читала записку? Я бросил ее в почтовый ящик.
— Я не заглянула в почтовый ящик. Я просто почувствовала что-то. Пойдем отсюда...
Она взяла его под руку, они вышли на бульвар и сели на скамью.
— Я не ждала тебя сегодня, — сказала Ирина.
— А вообще ждала?
— Да. Я не знаю, что мы будем делать. Все так сложно...
— Нужно, чтобы мы были вместе.
— А как?
— Уйти от него.
— Куда?
Игорь промолчал.
— Давай не говорить об этом, — сказала Ирина. — Все равно у нас нет выхода... Будем встречаться, а потом...
— Что потом?
— Потом надоедим друг другу и расстанемся.
Она улыбнулась и заплакала. Игорь достал платок, вытер ей глаза, прикоснулся к ним губами.
— Не целуй меня сегодня, — прошептала Ирина. — Я не хочу, чтобы ты первый раз целовал меня здесь... Как вы добрались до Якутска?
— Очень хорошо...
В одиннадцать часов Ирина поднялась со скамейки.
— Мне пора, — сказала она.
—А я? — спросил Игорь и взял ее за плечи.
— Не нужно, Игорь, — тихо сказала Ирина. — Это так неожиданно. Я еще ничего не успела придумать... Проводи меня. Завтра я буду разговаривать с тобой более членораздельно. — Она улыбнулась.
— Может быть, я возьму номер в гостинице?
— Нет, нет... Я не могу сегодня. Я совершенно сбита с толку. Пожалей меня, Игорь...
— Хорошо.
Он проводил Ирину до угла. Она пожала ему руку и быстро пошла к дому. Когда она скрылась за дверью, Игорь вернулся обратно на бульвар. Купил в магазине бутылку водки и пил ее на скамейке, где они сидели с Ириной. Водка была безвкусная. Он не опьянел. Только, как обычно после спиртного, от сердца отвалился камень и в душе осталась бессильная, слезливая грусть. Время шло... Почувствовав холод, Игорь направился к набережной. С залива дул ветер. Вода в Неве поднялась, и по ней против течения катились волны. Игорь медленно перешел Кировский мост, спустился на берег у Петропавловской крепости. В камнях у Комендантской пристани ворковала вода. Под пристанью билась о камни лодка. Игорь присел, поднял воротник плаща.