Элорик поцеловал сестру в висок и вскочил, понесшись вперёд с невероятной скоростью.
Минуту спустя, лес за его спиной вспыхнул желтым пламенем. Огромных размахов крылья охватили небесный свод, и в тени за облаками маг мог бы разглядеть тонкий силуэт сестры, но он не поднял головы и, смотря под ноги, мчался вперед.
Четыре часа спустя лес кончился. Огонь не дошел досюда, казалось, он давно погас, но маг не мог сказать точно. Его тело снова ныло, но уже гораздо сильнее прежнего. Элорик сам не знал, откуда он брал силы продолжать двигаться вперед, но каждый раз, когда маленький черный комочек в его руках шевелился, он чувствовал, как жидким пламенем энергия разливается по его телу, и он продолжал идти.
Залп закончился в ста метрах от опушки. Это была крохотная деревенька, где когда-то жили сниты - малочисленный народ воздуха, в простонародье называвшийся повелителями холода: холодные ветра – вот их стезя.
Упав на колени, Элорик сощурился и стал вглядываться в силуэт, приближавшийся к нему:
- Да ты на пределе, малыш. – Сказал ему мягкий мужской тенор. – Ох ты ж… Ты из этих? Из свиты той сумасшедшей, поселившейся в замке? – Теперь стало виднеться вытянутое лицо с аккуратными чертами, светлые волосы цвета солнца и невозмутимо спокойные серые глаза.
Понимая, что вот-вот потеряет сознания, Элорик усмехнулся и замотал головой из стороны в сторону:
- Нет, - едва слышно пробормотал он, - уже нет. Я… меня зовут…
- Элорик. – Мужчина присел рядом и развел обмякшие от усталости руки мага. – Элорик Ун Бейквуд. Я знаю. А моими стараниями и все знают. Я Косаэс Лоури, летописец. Слышал обо мне?
Маг не смог ответить.
- Ты белый весь… Это твой цвет или ты на пределе? Ох ты ж… да у тебя жар! – Косаэс положил руку на лоб Элорика и тот почувствовал, как по телу пошел холод. – Это у тебя… ох ё! Это ж ребенок! Бедный малыш, ты его всего протравил своей людской магией! Он же ослеп!
- Я знаю… - На издыхании говорил маг. – Я знаю. Зато он выжил. Не дай ему умереть, умоляю.
- Ясное дело, - летописец взял из его рук сверток и посмотрел на побледневшего от переизбытка магии ребенка, - мы и папочке твоему умереть не дадим, - сказал он игриво. - Живы будете оба. Здесь, в Монтере, от такой ерунды ещё никто не умер.
- Монтере?
Вдруг, перед глазами Элорика нарисовалась четкая картина местности вокруг: с десяток двухэтажных домов, загон для скота, пахло свежим хлебом.
Действительно, судя по архитектуре, ранее это было поселением снитов, но теперь всюду ходили молодые и крепкие телом мужчины и женщины.
- Это поселение под защитой самой Монтеры Дивы, и она не дает его жителей своей сумасшедшей сестрёнке в обиду.
С большим трудом, Элорик попытался приподняться: из поселения к ним уже шли несколько человек, но едва его руки напряглись чтобы понять тело, как он рухнул на спину. Дыхание сбилось, но у тела хватало энергии даже на то, чтобы поднимать на нужный уровень часто дышащую грудь.
- Но я… думал… Визы… беспокоится только о новом виде… о нас… о людях… - Из глотки мага вырывались тревожащие слух хрипы.
- Так оно и есть. Но мне она сказала, что находит моё ремесло полезным. Уже много поколений семья Лоури ведет летопись, а мне посчастливилось жить в очень… - Косаэс поджал губы и взял протянутую одной из подоспевших женщин крохотную бутыль с густой белой жижей. – В переломное время. Когда Век Истребления подойдет к концу, всё в мире будет иначе.
- Век истребления? – Сквозь громкий кашель слова было еле разобрать.
- Да. А ты, разве, не почувствовал, что эти полгода тянулись целую вечность?
Двое мужчин взяли Элорика под руки и поставили на ноги, которых он не чувствовал. Тело мага обмякло, он упал на колени и закашлял так, что изо рта пошла кровь. Ставший беловолосым, Элорик уже не был магом, и ему казалось, что и жильцом он быть теперь не мог.
