— Марья Ивановна, — взвилась директор, — идите домой!
— Ну уж нет! — заорала в ответ руководитель группы. — Меня обвиняют в воровстве, а я – домой? Что я у вас украла, — не понижая тона, обратилась она к Татьяне, — что? Тут работаешь, работаешь и никакой благодарности! А вы знаете, что все сумки всегда формирую я сама! Перед отъездом пришлось встать в два часа утра. И только к семи все двадцать пять сумок были готовы. Каждая сумка по пятьдесят килограмм: ни больше, ни меньше. В каждой десять футболок, десять пар брюк, пять курток, десять пар сапог, пятнадцать пар босоножек, пять пуховиков и еще джинсы. Каждую сумку надо закрыть, зашить, заклеить, подписать. А еще привязать ленточки, будь они неладны! — Марья Ивановна бурно зарыдала, распространив по комнате добрый дух перегара.
Калина давно бы уже сбежала, если бы ее не придерживала железной рукой Татьяна. Директор турфирмы увидев, что просто так от Марьи Ивановны сегодня не отделаться, решила натравить женщин друг на друга.
— Лена, дай Марье Ивановне салфетку. А вы, Марья Ивановна, садитесь сюда и успокойтесь! Мы ценим ваш нелегкий труд и ваше время и не потревожили бы вас, — Марья Ивановна звучно икнула, — во время вашего заслуженного отдыха, но вот эти две гражданочки, которые ездили с турфирмой «Владмашина» утверждают, что кто-то из ваших пом…туристок подменил им сумку!
Маневр директорши не удался, Марья Ивановна неожиданно встала на сторону Калины.
— Все бывает! — философски протянула она, оглядев с ног до головы, Татьяну и Калину. — Вот эту туристку я запомнила. Варька, руководитель их группы, сказала таможенникам, что эта женщина беременна. Вы же знаете, что моя Наташка уже третий год замужем и все никак…
— Покороче, — перебила ее директор, — у нас клиенты за дверью ждут.
— Вот я и говорю! Запомнила я эту женщину! Деточка, — вдруг ласково обратилась она к Калине, — а что-случилось-то?
Коротко обрисовав ситуацию, Калина и Татьяна показали Марье Ивановне фотографии.
— Да, это наши туристки! Они с девочкой ездили. Я еще удивилась: все дети в школе, а эта с нами разъезжает. Оказывается, девчонку не с кем было оставить! Ну так в чем дело, Дарья Николаевна? — повернулась она к директору, — дайте им адрес и дело с концом!
— Какая вы добрая сегодня, Марья Ивановна, — язвительно усмехнулась, директор, — дайте адрес! А если клиенток потеряем?
— Это не наши клиентки, они ездили как туристки, а не как помогайки. Насколько я поняла, поездка им не понравилась! Одна из сестер мне все мозги про…ела, пока мы в накопителе парились. Можно подумать, я виновата, что руководитель турфирмы «Владвинт» не проинструктировала своих туристов и те проболтались таможенникам, что везут не свой товар!
— Все, все, Марья Ивановна, вы меня убедили! Подойдите к менеджеру и помогите ей найти адрес этих туристок! Фамилию помните?
— Де…Демидовы они! Сестры, то есть, а у девчонки…У девчонки, по-моему, та же фамилия!
Выйдя из помещения турфирмы, Калина опустила глаза к часам: надо же, прошло всего полчаса, а ей показалось, что просидели часа три. У Татьяны были дела, Калине нужно было на работу, и поэтому подруги договорились встретиться завтра, часов в семь, после работы и поехать по адресу, доставшемуся им с таким трудом.
Квартира была на улице Тихой. Оказалось, что это гостинка, то есть квартира гостиного типа. Несмотря на вечернее время, хозяев дома не оказалось, соседей, к сожалению, тоже. Татьяна предложила звонить во все двери подряд, но и это не принесло никакого результата. Коридор как будто вымер. Лишь в самом конце коридора, за дверью квартиры, кто-то подавал признаки жизни. Признаки были очень громкими. Когда дверь открылась, волна музыки чуть не снесла подруг к началу коридора. Обкуренная малолетка долго не могла взять в толк, чего от нее хотят, а когда поняла, то с облегчением вздохнула и разговорилась
— Я это…Все расскажу! Вы тетки хорошие, по глазам вижу! А я сижу, тихо- тихо, вдруг — стук. Думала — все! Милиция! Я сделала музыку тише и сижу, жду! Вдруг, думаю, это…Постоят и уйдут! А они стучат! А это…Это были вы!
