– Замечательно! – Леди Гленда улыбнулась Равенне. – Это Лаймон предложил проводить состязания в ловкости, чтобы занять людей до начала походов. Гильдернстерну это очень понравилось. Лэрды раньше так всегда делали, когда созывали членов клана для боевых действий. Его светлость готовы?
– Он только что туда отбыл.
– Без меня? – Гленда побледнела и вскочила на ноги. – Я хотела переодеться, но теперь нет времени.
Подхватив юбки, она торопливо удалилась. Ее примеру последовали остальные дамы в зале. Равенна была вынуждена присоединиться к толпе служанок и женщин попроще. Кое-кто из них, впрочем, смахивал на любительниц одаривать своим вниманием всех, кто готов за это заплатить.
Ристалище огородили веревками – там находились состязающиеся. Зрители толпились вокруг, пили эль и заключали пари. Скамьи для знати поставили в три ряда.
В центре среднего ряда под навесом из темно-синей клетчатой материи – цвет клана Шу – сидели Гленда и другие дамы в ярких платьях. Леди Гленда увидела Равенну и знаком пригласила присоединиться к ней, но та, заметив там леди Селену, отказалась.
– Ах вот ты где, – раздался недовольный голос.
Равенна обернулась и увидела Фэрлиза.
– Как погляжу, ты наслаждаешься жизнью в замке, – произнес он, хмуро оглядев ее прическу и чистое платье.
Сам он, хоть и был одет в свою лучшую шерстяную тунику, выглядел не лучше собственных грумов.
– Где ты устроился?
– Мне повезло, я купил небольшую палатку.
– А остальные?
Фэрлиз пожал плечами.
– Кто где.
«Спят на земле под открытым небом?!» Равенна почувствовала себя виноватой, так как долг главы клана – позаботиться о своих людях.
– Я познакомилась с хозяйкой Камелота, – сказала она. – Когда игры закончатся, я попрошу ее подыскать место для всех нас.
– Мы не нуждаемся в твоих благодеяниях, – огрызнулся Фэрлиз. – Ты виделась с графом? Небось уже успела влезть к нему в постель и выудить у него покровительство и грамоту на опекунство?
– Я не виделась с графом, – оборвала Фэрлиза Равенна.
– Это хорошо, потому что я собираюсь…
Он не договорил, так как звуки труб призвали толпу к молчанию. На середину площадки выехал Гильдернстерн. Красно-черный тартан был затянут ремнем поверх белой шерстяной туники. На голове красовалась черная бархатная шапка с тремя ястребиными перьями. На руках сверкали перстни.
– Приветствую всех. Представляю вам вождей Великой миротворческой армии.
Воины вышли на поле. Их было человек сорок, некоторые в блестящих кольчугах, некоторые в подбитых материей доспехах, а кое-кто и вовсе с голыми ногами, покрытые шкурами животных, с длинными копьями в руках.
– Мы проверим нашу готовность к бою. Что вы скажете, вожди кланов? Готовы ли ваши люди показать свою храбрость?
– Да! – выкрикнули вожди. Воздух содрогался от воинственных криков.
– А разве Дэнны не выступили на поле? – сквозь шум спросила Равенна.
– Похоже, твои новые друзья не успели рассказать тебе… Мы в немилости, – сквозь зубы прошипел Фэрлиз. – Братец, похоже, отказался в свое время присоединиться к армии графа, и теперь на нас лежит позорное пятно. Ты знала, что Падди приезжал сюда и что его убили, когда он возвращался из Камелота?
– Нет, – еле слышно сказала Равенна. – А что будет с присягой на верность?
– Я графа не спрашивал. Ты бы видела, как эти Стюарты смотрят на меня! Словно я шпион или убийца.
– Что же мы можем сделать? – спросила она Фэрлиза.
– Я лично буду выжидать и найду возможность доказать, что я не такой трус, как Падди.
– Трус? Он никогда им не был!
– Он был слабовольный старый дурень, у которого не хватило ума сообразить, что единственная возможность для Дэннов добиться достойного положения – это присоединиться к Ворону.
– Ублюдок! Убийца! – раздался чей-то вопль у нее под самым ухом.
Равенна оглянулась и увидела перекошенное от злости лицо мальчишки. Кого он имел в виду? Фэрлиза?
– Я убью его! Эта гнусная светлость заплатит за все! – Мальчик пролез под веревками и, выхватив из-за пояса кинжал, побежал к графу.
– Остановись! – крикнула Равенна.
– Осторожнее, милорд граф! – закричал Фэрлиз и, перепрыгнув через веревку, стал пробираться сквозь строй воинов за мальчишкой.
