Глава 12
Нора нисколько не удивилась, когда в пятницу после обеда Кэл снова собрался уезжать. О своих таинственных делах муж так ничего и не рассказал ей. Hope даже не пришло в голову досаждать ему своими недомоганиями, болями в спине и меньше всего предупреждением доктора. Отчуждение и неприступность мужа пугали ее, казалось, он постоянно чем-то озабочен. Нора старалась напоминать себе, что до тех пор, пока Кэл не переехал в барак для рабочих, он был добр к ней, старался не обращать внимания на подгоревшую яичницу, даже на ужасное печенье, которое по-прежнему не получалось.
Кэл появился дома в пятницу после обеда только для того, чтобы упаковать дорожную сумку. Он ни слова не проронил по поводу аккуратно уложенных чистых рубашек, которые Hope удалось, наконец, отгладить сравнительно сносно. Молодая женщина научилась пользоваться тяжелым чугунным утюгом, опуская его прежде на какую-нибудь рогожку или мешок из-под муки, а затем уже на рубашку. Больше она не прожигала на белье дырок и не оставляла желтых подпалин.
Вид чистых отглаженных рубашек заставил Кэла почувствовать себя виноватым. Можно было представить, сколько времени пришлось потратить Hope, чтобы суметь так хорошо выгладить белье.
— Спасибо, — натянуто поблагодарил он. Нора лишь пожала плечами. Разговор не получался. Молодая женщина чувствовала себя совсем больной. Стараясь подавить подступающий кашель, она чихнула.
— С тобой все в порядке? — Кэл внимательно посмотрел на жену.
— Это от пыли, — солгала Нора, доставая из кармана фартука носовой платок и прикрывая рот. — Только из-за пыли.
Пыль на самом деле толстым слоем лежала на мебели.
— Да, — с грустью согласился Кэл, осматриваясь кругом.
Нора взглянула на мужа.
— У меня достаточно работы без того, чтобы постоянно протирать мебель. Пыль тут же собирается вновь.
— Как скажешь, — Кэл не настроен был спорить. Но вид жены обеспокоил его. — Ты что-нибудь ешь? Мне кажется, ты очень похудела, Нора. Ты должна стараться есть как можно больше. Доктор действительно сказал, что у тебя все в порядке?
— Он сказал, что у меня все хорошо, — солгала Нора. — Я не поднимаю никаких тяжестей.
Кэл кивнул, успокаиваясь. Он не бывал дома целыми днями и представления не имел, чем она занимается.
— Старайся заботиться о себе. Я вернусь в понедельник к вечеру.
— Ты взял с собой оружие? — спросила Нора. Кэл удивился.
— Я всегда беру с собой оружие. Техас еще не настолько цивилизованная территория, как нам хотелось бы. Путешественникам нужно все время остерегаться ограблений.
Нора удивленно приподняла брови.
— Но что может грабитель отнять у тебя? — непредусмотрительно заметила она.
Взгляд Кэла стал холодным и насмешливым.
— Простите, мэм, что вы имели в виду? Нора вспыхнула.
— Я хотела сказать…
— Ты все еще переживаешь, что стала женой человека, не подходящего тебе по положению, не так ли? — раздраженно спросил он. — Ты считаешь, что я — человек без средств и не представляю интереса для грабителей?
Молодая женщина прикусила губу.
— Кэл, ты искажаешь мои слова. — Глаза ее умоляли мужа понять. — Я — твоя жена. Мой удел — жить, как живут простые люди. Я пытаюсь привыкнуть. В самом деле, я очень стараюсь.
— Но ты ненавидишь такую жизнь. Я замечал, как ты не поднимаешь глаз, когда мы вместе идем по городу, словно тебе стыдно, что тебя видят со мной рядом. Ты выполняешь работу по дому с видом святой мученицы, потому что привыкла считать, что порядочная женщина не должна заниматься стиркой и приготовлением пищи. Ты стыдишься своего настоящего положения, Нора, стыдишься того, что я — твой муж.
Нора стиснула зубы.
— Пожалуйста, Кэл…
— Только подумайте, мисс Марлоу из Ричмонда вышла замуж за бедного ковбоя в грязных сапогах. — Сло-. ва мужа хлестали ее как плеткой, выплескивая все его негодование и злость. — А в довершение всего, твоя тетя только что остановила меня и спросила, не мог бы я нанять для тебя приходящую прислугу. Потому что, как сказала миссис Тремейн, леди едва ли может выполнять утомительную работу по дому. Тебе приходится зависеть от милости Мелли, которая приносит еду, — жестко добавил он.
Нора покраснела.
— Но я ни о чем не просила Мелли! — пыталась оправдаться она. — Да, кузина очень добра ко мне и приносит кое-что поесть… Ты не живешь сейчас здесь, так почему я должна готовить для себя одной? И я никоим образом не просила тетю Элен говорить с тобой о прислуге.
Кэл преувеличенно тяжело вздохнул.
— Но ты просила об этом меня, и я отказал. Если ты не говорила об этом с миссис Тремейн, значит она умеет читать мысли, — зло выпалил он. — Ты притворяешься, что любишь меня, Нора, но нам обоим хорошо известно, что ты никогда не была счастлива здесь. У тебя нет совершенно никаких способностей к ведению домашнего хозяйства. Тебе не хватает терпения научиться готовить. Ты мечтаешь только о шелковых платьях, белоснежных скатертях, серебре и хрустале. Тебя никогда не устроит та жизнь, которую я могу обеспечить тебе.
— Нет, устроит, — сердито заявила Нора.
— В самом деле? — Глаза Кэла сузились. — Тогда зачем ты просила тетю написать письмо твоим родителям, чтобы попросить у них прощения? — Наконец, он не выдержал и высказал то, что мучило его больше всего.
Нора поражение вскрикнула.
— Я не просила! — возмутилась она, в ужасе от обвинения в том, что она унизилась и обратилась за помощью к отцу после того, как жестоко он поступил с ней. О чем только думала тетя Элен, сказав Кэлу такую страшную вещь? Если она хотела уколоть ее мужа и заставить лучше относиться к племяннице, то достигла этим только обратного.
— Твои родители богаты, а ты — их единственная дочь, — продолжал Кэл с кривой усмешкой. — Но позволь мне сказать тебе кое-что. Я не против, если ты решишь помириться с отцом, но не смей его ни о чем просить. Ни о платьях, ни об украшениях, ни о деньгах. Потому что пока ты являешься моей женой, я не позволю тебе взять у твоей семьи ни цента!
Нора взглянула на мужа. Гнев охватил ее с новой силой, желание оправдываться пропало.