Эзраходин тихо засмеялся.
— Очень хорошо. Прошу, поведай, как смерть настигла... как погиб твой отец?
— Его ударили ножом, — объяснил Алрик.
— Каким ножом?
— Обычным солдатским кинжалом-ронделем. — Алрик развёл руки примерно на фут. — Приблизительно такой длины. У него плоское лезвие и круглое навершие.
Эзраходин кивнул.
— В каком месте его ударили?
— В его собственной часовне.
— В какую часть тела?
— А, в спину, в верхнюю левую часть, полагаю.
— В часовне были окна или другие выходы?
— Нет.
— Кто нашёл тело?
— Эти двое.
Алрик показал на Ройса и Адриана.
Колдун улыбнулся и покачал головой.
— Нет, кроме них. Кто объявил о смерти короля? Кто поднял тревогу?
— Должно быть, Вайлин, капитан моей стражи. Он очень быстро оказался на месте и арестовал их.
Адриан вспомнил ночь, когда убили короля Амрата.
— Нет, не совсем так. Ещё был гном. Он, наверное, завернул за угол коридора, когда мы вышли из часовни. Скорее всего, он увидел на полу тело короля и закричал. Сразу после этого прибыли солдаты, и, должен сказать, на удивление быстро.
— Это просто Магнус, — сказал Алрик. — Он уже много месяцев занимается каменной кладкой в замке.
— Не довелось ли видеть... вы видели, как гном шёл по коридору? — спросил колдун.
— Нет, — ответил Адриан, и Ройс подтвердил это, качнув головой.
— А когда вы вошли в часовню, от двери было видно тело короля?
Адриан и Ройс покачали головами.
— Это всё объясняет, — сказал колдун так, как будто ему всё было совершенно ясно. Остальные в замешательстве уставились на него. Эзраходин вздохнул. — Амрата убил гном.
— Это невозможно, — сказал Алрик с вызовом. — Отец был крупным мужчиной, а удар был нанесён сверху вниз. Гном просто не мог заколоть его в верхнюю часть спины.
— Ваш отец был в часовне и, как всякий благочестивый монарх, стоял на коленях, опустив голову. Гном убил его, пока он молился.
— Но, когда мы входили, дверь была заперта, — сказал Адриан. — И в комнате не было никого, кроме короля.
— Никого, кого вы могли бы увидеть. В часовне есть алтарь с дверцами?
— Да.
— Такие алтари существовали и тысячу лет назад. Религия изменяется медленно. Корпус алтаря, скорее всего, слишком мал для человека, но гном легко может там поместиться. Убив короля, он запер дверь и стал дожидаться возможности объявить об обнаруженном. – Эзраходин помолчал. – Об-об-наруженном? Разве можно так сказать? – Он закатил глаза и покачал головой. – Если с языком произошли такие изменения, что же случилось со всем остальным.
Раз дверь закрыта, то ночная стража или слуги не найдут тело раньше времени. Войти сумеет только опытный вор, которым, полагаю, и является по крайней мере один из вас. — Произнося последнюю фразу, он смотрел прямо на Ройса. — Когда вы ушли, гном вылез, открыл дверь и поднял тревогу.
— Значит, гном — агент церкви?
— Нет, — вздохнул колдун. Он выглядел расстроенным. — Ни один гном не станет носить обычный кинжал. Традиции гномов меняются ещё медленнее, чем религия. Кинжал ему вручил тот, кто его нанял. Найдите этого человека, и вы найдете настоящего убийцу.
Все потрясённо уставились на колдуна.
— Поразительно, — сказал Алрик.
— Нет, определить не так уж и трудно. — Колдун наклонил голову в сторону утёса. — Побег был сложным. Говорить, как вы, сложно. Понять, кто убил короля Амрата, было... было... несложно?
— Несложно? — спросил Адриан. — Вы имеете в виду легко?
— Как может «лёгкий» быть противоположностью «сложному»? Нет смысла в этом.
Адриан пожал плечами:
— И тем не менее это так.
Эзраходин казался раздражённым.
— Увы. Это вся помощь, которую я могу оказать в этом деле. Отсюда я пойду своей дорогой. Как я уже сказал, есть дела, за которыми мне нужно проследить. Была ли моя помощь достаточной, чтобы не развязывать языки?
— За это я ручаюсь, — сказал Алрик, протягивая колдуну раскрытую ладонь.
