- Нарушение трудовых обязанностей. Я отказалась от отработки, и моему работодателю это не понравилось. - с тяжелым вздохом пояснила Динара.
- Дина хотела поехать со мной, а злая тетя ее не пускала. - вмешался Кирюша. Глаза его просто светились.
Подумать только, всего пару месяцев назад этот мальчик отказывался от общения, и никогда не улыбался, предпочитая веселым играм замкнутое отшельничество в самом дальнем углу. А все, что было нужно, чтобы помочь малышу - это капелька любви и внимания. Не много, если вдуматься. Самая малость, чтобы спасти еще одну жизнь, еще одного полноценного психически-уравновешенного члена общества в будущем. А раз требуется так немного, то почему в мире до сих пор страдают миллионы детей? Неужели в нас совсем не осталось любви, и желания сделать этот мир лучше. Не глобальными переменами, не войнами и революциями, а нашими детьми. Счастливое будущее зависит от них. От того, кем они вырастут, и в какие идеалы будут верить. И если поразмышлять о размытом и многогранном определении слова "судьба" с этой стороны, то да - наше будущее только в наших руках. Любовь должна сделать этот мир лучше. И только она.
- А мы с вами так и не познакомились, когда я приехал. - спохватился Константин, поднимаясь с пола. Кирюша снова рассматривал картинки. - Я Костя. Брат Инги.
- Я знаю. Мне Анжелика сообщила. - Динара мягко улыбнулась. - А вы неплохо ладите с детьми.
- Просто проходил мимо. Кирилл собирался к тебе, ничего, что я на ты?
- все нормально..
- Ну, я его и разговорил. Решил, что даже няням необходим отдых.
- Это моя работа.
- И ты с ней отлично справляешься. Я целый час слушал, какая ты замечательная, добрая и веселая. Развитие ребенка на уровень выше, чем у среднестатистических детей его возраста.
- Такие бывают? Но вы...
- Ты.
- Ты мне льстишь. Я совсем недолго работаю с Кириллом. И развитее ребенка - заслуга матери.
- О ней он не сказал ни слова.
- Я думаю, что ты знаешь почему... - в голосе Дины впервые за разговор появились напряженные нотки.
- Да, извини. - Константин виновато улыбнулся. - Замечательный мальчик. Очень хороший. Тебе с ним повезло, как и ему с тобой. Возможно, ты слышала, что я занимаюсь пластической хирургией...
- Да. - Дина нахмурилась. - Хочешь предложить что-то конкретное?
- Нет-нет. У тебя все прекрасно. - Костя рассмеялся мягким добрым смехом. - Я не о том. Я часто работаю с детьми. Не в частном порядке, а по призванию и велению сердца. Случаи бывают разными, иногда необходима экстренная помощь. Дети не могут спокойно сидеть на месте, а родители не всегда ответственно подходят к воспитанию. А моя клиника - это просто бизнес.
- Ты не обязан передо мной отчитываться. Я просто прислуга.
- Мне не нравится это название.
- Мне тоже. - согласилась Дина. - Но что поделать?
- Ты занимаешься воспитанием ребенка, а не прислуживаешь. - попытался обойти некрасивую формулировку Константин. Дина иронично улыбнулась, вспомнив о своих подопечных - санузлах.... Наверно, не стоит младшему брату Инги сообщать о столь унизительных обязанностях.
- У вас с Кириллом есть планы на сегодня? - внезапно спросил Константин.
- У нас всегда есть планы. - сдержанно ответила Динара.
- Не хотите посетить ледовый дворец? Тут недалеко. Научим мальчонку кататься. Может, найдет свое призвание.
Измайлова выразительно окинула взглядом симпатичного молодого человека.
- Зачем тебе с нами возиться? Больше не с кем провести время?
- Представь себе! Я в отпуске. И хочу отдохнуть не только от работы, но и от привычного круга людей.
- Конечно, поэтому ты приехал к сестре. - не удержалась от иронии Дина.
- А я знал, что ее нет. Мы выросли в этом доме. Иногда меня тянет сюда, как магнитом. Инга - не образец добродетели, как и я сам. Но что-то случилось в последнее время. Мне хочется поменять жизнь, друзей, интересы.
- Это невозможно. Не так быстро.
