У Кайроса оставалось только следовать за ним по извилистым, многолюдным улицам, слившимся с уличной толпой. Мужчина пригнул голову, оставаться неузнанным. Он собирался остановить Бориаса, когда обнаружил себя на невольничьем рынке. Заинтригованный, он шел за другом дальше, пока они не дошли до секс–рабов. Кайрос не мог сдержать улыбки.

— Я же говорил, — доверься мне, — произнес с ухмылкой Бориас. — А теперь, выбери себе женщину, которая будет удовлетворять фантазии, которые не сможет удовлетворить жена.

Прошло несколько часов, прежде чем Кайрос осмотрел каждую кандидатку. Его внимание привлекли несколько женщин, но не настолько, чтобы купить.

— Я ничего не выбрал, — разочарованно сказал Кайрос. — Давай вернемся позже.

Они развернулись, как вдруг аукционист прокричал:

— И, наконец, жемчужина аукциона!

Кайрос оглянулся через плечо, чтобы увидеть, как на сцену вынесли женщину. Ее руки были задраны над головой, а ноги привязаны к подставке. Глаза закрывала повязка, во рту был кляп. Ее изгибы были божественны, а темные, каштановые волосы, волнами спадавшие до талии, так прекрасны, что Кайрос не мог отвести взгляд.

— Кажется, мы остаемся, — сказал Бориас, хлопнув рукой по спине друга.

— Я хочу ее. Цена не важна. — Во рту пересохло. — Забери ее. Быстро.

Друг улыбнулся и проложил себе путь через толпу. Кайрос затаил дыхание, когда начались торги. Женщина вызвала ажиотаж, и он заволновался, что Бориас не успеет выкупить ее. С каждым выкриком из толпы цена становилась все выше и выше.

Взгляд Кайроса переместился: женщина зашевелилась, словно только что очнулась. Мужчина понял, что ее усыпили до аукциона. Кайрос улыбнулся. Она, должно быть, вздорная. Член напрягся от одной только мысли о том, как он возьмет ее. Ее грудь была полной, идеально подходящей для его больших рук. Он не мог дождаться момента, когда овладеет ею, почувствует, как твердеют ее соски у него во рту.

— Продано! — крикнул торговец.

Кайрос перевел взгляд на Бориаса, который рассчитывался за женщину. И облегченно вздохнул, не понимая, почему так отчаянно ее желает. Кивнув Бориасу, он повернулся, чтобы покинуть рынок. Нужно все подготовить для новой рабыни.

***

Джарина пыталась унять сердце, готовое выпрыгнуть из груди, когда услышала, как мужчина рядом с ней выкрикивал цифры. Она пыталась отогнать туман, застилавший сознание, стараясь определить, где оказалась. Ощутив, что ее руки и ноги связаны, кляп сковывает рот, а повязка — глаза, она, наконец, признала, что произошло нечто ужасное. Прохладный воздух на голой коже подтверждал, что случилось самое ужасное. Каким–то образом дядя сумел продать ее на невольничий рынок. Джарина хотела устроить скандал, чтобы ее развязали и подали голову Ампикса на блюде, но понимала, что криками ничего не добьется. Она королева и найдет способ выбраться из рабства, чтобы вернуться в Гесион до того, как дядя предпримет еще что–нибудь.

— Вот она, сэр, — услышала она глубокий голос рядом с собой. — Никогда прежде за рабыню столько не платили.

Чья–то рука коснулась ее щеки, затем двинулась вниз по шее к полной груди и подразнила сосок. Джарина была одновременно возмущена и удивлена реакции тела на эти прикосновения.

— Да, она определенно главный приз. Где ты ее взял? — голос мужчины был спокойным и глубоким. Почти дружелюбным.

— Ах... не могу разглашать, откуда получаю свой товар, — другой человек запнулся. — Вы, конечно, понимаете, сэр?

— Конечно, — тихо произнес дружелюбный человек. И тихо добавил: — Ты украл ее.

— Ни за что!

— Не стоит злиться. Я не собираюсь выпытывать информацию дальше.

Джарина чувствовала, что еще немного, и она расплачется. Она не плакала с момента гибели родителей полгода назад, и не желала делать это сейчас.

Руки опустили. Лодыжки тоже освободили. Она молилась, чтобы ей вытащили кляп изо рта и сняли повязку с глаз, но тщетно. Девушка прислушалась, чтобы понять, что происходит. Услышав шелест, она почувствовала ткань на своей коже.