Быть может, его мнение стало бы иным, стоило ему посмотреть на невозмутимое лицо Косаэса, кормившего его новорожденного ребенка нормальной пищей, а не магией.
Летописец улыбнулся, как раз, когда изо рта Элорика потекла густая красная жижа, и спросил:
- Интересно, это мальчик или девочка? Пожалуй, все таки мальчик. Аппетит у него мужской. Как назвал?
- Дримен. – Прохрипел тот, утирая лицо. – Дримен Ун Бейквуд его имя.
- Это, если я не ошибаюсь, на языке таламингтров означает - слепота?
Элорик кивнул и увидел, что выглядывающая из черной ткани крохотная детская ручка уже не была такой бледной, и лишился чувств.
Последний из гигантский ярко-желтых сгустков пламени исчез, словно его не было и вовсе, и лесные просторы снова укутала ночная тьма.
С глухим криком, Роу упала на землю: она не сразу поняла, что могучее пламя её тела погасло, а сама она более не была крохотным мотыльком и снова обратилась в девушку.
Нетерпеливо шагая, высокая светловолосая женщина с яркими голубыми глазами, стреляющими безумными искорками, подошла к корчащейся юной девушке и наступила ей на грудь острым каблуком:
- Дура. – Выпалила Ксардера, не церемонясь. – После всего, что я для вас сделала, вы предали меня, низкопробные выродки! – Она надавила ногой сильнее, и Роу во весь голос закричала.
Сквозь чернь пелены боли, мотылёк посмотрела первому из магов в лицо: Ксардера не снимала низкой диадемы, опускающейся на брови, но и не скрывала уродства своих глаз. Сейчас они были закрыты, и тем лучше были видны следы от порезов и шрамы, оставленные ею, когда она разрезала себе веки и открыла глаза.
Ксардера Дива – великий и могущественный маг, сильный настолько, насколько может быть властелин всех известных стихий.
- Ты погубила всех. – Сквозь кровавый кашель и невыносимую боль в груди ответила Роу.
Маг не стала вдаваться в споры и вспоминать, что было время, когда Роу десятками уничтожала своих соплеменников, чтобы отомстить им за все унижения и лишения, которыми терзали её в детстве.
- Я не стану поглощать тебя. Твоя сила неуправляема и мне такой груз не нужен. Было достаточно душ твоих соплеменников, чтобы развить мой дар огня. – Губы Ксардеры искривились в отпугивающей улыбке. – Ты лишена сил. Хорошо. Ты не сможешь улететь. Ты останешься здесь. – Она приподняла согнутую ногу, стоявшую на груди девушки, и резко опустила её. Острый каблук нанёс глубокую рану прямо под ребрами. – Элорик не придёт за тобой, верно? – Ксардера посмотрела в сторону, где её любовник скрылся несколько часов назад. – Пусть бежит. Вскоре Веллизы уже не сможет остановить меня, и я уничтожу это жалкое поселение вместе с ним.
- Ты любишь его, - засмеялась Роу, прочитав это на лице мага, - ты надеялась, он будет с тобой до конца! Ха-ха! Ты осталась одна!
Ксардера поджала губы и резко ударила ногой по шее девушки: она захлебнулась собственной кровью уже через полминуты.
- О чем ты хочешь поговорить со мной? – Фузасу закрыл за собой дверь в хранилище ценных книг.
- Твоя жена всегда восхищала меня, - начал говорить учитель спокойным как всегда голосом, - и её слова часто оказывались правдивы. Равно, как они правдивы сейчас.
Фузу снова по-старчески крякнул и покачал головой из стороны в сторону:
- Так-то оно так, но высшая сила… Жаль, что это все невозможно. Мы умрём, учитель. Моя дочь уничтожит всех.
- Ты когда-нибудь слышал о Ками Лунго? – Вдруг спросил учитель.
- Ками Лунго? Кажется, это имя встречалось в одном из мифов о существовавшем народе воды. Первом, последнем и единственном.
- Народ воды – не миф, он действительно существовал, но был очень слаб и не выдержал натиска прочих стихий, так что первый из элементалей воды – Море – принял решение создавать не множество существ с разделенной между ними поровну силой водной стихии, а создавать единицы, но полноценные и могущественные, чтобы они могли сопротивляться агрессивным племенам. Он создал морских духов, вроде тех, что ты слышал в детстве.
Фузасу кивнул, потому как спрашивать откуда учителю всё это известно не имело никакого смысла, он все равно никогда не отвечал, но всегда был прав.