- Согласен, но попробовать стоит. Вот ты и Кирилл вызываете во мне исключительно положительные чувства, значит, стоит углубить наше знакомство.
Дина покачала головой и улыбнулась.
- Так и быть. Я давно не каталась на коньках.
- Дина, - позвал девушку Кирюша. - Смотри, вот эта птичка подойдет для твоей феи. Я хочу ее нарисовать. Ты мне поможешь?
Глава 9.
"Я, например, явно помню, что женился, но совершенно не припоминаю, чтобы я собирался это делать. И склонен думать, что такого намерения у меня не было".
О.Уайльд "Портрет Дориана Грея".
Я еще не открыл глаза, но уже ощущаю все предпосылки жуткого отходняка. Меня качает. Качает - в буквальном смысле этого слова. Пустая и в то же время тяжелая голова пульсирует от боли и гудит, словно линия напряжения. Виски ломит неимоверно, во рту пересохло. Сердце глухо и бешено колотиться, ослабленное и травмированное неправильным образом жизни. Я не знаю, какой сейчас день. И где я нахожусь. Я боюсь открыть глаза, потому что понятия не имею, что увижу. Кто-то лежит рядом со мной. Я чувствую тепло чужеродного тела, слабое сопение. Это не Инга - она храпит, причем хлеще заправского мужика.
И я не помню, когда был трезв в последний раз. Да и сейчас все еще нахожусь в наркотическом опьянении. Я напрягаю память, пытаясь найти причины моего плачевного состояния. Вереница событий проходит под закрытыми веками. Лондон, Париж, Рим.... Даже во время перелетов мы не переставали пить. Но это к лучшему, водка заглушает страх перед полетом. Десятки незнакомых лиц, новые псевдо друзья, бесконечные вечеринки, целые ведра текилы, виски, пива.... Кокаин, марихуана, экстези, разврат, музыка, стюардессы.... Лас-Вегас. Какого черта мы забыли в Вегасе? Я не был здесь лет восемь. Со времен первого медового месяца. С Линой.
И тут я понимаю, что меня качает вовсе не потому что я все еще пьян. Мы на яхте. Точно. В самолете познакомились с парочкой сумасшедших туристов, празднующих пятилетний юбилей со дня свадьбы, и, накачавшись в каком-то клубе спиртным и легкими наркотиками, сняли яхту, чтобы продолжить бесчинствовать уже там. Нас почему-то было много. У меня и Инги талант привлекать таких безумных, как мы. Синхронизировав таким образом периодичность событий, я смело открываю глаза. Лучше бы я этого не делал.
Рядом со мной не Инга. Я даже не помню имени миниатюрной брюнетки, мирно посапывающей у меня под боком. Она спит без одеяла, как впрочем и я. И на ней совсем нет одежды. Повсюду пустые бутылки, и наша одежда. На спинке кровати небрежно повис вверх от бикини незнакомки. На столе прямо в тарелке с фруктами гора выкуренных сигарет, издающая отвратный запах. Меня тошнит и мне жарко. Неужели я был в состоянии предаваться разврату после такого количества допинга? Я поворачиваюсь к девушке и хлопаю ее по голой загорелой ягодице. Она недовольно морщиться, но поднимает голову. Алелуйя, я узнал ее. Эта та самая девица из самолета. Даже боюсь представить, где сейчас ее счастливый супруг. Хотя нет, не боюсь. Я почти уверен. И мне все равно. Я давно перешел грань, все мыслимые и немыслимые грани. Ни ревности, ни злости, ни сожаления.... Одна сплошная безмятежная пустота и апатия.
- Мне бы пива. - простонала девица. Лицо у нее сильно помятое, и выглядит гораздо хуже, чем упругая и подтянутая задница. Трезвый бы я на нее не запал. - Владик, глянь под кроватью. Я вчера вроде видела на полу пару банок.
Я, морщась от приступов головной боли и подступающей тошноты, послушно свешиваюсь с кровати. Я просто не в состоянии спорить. Не вижу ничего, кроме использованных презервативов. Значит, силы на секс у меня были. Совершенно не помню....
- Пива нет. - говорю я, и не узнав собственный голос. Что это за хриплое блеяние?
- Вот черт, сейчас сдохну. - она садиться, нисколько не смущаясь собственной наготы.