Глава 5 Морфология
Беспризорник Плюха за свои десять лет повидал в жизни столько, что иному взрослому и за всю жизнь не увидеть, не услышать и не испытать: пьющие родители, ранние побеги из дома, приют, интернат, детский дом, пьянящая и пьяная свобода улиц, голод, болезни, токсикоманский угар, алкоголь и курение. С наркотиками он познакомился совершенно недавно. Старший товарищ Адидас, уже побывавший в зоне для малолеток, организовывал доходный бизнес по торговле наркотой через пацанов типа Плюхи. Он попал в команду барыги по рекомендации своего давнего кореша из интерната, который теперь вел просто шикарную жизнь. Плюха был доволен и считал, что ему повезло. Работа на Адидаса была не пыльная, барыга Плюху не бил, кормил хорошо, одевал и вообще относился по-человечески. По поручению старшего товарища нужно было разносить товар по адресам или ждать на улице когда подойдет покупатель. Если возникали проблемы, то в считанные секунды возле Плюхи появлялись парочка хорошо одетых «прохожих» которые лихо «заступались» за ребенка. Плюхе нравился и добрый Адидас, и новая работа. Жизнь налаживалась. В новом поприще были конечно определённые издержки вроде риска нарваться на грабителей или неадекватных нарков, а также словить передозировку, но по сравнению с сытой веселой жизнью остальное можно считать издержками профессии, а вдруг пронесет. Самым страшным было попасть в руки ментов или напороться на немилость самого Адидаса. Последнее было страшнее первого. Провинившихся избивали до тех пор, пока барыга не прекращал экзекуцию. Сразу после Нового Года они забили насмерть одного из новичков, который просрал товар и слил ментам доходную точку. Сегодня у Плюхи был выходной. С утра он помог ширнуться хозяину квартиры и сел играть в игровую приставку. Уже ближе к вечеру приперся домой со смены нагруженный Пестик, он приволок с собой большой пакет чипсов, пиццу и курицу гриль, а также здоровенную бутыль с пивом. Под пиво и шикарную еду Пестик поведал компании, что гонял сегодня в областную клиническую за «стеклом», так в больнице вообще песец полный: приемный покой кровью залит, все время каких-то психов покоцанных привозят, милиции там много, а психи на людей бросаются, живьем жрать начинают. Пестик был известным треплом, но в доказательство он принес из коридора свои грязные ботинки со следами крови по всей поверхности. Там была такая суматоха, что помимо поднятых у «прикормленного» фармацевта «стекляшек» он подрезал в приемном покое промедол и трамадол, а также новое стекло пиридитол. Запланированное стекло Пестик отвез барыге, а приварок рискнул оставить для себя с пацанами. Теперь у них появился свой товар, да и сами вмазаться чистой ханкой было бы за счастливку. На радостях пацаны сгоняли еще за энергетиками, сигаретами и едой. Так за неторопливой трапезой слушали рассказы Пестика и парочки других вернувшихся пацанов о беспорядках в городе. Колоться пока боялись. Все ждали, что придёт Адиас, а барыга относился очень жестко к таким фокусам с крысятничанием товара. Ушла на работу следующая смена, но от Адидаса не было ни слуху, ни духу. Все же с наступлением темноты пацаны насмелились. Сначала вмазали хозяина квартиры. Кочерга был наркоманом со стажем и в свои двадцать шесть лет выглядел на все сорок-сорок пять. Адидас вмазывал и кормил наркошу для того, чтобы у него жилы пацаны, но с одним условием, чтобы тот никого не водил в квартиру и сидел тихо. Новое стекло пошло хорошо, едва отошедший от прежней дозы Кочерга снова улетел в мир блаженного дурмана. Колоться было можно. Пацаны вытащили шприцы-инсулинки и ширнулись новым стеклом. Доза Плюхе пошла мягко, он ее почти не почувствовал. Плюха зарядил баян еще раз и пустил в вену. Теперь приход начался сразу. Но бодрость и радужное настроение постепенно стали переходить в давящую темноту со всех сторон, накатил жуткий страх, все тело начало трястись как в лихорадке. Сердце мальчика начало бешено колотиться, стало жарко, воздуха не хватало, начала кружиться голова. Плюха нарвался на передоз. Страх переходил в панику, тяжелые глюки ужасающих рож и наползающих стен пугали до одури. Плюха как был в грязных джинсах и легкой