— Девочка, — не выдержала Татьяна, — а где жильцы из четыреста семьдесят третьей квартиры? Мы стучали-стучали, а там не открывают!
— Может, они, это…Тоже, как я, чего-то боятся! Милиции, например, или Ваську моего!
— Что? — удивилась Калина, — Они дома и прячутся?
— Да, нет. Пошутила я.…Ну не могу, когда музыка так тихо играет! Мне не по себе! Сейчас…
— Девочка, — взмолилась Татьяна, — не надо музыки! Мы и так ничего не слышим! От грохота уши заложило! Расскажи нам, где жильцы из четыреста семьдесят третьей.
— Не слышите? — удивилась девчонка. — А мне кажется, что вокруг так тихо! Так тихо, что аж сердце замирает и становится страшно! И рожи из-за дверей подмигивают! Мне нужно отогнать их музыкой!
— Бедная девочка, — проговорила Калина, в страхе оглядываясь, — мы отвлекаем тебя!
— Рассказывай быстрей, — поддержала подругу Татьяна, — и беги, включай музыку на всю громкость!
— Да уехали они, вчера уехали! — голос девочки сорвался, — загрузили машину и деру!
Девочка кинулась в квартиру, хлопнула дверью, а потом…Потом женщинам пришлось спасаться от музыкального цунами, грозящего затопить их с головой и снести с лестницы.
Выскочив из дома, Калина спросила с недоумением
— А чего они боялись? Почему дали деру?
— Да кого ты слушаешь? Дай волю этой малахольной, она сама бы дала деру из собственного тела! Не видишь, что ли, обкуренная она! Уже глюки пошли!
— Ух ты! И как это ты разглядела? — с уважением сказала Калина. — А я-то за чистую монету ее слова приняла…
— Да работала я тут, в одном месте…Насмотрелась!
Обратный путь прошел в грустном молчании.
— Ты, Калина, не переживай так! — заглядывая в глаза подруги, мягко попросила Таня. — Чем смогу, помогу! Все образуется! А через месяц поедем, оденешь на себя четыре шубы, перенесешь через границу, а потом продашь! Так и расплатишься!
— Да я не переживаю! Просто игрушку, которую купила сыну на день рождение, жалко!
Ах, ангел, ангел, и когда же ты перестанешь вмешиваться в жизнь простых людей? Вы конечно поняли, что сумки оказались перепутанными неспроста. Жалко было ангелу уставших женщин, тяжёлым трудом зарабатывающих право ездить за границу?
Наверно, жалко. Ну, не буду тянуть время и расскажу сразу, зачем ангел сделал так, чтобы сумки оказались перепутанными. Главный герой, ради которого устроил ангел эту неразбериху, даже не появится в нашем рассказе. Он сейчас находится у бабушки, в городе Уссурийске. Ждет тот подарок, который заказал маме.
Дома, во Владивостоке, эта игрушка стоила бешеных денег и, конечно же, мама, на свою учительскую зарплату, не смогла бы купить сыну то, о чем он мечтал. В Суйфеньхэ, китайском городе, где все мечты становятся явью, мама нашла тот подарок, о котором мечтал сын.И не просто нашла, а купила за четверть от той цены, которую запрашивали за игрушку во Владивостоке.
Сумка была большой. Помимо игрушки, в сумке лежало много чего важного. В том числе и вещи, которые Калина купила на заказ. Я не буду драматизировать и рассказывать, сколько раз пришлось Калине потом ездить помогайкой, чтобы восполнить то, что оказалось потерянным. Речь не об этом.
Я расскажу, что произошло бы после того, как Феденька (сын Калины), получил бы вожделенную игрушку. Наигравшись, Федя взял бы игрушку с собой в постель. Ночь, которую провел бы сын Калины в обнимку с китайской игрушкой, привела бы к плачевным результатам. В игрушке, которую так ждал Федор, была превышена концентрация фенола. Этим страдают многие китайские игрушки. В этих игрушках находят не только превышение фенола, но еще формальдегид и даже ртуть. Однако это не та тема, ради которой ангел решил бы вмешаться.
Мальчика успеют спасти. У него начнется аллергическая кома. Скорая приедет вовремя и мальчика спасут. Миллионы детей попадают в больницу, там их спасают ответственные врачи и все это происходит без всякого вмешательства ангела. Так в чем же дело? Зачем было огород городить? Стараться сделать так, чтобы сумки, в которые заботливые женщины так любовно паковали купленный товар, оказались в чужих руках! Зачем это все? Ладно. Не горячитесь. Сейчас я все расскажу.