Гильдернстерн обернулся и что-то закричал. Вожди кланов, окружавшие его с трех сторон, замерли на месте, глядя на бегущего мальчика, затем обнажили мечи.
Парнишка остановился и занес руку с кинжалом.
– Не-е-ет! – Фэрлиз набросился на него, они упали и принялись кататься по земле.
Равенна, бросившись вслед за ними, увидела, как Фэрлиз выхватил кинжал из руки парня и занес его над своей жертвой.
– Не смей! – Равенна зажала руку Фэрлиза и не дала ему нанести удар.
– Отпусти меня! – заорал Фэрлиз.
– Он еще совсем ребенок! Давайте выясним, чего он хотел.
– Он пытался убить меня. – Гильдернстерн оттолкнул Равенну, схватил парнишку за шиворот и поднял с земли. – Кто тебя послал? Кто заплатил, чтобы ты убил меня?
– Никто. – Мальчуган хмуро глядел на графа из-под насупленных бровей. Да ему не больше десяти-одиннадцати лет, подумала Равенна. – Ты убил моего брата.
– Кого я убил, сопляк?!
– Уилла Росса. Я его брат… Колин.
– Ага. – Губы Гильдернстерна презрительно скривились. – Итак, Россы подослали мне нового предателя.
– Уилл не был предателем!
– Это ложь. Но больше врать тебе не придется, – заявил Гильдернстерн. – Горас, дай-ка мне веревку, мы его повесим.
– Ваша светлость, пощадите! – вмешалась Равенна. – Пожалуйста, не вешайте его. Он ведь совсем еще ребенок и не понимает, что творит…
– Да как вы осмелились подойти ко мне и требовать снисходительности к убийце? – взревел Гильдернстерн. – Кто вы, черт возьми?
– Р-Равенна Дэнн.
– Дэнн! – Это слово было подобно маслу, подлитому в огонь. Бешено сверкая глазами, Гильдернстерн произнес: – Еще одна предательница. Что вам надо?
– Я… мы… – она указала на Фэрлиза, стоящего рядом, – мы приехали, чтобы присягнуть вам на верность от имени моего сына.
Ярость Гильдернстерна поутихла, когда он взглянул на Фэрлиза.
– Вы спасли мне жизнь, и за это я вам благодарен. А кем вам приходится эта надоедливая женщина?
– Никем, – быстро ответил Фэрлиз.
Равенна чуть не задохнулась.
– Я мать наследника Падди Дэнна.
– Не упоминайте при мне имя этого предателя, – рявкнул Гильдернстерн. – Горас! Мальчишку повесить, а женщину брось в темницу. Я потом решу, как с ней поступить.
– Ваша светлость! – раздался вдруг глубокий голос.
Равенна с облегчением увидела Лаймона.
– Вот и ты, – пробурчал граф. – Выбрал время, чтобы поохотиться. Меня тут чуть не убили. – Он указал на мальчика.
Лаймон приблизился к Равенне.
– А что сделала Равенна?
– Тебе не все равно?
– Я говорил уже, что знаком с ней. И к тому же мы помолвлены.
– Помолвлены? – оглушающе громко переспросил граф. – Я ничего об этом не знаю. Когда это случилось?
– Сегодня утром. – Лаймон, не отрываясь, смотрел на Равенну. В его насмешливом взгляде она легко прочла вызов.
Шахразада не могла отвести взгляда от горящих глаз гиганта Лаймона. О, такого мужчину любить не грех! О таком красавце не грех мечтать… О нем не…
Безжалостное солнце нашло лазейку в плотных занавесях и теперь изо всех сил играло с ресницами Шахразады, пытаясь разбудить ее.
– Аллах всесильный… Ну что еще случилось? – Девушка рывком села, пытаясь понять, почему на ней вместо синего шерстяного платья тончайший муслин сорочки и куда подевался прекрасный рыцарь, только что пообещавший взять ее в жены.
Свиток третий
![Девять снов Шахразады i_004.jpg](https://litlife.club/books/215375/read/images/i_004.jpg)
«В жены? В какие жены? Меня взять в жены… Меня или Равенну? Что со мной?»
Шахразада приложила пальцы к щекам. Так она делала всегда, когда хотела сосредоточиться и отгородиться от всего вокруг. Воспоминания, невероятно яркие, вновь вспыхнули перед ее глазами: мальчишка, бросающийся на лэрда, отвратительный Фэрлиз с подлой и наглой улыбкой, гигант Лаймон… Храпящие лошади, песок ристалища, березы, колеблемые резким весенним ветром…