— Я не могу вывести тебя на улицу обнаженной, мой приз. Иначе буду убит в ту же секунду, — прошептал мужчина ей на ухо, прежде чем поднять на руки.

***

Кайросу не терпелось добраться до своей комнаты. Бориас вернулся с его новой рабыней несколько часов назад, и Кайросу хотелось поскорее насладиться ею.

Он вошел в покои и увидел женщину, связанную так же как на невольничьем рынке — руки над головой, ноги широко расставлены. Чтобы привязать ее, Бориас использовал две большие колонны рядом с кроватью Кайроса. Он оставил повязку на глазах и кляп во рту. Взгляд Кайроса оценивал красоту девушки. Она была высокой, с длинными, стройными ногами, широкими бедрами, узкой талией и полной грудью. Кожа была бронзовой от солнца, а соски — темно–розовыми. Завитки между ее ног были того же цвета, что и волосы на голове и разглядывая все это, он понял, что уже готов припасть к этим складочкам и слизывать влагу с ее лона.

Кайрос старался держать себя в руках. Девушка проснулась, но ее тело было неподвижно, будто ожидало его прикосновений. Мужчина ходил вокруг нее, позволяя пальцам ласкать ее живот, бедра, округлую попку. Снова живот.

— Великолепна, — прошептал он ей на ухо.

Она дернулась от него в удивлении.

— Я не причиню тебе вреда, — заверил ее Кайрос. — Я твой новый хозяин, и мы проведем много ночей удовольствия, — он накрыл ее груди, наблюдая, как твердеют соски. — Тебе нравится получать удовольствие?

Когда она не ответила, он слегка ущипнул ее за сосок и услышал резкий вдох.

— Достаточно простого кивка, — подсказал он. — Теперь, ответь мне. Тебе нравится получать удовольствие?

Она слегка кивнула.

— Ты принимала ванну?

Еще один небольшой кивок.

— Хорошо, — Кайрос поспешно стянул с себя сапоги, штаны и тунику.

Член изнывал от боли и желания поскорее войти в нее, но он сдерживался. Не понятно почему, но хотелось, чтобы с этой женщиной все произошло медленно. Он снова обошел вокруг нее и провел рукой вверх и вниз по ее спине к попке. Кожа была мягкой и шелковистой, словно лепесток. Встав перед ней, он позволил рукам снова блуждать по ее телу. Он ласкал ее грудь, пощипывал соски, затем спустился вниз к бедрам, слегка коснувшись ее лона. Дыхание девушки стало прерывистым, когда он потерся возбужденным членом о ее попку.

— Чувствуешь, как сильно я хочу тебя?

Та не ответила, за что получила шлепок по попке. Ее тело дернулось.

— Я задал тебе вопрос, рабыня.

Она нерешительно кивнула.

— Будешь умницей, если запомнишь, кто здесь хозяин. Я буду делать все, что мне угодно с твоим телом, а — выполнять все, о чем я прошу, без жалоб и вопросов.

На этот раз она кивнула, соглашаясь.

— Рад, что ты понимаешь.

Кайрос встал перед ней и, наклонившись, втянул ее сосок в рот. Он обвел языком вокруг крошечного бутона, прежде чем начать его посасывать, не сдержав улыбку, когда рабыня захныкала. Отлично. Он хотел, чтобы она возжелала его так же, как и он ее.

Губы ласкали одну ее грудь, а пальцы теребили второй сосок, поддерживая в напряжении и возбуждении. Когда тело рабыни начало дрожать, он убрал руку и начал поглаживать ее живот. Ее бедра двигались ему навстречу, нуждаясь в близости с ним. Кайрос улыбнулся, отстранившись от ее груди, когда его рука легла между ее ног, раздвигая лепестки. Он застонал, когда почувствовал влагу ее возбуждения на своих пальцах. Его член пульсировал, страстно желая войти в тугую плоть. Однако он был очень удивлен, когда, проникая в ее тело, наткнулся на преграду. Ему не приходило в голову, что рабыня может оказаться девственницей. Торговец тоже не знал об этом, иначе втрое поднял бы цену.

— К тебе никогда не прикасались, — произнес он, пока его пальцы медленно погружались и выходили из нее.

Она покачала головой и всхлипнула, когда его пальцы дотронулись припухшей жемчужины.

— Такого подарка я не ожидал.

Больше он ничего не произнес, только уселся между ее ног и раздвинул руками ее складочки. Наклонившись, он приласкал языком ее возбужденную плоть, после чего начал кружить вокруг ее жемчужины, беспощадно поддразнивая ее.