футболке выскочил босиком на улицу. Но и ту не было спасения, облезлый голый куст сирени протянул к нему свои ветки-щупальца, норовя затянуть его в свое хищное нутро. Валяющийся перед подъездом обрывок пакета вырастал страшным белым червем, свивался кольцами и колыхался из стороны в сторону. И небо, такое страшное и чужое ринулось на бедного Плюху со своей небесной высоты. Маленький наркоман завизжал и кинулся куда глаза глядят. Сердце уже не билось, а трепыхалось вразнобой, совершенно забыв о нормальном ритме. Плюха умер от остановки сердца за киоском с периодическими изданиями, забившись в щель между стеной дома и этой железной будкой. Его смерть длилась не долго. Через какие-то десять пятнадцать минут Плюхин труп восстал и начал свою не жизнь. В самом конце первого дня катастрофы по улице на встречу друг другу неслись два маршрутных «газели». Водитель Маценко притопил педаль акселератора в пол, разгоняя дребезжащую желтую лохань с ГАЗовским мотором. Время близилось к полуночи, и Дмитро торопился закончить последний на сегодня рейс. Пассажиров было мало, и последнюю стайку возвращающихся со второй смены работниц пекарни он подобрал два перекрестка назад. Кроме них на заднем сиденье расплылся студнем большой и жирный как гиппопотам красномордый мужик. Всем пассажирам нужно было к метро, и он не останавливаясь погнал маршрутку, обгоняя автомобили. Параллельно Дмитро привычно делал несколько дел: разговаривал по сотовому, курил, пил из банки энергетик и слушал шансон по радио, а также рассчитывал пассажиров. Роковая встреча близилась. На встречу Дмитро катился волшебный близнец его микроавтобуса под управлением Абуджалила. Волшебным маршрутный автобус был только потому, что ездил он чудом. Уже втрой месяц «газелька» стонала и жаловалась, требуя ремонта, но Абуджалил экономил деньги и тянул до последнего. Свадьба сына была уже на носу, а деньги текли сквозь пальцы как вода, требуемую сумму не получалось набрать ну никак. Доход от перевозок был весьма неплохой, но после ежедневного расчёта с хозяином автобуса и маршрута, поборов милиции и ДПС, нужно было заправить машину, оплатить мойку и стоянку, отложить на поборы миграционной службы, а также нести расходы на ремонт «газельки». Жалкие остатки дохода размазывались на еду, оплату проживания, одежду и отправку жене в Бухару. Абуджалил тратил деньги очень бережно, он экономил на всем на чем можно и нельзя экономить. Узбек переселился из благоустроенной однокомнатной квартиры, в которой они жили всего лишь впятером, в подвал жилого дома, где работали дворниками его земляки. Машину он ставил не на стоянку, а в гаражи под присмотр других земляков, круглые сутки работавших в полулегальном сервисе. Питался Абуджалил остатками из столовой или скидывался на еду с дворниками дома, где он жил. Денег все равно не хватало, даже не смотря на то, что он работал по двенадцать часов в сутки, а иногда и четырнадцать. Абдуджалил прислушивался к неровной работе двигателя. Движок троил и иногда даже двоил, но хорошая прогазовка заставила работать все четыре цилиндра. Внезапно визгливо свистнул ремень генератора и в работу двигателя вмешался посторонний гремящий звук. Двигатель начал терять обороты, а фары стали светить более тускло. Кажется все! Машина начала бастовать, требуя ремонта решительно и бесповоротно. Похоже, что это его последний рейс на сегодня. Только бы не встать по дороге. Тогда придется тратиться на эвакуатор или просить кого-то из коллег оттащит его на место стоянки. Абуджалил выключил фары. Двигатель снова заработал ровнее. Печальный прогноз подтверждался. Похоже, что генератор накрылся. Водитель начал разгонять микроавтобус, чтобы проехать как можно дальше пока аккумулятор разрядится до талого. Слава Всевышнему, что все трое оставшихся пассажиров ехали до конечной. Дмитро от разговора по телефону отвлекла какая-то кукшка. Тупая бабеха, которую он рассчитал три минуты назад, начала плющить мозг на предмет того, что он не додал ей два рубля с сотни. Она брызгал ему слюнями прямо в щеку, обзывая его хапугой и взяточником. А взятки тут при чем? Он повернул к ней голову и начал убеждать, чтобы она лучше считала. Ведь он