В этот период броненосцы обеих сторон ограничивались перестрелками с дальних дистанций. Первая состоялась уже 9 февраля. Убедившись, что бой вблизи Порт–Артура под огнем 5 боеспособных броненосцев при поддержке береговых батарей успеха не принесет, японцы отступили.

Для ослабления противника обе стороны активно применяли минное оружие, кроме того, японцы стремились с помощью брандеров закупорить русский флот в гавани.

Пользуясь невозможностью выхода русских броненосцев в отлив, японцы применяли трекидную стрельбу через Ляотешань с позиций, находившихся вне сектора обстрела береговых батарей. Тем не менее для противодействия японцам русские корабли несколько раз выходили в море. Один из таких выходов закончился гибелью на минном заграждении броненосца «Петропавловск» и повреждением броненосца «Победа». На «Петропавловске» погиб адмирал Макаров, после чего активность броненосцев русской эскадры заметно снизилась и основным оружием стали мины.

Это привело к успеху: 15 мая на минах, поставленных заградителем «Амур», погибли два японских броненосца. «Хатсусе» погиб на месте, а «Ясима» — при буксировке на базу.

В конце июня все три поврежденных русских корабля вошли в строй. И 23 июля эскадра сделала попытку прорваться во Владивосток, но была встречена превосходящими силами японцев и вернулась на базу.

Тем временем неприятельская армия вплотную приблизилась к Порт–Артуру, и ее осадная артиллерия могла обстреливать корабли в гавани.

Во избежание потерь русская эскадра, в том числе 6 броненосцев, 10 августа вышла в море, где встретила японскую в составе 4 броненосцев и 2 бронированных крейсеров. Силы противников были примерно равны, русские корабли имели на одно крупное орудие больше, но уступали в числе 152–мм пушек (34 против 40). Бой происходил на первом этапе на равных, но в 15 час. 35 мин. 305–мм снаряд разорвался на мостике «Цесаревича» и адмирал Виттефт был убит. Спустя некоторое время другой снаряд повредил рулевое устройство флагманского корабля, и он потерял управление. Строй нарушился, и только активные действия «Ретвизана» позволили кое‑как восстановить порядок. Но бой был окончательно проигран. Пять броненосцев вернулись в Порт–Артур, и только «Цесаревич» сумел прорваться в Циндао, где и был интернирован. Судьба остальных русских броненосцев была печальна: четыре из них погибли под огнем осадной артиллерии во внутренней гавани, и только «Севастополь» под командованием Н. О. Эссена, своевременно выведенный из внутренней гавани в бухту Белого Волка, продолжал сражаться, помогая крепости огнем своей артиллерии и одновременно отбиваясь от японских миноносцев. «Севастополь» сражался до конца и был затоплен своей командой 2 января, накануне сдачи крепости.

Подводя итоги первого периода Русско–японской войны на море и действий броненосцев, можно сказать, что они не проявили мощи своей артиллерии в полной мере — ни один из броненосцев не погиб в артиллерийском бою, хотя в ряде случаев они и получили значительные повреждения. Основные потери броненосцы понесли от мин — «Петропавловск», «Хатсусе» и «Ясима». «Севастополь» был затоплен своей командой, а «Полтава», «Пересвет», «Победа» и «Ретвизан» погибли под огнем осадной артиллерии. Эти 4 корабля впоследствии были подняты японцами и вошли в состав их флота. Во время Первой мировой войны «Полтава» и «Пересвет» были проданы России.

В заключение следует отметить возросшую роль миноносцев и торпедного оружия. На их счету повреждения «Цесаревича» и «Ретвизана» в начале войны и «Севастополя» — в конце.

С падением Порт–Артура закончился первый этап войны на море. Японский флот получил передышку и возможность произвести необходимый ремонт своих кораблей, чтобы встретить приближающуюся 2–ю Тихоокеанскую эскадру во всеоружии.

Впереди была Цусима.