Колдун опустил глаза на ладонь Алрика и улыбнулся.
— Твоего слова достаточно.
Он отвернулся и, не прощаясь, направился вниз по склону.
— Вы собираетесь идти пешком? Знаете, отсюда сложно выбраться и вам предстоит долгий путь, — крикнул ему вслед Адриан.
— С нетерпением жду путешествия, — ответил колдун, не оглядываясь. Следуя по древней дороге, он завернул за угол и пропал из вида.
Оставшиеся члены отряда уселись на лошадей. Теперь Майрон, казалось, чувствовал себя уютнее в окружении животных и уверенно забрался на свое место позади Адриана. Он даже не стал держаться, пока они не начали обратный спуск по ущелью. Адриан ожидал, что по пути они обгонят Эзраходина, но они достигли дна ущелья, так и не встретив его.
— Очень необычный человек, да? — спросил Адриан. Он продолжал оглядываться вокруг, ища хоть какой-нибудь след колдуна.
— То, как он сумел выбраться из этого места, заставляет меня задуматься: что же мы сегодня наделали, выпустив его? — сказал Ройс.
— Ничего удивительного в том, что император добился таких успехов. — Алрик нахмурился и стал запутывать концы поводьев. — Но надо сказать, ему приходилось многое терпеть. Я, знаете ли, нечасто подаю руку, но если подаю, то вправе ожидать ответного рукопожатия. Я нахожу его реакцию довольно оскорбительной.
— Сомневаюсь, что он хотел оскорбить вас, не подав руки. Я думаю, это просто потому, что он не мог, — сказал им Майрон. — В смысле пожать руку.
— Почему?
— В «Собрании писем Дайилиона» немного говорилось о заключении Эзраходина. По приказу церкви ему отрубили кисти обеих рук, чтобы лишить его возможности творить заклинания.
— Ох, — сказал Алрик.
— И почему мне кажется, что этот Дайилион умер не своей смертью? — спросил Адриан.
— Может, его окаменевшее лицо есть в том коридоре.
Ройс направил свою лошадь вниз по склону.
ГЛАВА 6
ОТКРОВЕНИЯ ПРИ ЛУНЕ
— Я слышала, что вы меня искали, дядя.
Принцесса Ариста вошла в кабинет. За ней следовал телохранитель, Гилфред, который почтительно встал около двери. Всё ещё носившая траур по отцу принцесса была одета в элегантное чёрное платье с серебристым лифом. Стоя прямо, с высоко поднятой головой, она выглядела очень царственно.
Великий герцог Перси Брага встал при её появлении.
— Да, у меня есть к тебе несколько вопросов.
Он снова сел за стол. Дядя тоже был одет в чёрное. На фоне его дублета, плаща и берета из тёмного бархата сильнее обычного выделялась золотая цепь — символ занимаемой должности. Его глаза казались усталыми от недостатка сна, а на лице темнела отросшая щетина.
— Да ну? — сказала она, сердито глядя на него. — С каких пор лорд-канцлер вызывает правящую королеву отвечать на его вопросы?
Перси поднял на неё глаза:
— Нет никаких доказательств смерти твоего брата, Ариста. Ты ещё не королева.
— Никаких доказательств? — Она подошла к столу, на котором были разбросаны карты королевства, испещрённые флажками, отмечавшими места размещения патрулей, гарнизонов и войск. Она подняла со стола грязный халат, на котором красовался герб с соколом Эзиндонов. Ткнув пальцами в дыры на спине халата, она бросила его на дядюшкин стол. — А это как называется?
— Халат, — коротко ответил великий герцог.
— Халат моего брата, и эти дыры выглядят так, что через них спокойно пройдёт кинжал или стрела. Те двое, что убили моего отца, убили и Алрика. Они утопили его тело в реке. Мой брат мёртв, Брага! Единственная причина, по которой я ещё не приказала провести коронацию, заключается в том, что я соблюдаю положенный траур. Но он скоро закончится, так что вам надо следить за своим тоном, дядя, иначе я забуду о том, что мы родственники.
— Пока у нас нет тела, Ариста, я должен считать твоего брата живым. В силу этого он всё ещё остается законным правителем, и я продолжу делать всё, что в моих силах, чтобы найти его, независимо от твоего вмешательства. Я обязан твоему отцу, который доверил мне эту должность.