еще в отстойнике раскладывает монеты кучками, чтобы потом быстро пассажиров рассчитывать. Мертвый Плюха пошел через дорогу на ту сторону, где светил яркой витриной спортивный магазин. Маценко краем глаза заметил силуэт ребенка на дороге и автоматически ушел от столкновения влево, даже не успев сообразить что произошло. Абуджалил в последнее мгновение увидел, как на полной скорости в лоб его «газели» вылетает такая же маршрутка. Он даже тормозить не стал, все равно было бесполезно, только губы сами прошептали: – Аллах акбар. Две газели с пассажирами столкнулись лоб в лоб на скорости больше сотни километров в час каждая. Смявшиеся в одну кучу искореженного металла, микроавтобусы закружило в жутком вальсе, перевернуло и впечатало в витрину спортивного магазина. Практически все пассажиры мгновенно погибли. Вот такая особенность у отечественных микроавтобусов. Из всех пассажиров обеих маршруток относительно выжил только красномордый толстяк, который ехал стразу на двух боковых сиденьях в самом конце салона. Большая мышечная масса и толстый жировой слой сработали как подушки безопасности, минимизировав ранения, а спина впереди сидящего пассажира уберегла от ранений голову. Но лопнувшая труба поручня пробила ему грудину в самой середине, чуть не задев сердце. Касномордый жил еще минут десять. Плюха сопроводил тупым голодным взглядом кувыркающиеся клубок слипшихся маршруток, а затем пошел на запах свежей крови. Когда восстал толстяк, Плюха кормился просунув голову в разбитое лобовое стекло. Вместе с губами и кожей лица труп маленького наркомана сожрал и дымящуюся сигарету водителя. Красномордый никуда не ходил, он принялся обстоятельно и методично обгладывать ногу работницы пекарни. Большинство пассажиров погибли от черепно-мозговых травм и не восстали. Спортивного вида парень в маршрутке Абуджалила и две молоденькие девушки из пекарни тоже восстали, но их так зажало в искорёженных автобусах, что они не могли выбраться. В городе уже творилось, нечто слишком странное и очень страшное. Мертвые пошли по улицам, а живые начали панически спасаться от них и бороться за свою жизнь. До столкнувшихся газелей и двух зомбаков, обгрызающих трупы людей уже никому не было дела. Красномордый и Плюха кормились до самого утра. У толстяка вытянулись вперед мощные челюсти, добавилось зубов, кисти рук превратились в уродливые узловатые лапы с львиным когтями и, вообще, он добавил в своих и так немалых размерах. Еще живым при росте почти два метра и широкой кости он весил больше полутора центнеров, а сейчас он прибавил не менее тридцати килограммов. У Плюхи лицо превратилось в устрашающую морду, напоминающую морду бабуина, шея невероятно вытянулась, а руки и ноги обзавелись острыми когтями. Два свеженьких зомби сильно мутировали превращаясь в быстрых, сильных и смертельно опасных тварей – морфов. С рассветом мощный толстяк разогнул, мешавшие ему выбраться, смятые панели кузова и выбрался на дорогу. Следующую еду пришлось тоже добывать с усилиями. Могучие лапы красномордого гнули кузовные панели как жесть, освобождая аппетитные трупы. Малец выбрал другую тактику. Заострившуюся вытянутую морду на длинной шее бывший наркоман засовывал внутрь искореженных автобусов и выдирал себе куски посочнее. Еще он ловко орудовал длинными когтистыми лапами, выуживая куски до которых не мог дотянуться челюстями. Сил у него было конечно меньше чем у здоровяка, и он не мог вскрывать на манер консервных банок кузова разбитых «газелей». Проезжающие мимо люди старались проскочить мимо морфов как можно скорее. Но, наконец, обоими мёртвыми тварями заинтересовались. В районе десяти часов утра напротив разбитых микроавтобусов остановился экипаж ППС. Из окна высунулись стволы сразу двух автоматов, и короткие частые очереди ударили по мертвым мутантам. Если Плюха выскочил из под огня быстро, получив всего пару пробоин, то неуклюжего толстяка изрядно нашпиговали свинцом. Несколько ранений в голову и раздробленные пулями кости, стали самыми неприятными из ранений красномордого. Наконец толстый морф сумел запрыгнуть вслед за мелким в разбитую витрину спортивного магазина. В след морфу смертельными осами летели пули. Пришлось