Глава 1

ОТ ЦУСИМЫ ДО ПЕРВОЙ МИРОВОЙ

Страшное поражение русского флота в Цусимском проливе 27 мая 1905 г. потрясло Россию. Патриоты переживали, пораженцы (были и такие) ликовали. И те и другие на все лады искали виноватых.

Еще не отгремели пушки, как заскрипели перья. О Цусимском сражении написано много и еще будет написано, поскольку оно оказало огромное влияние на дальнейшее развитие броненосного флота и полностью подтвердило правильность на то время теоретических выводов Мэхана и Коломба о решающей роли генерального сражения в борьбе за господство на море и, как следствие, победе полной.

Поэтому следует остановиться на описании этого одного из наиболее кровопролитных сражений на море более подробно. Но обо всем по порядку.

Цусимское сражение

Как это произошло. Русское правительство, понимая, что победа в войне с Японией будет решаться в первую очередь на море, сформировало и послало для усиления дальневосточных морских сил 2–ю Тихоокеанскую эскадру.

Однако для ее формирования требовалось определенное время, так как новейшие броненосцы «Орел» и «Князь Суворов» еще не были готовы («Слава» так и не была построена к моменту выхода эскадры).

Не были готовы и несколько крейсеров и миноносцев. Поскольку все силы и средства были направлены на введение в строй новейших кораблей, старые корабли — «Сисой Великий» и «Наварил» — не были модернизированы и вошли в состав эскадры в худшем состоянии, особенно по механизмам, по сравнению с тем, в каком они прибыли с Дальнего Востока.

Единственное, что было сделано, это некоторое усиление артиллерии «Сисоя Великого» на четыре 120–мм пушки. На «Наварине» и броненосном крейсере «Адмирал Нахимов» артиллерия осталась прежней, стреляющей дымным порохом с предельной дальностью не больше 50 кабельтов.

Несмотря на все трудности, 2–я Тихоокеанская эскадра была сформирована к началу сентября 1904 г. В ее состав входили броненосцы: «Князь Суворов» (флагман), «Император Александр III», «Бородино», «Орел», «Ослябя», «Сисой Великий» и «Наварин».

В ее состав были включены 5 крейсеров — «Адмирал Нахимов», «Аврора», «Дмитрий Донской», «Светлана» и «Алмаз» — и 7 миноносцев типа «Бедовый». Командующим был назначен контр–адмирал З. П. Рожественский.

Для усиления эскадры была сделана попытка приобрести у Аргентины и Чили семь крейсеров и даже выделен личный состав из Черноморского флота. Однако под давлением Англии Аргентина и Чили отказались от сделки, и специалисты–черноморцы, артиллеристы и машинисты в первую очередь, не приняли участия в формировании команд 2–й Тихоокеанской эскадры. На их место пришли запасники и новобранцы, а также в состав команд были включены штрафники, которых охотно списывали на эскадру. В результате рядовой состав кораблей оставлял желать лучшею. Впрочем, и офицерский состав в значительной степени состоял из молодых мичманов и прапорщиков по адмиралтейству.

Вот в таком составе и с такой командой эскадра вышла из Кронштадта 11 сентября в Ревель, где и находилась до 11 октября. Здесь в ее состав вошли крейсер «Жемчуг» и миноносец «Прозорливый». Наконец 15 октября 2–я эскадра вышла из Либавы на Дальний Восток. Столь неспешное продвижение объяснялось тем, что на броненосце «Орел» еще велись некоторые работы. 20 октября, приняв уголь в Скагене, эскадра разделилась на 6 отрядов для следования Северным морем. Один из отрядов под непосредственным командованием вице–адмирала Рожественского (он был произведен в следующий чин уже после выхода из Кронштадта) включал 4 новейших броненосца типа «Бородино» и транспорт «Анадырь». Вот с ним и произошло событие, получившее в истории название «Гульский инцидент». Введенный в заблуждение неверными сведениями о якобы находящихся в Северном море японских миноносцах и сообщениями с транспорта «Камчатка» об атаке на него миноносцев (это были норвежские рыболовные суда, по которым с «Камчатки» было сделано несколько выстрелов), Рожественский дал сигнал отряду «ожидать атаки миноносцев».