в срочном порядке убираться подальше в недра магазина. Съестного там не было, а силы на восстановления требовались. Попытки возвратиться к прежнему месту кормежки оказались не удачными. Милиционеры не уезжали. Едва толстяку стоило показать морду или иную часть тела, как в него начинали стрелять. Вожделенная еда была недоступна. Красномордый услышал из глубин магазина скрип когтей по металлу. Звук был привлекательный. Руины «газелек» издавали похожие звуки, когда мертвая тварь выскребала свою добычу из искореженной техники. Он встрепенулся и, стелясь практически по полу, побежал на интригующие звуки. Красномордый нашел Плюху в подсобных помещениях. Тот скребся в железную дверь. За дверью чувствовалось, что-то живое и аппетитное. Еда! Красномордый отошел назад и с разбегу ударился всем телом в дверь. Мелкий едва успел отскочить в сторону, чтобы не попасть под удар, а дверь аж прогнулась. С потолка посыпалась пыль, пожарная табличка соскочила с крючка и с жалобным звоном раскололась об бетонный пол. За дверь послышался какой-то грохот, наверное, что-то упало, и оттуда, из чрева темного помещения донесся испуганный крик живого человека. Это были самый лучший подарок, великолепная компенсация за тяжкие страдания от злых людей. Красномордый отошел назад и снова кинулся на дверь. Теперь он бился в дверь уже без остановки, молотя ее не только всей тушей, но и лапами. Наконец раздался громкий треск и правая часть дверной коробки с выгнутой пузырем железной дверью провалилась во внутрь. Продираясь в образовавшуюся щель толстяк вообще вывернул ее из поема вместе с коробкой. Человек забился в самый дальний угол и в отчаянии сжимал тонкий короткий гриф от штанги. Блестящая хромированная палка в руках придавала ему хотя бы тень уверенности. Протопав по рухнувшим металлическим стеллажам, толстяк выдрал у человека гриф вместе с рукой, а потом, захватив его всей лапищей прямо за голову вытащил из смешного укрытия. Морфы жрали человека вместе быстро и сосредоточенно, разбрызгивая кровь по всей подсобке. Жрали его целиком в одежде и с костями. Еды не хватило. Уборщица из Киргизии не отличалась габаритами, да и худая была как щепка. После того, как последние остатки человека были проглочены, красномордый стал облизывать окровавленные банки. Острые зубы легко пропороли мягкие бока большой пластмассовой емкости. Морф хапнул всей пастью протеиновую смесь для бодибилдеров. Легко усвояемое содержимое банки покатилось по организму приятной волной, которая несла энергию прожорливым клеткам. Морф принялся раздирать и жрать содержимое подряд всех емкостей и коробок в подсобном помещении. В чрево морфа посыпались пищевые добавки, всевозможные препараты, клеточное питание, витамины, протеины и прочее содержимое кладовки включая метан, метандиенон, нандролон, тазепам, ретаболил и прочие чудесные препараты так необходимые для победы на соревнованиях. От увлекательного занятия его опять отвлек мертвый Плюха. Мелкий скулил у пролома в подсобку и явно звал за собой. И как оказалось не зря. Экипаж ППС уже уехал, а в разбитое нутро газелей лезли настырные зомбаки. Они крал его еду. Страх потерять еду запалил жгучую ярость. Красномордый принялся расшвыривать оккупантов во все стороны, дробя кости, проламывая черепа и разрывая мёртвую плоть когтями. Один из оставшихся в «газели» восставших мертвецов тоже начал превращаться в морфа. Он жрал ноги и ягодицы одной из женщин до которых мог дотянуться. Сейчас эта тварь смогла выбраться, выдернув из под искореженных сидений ноги с раздробленными костями. Мелкий морф налетел на конкурента как бешенная собака и принялся рвать его когтями. Новичок отчаянно и вполне успешно отбивался, но тут подоспел красномордый. Придавив своей тушей волочащиеся за конкурентом ноги, толстяк начал выколачивать дурь из третьего морфа в их компании, который оказался совершенно лишним. Занятая позиция позволяла не гоняться за шустрым противником, а сразу уничтожать его, но в тоже время красномордый не мог уворачиваться от контратак противника. Тот ему чуть кишки не выпустил. Исход поединка решил хлесткий удар по шее. Позвонки не выдержали и раскрошились под яростным ударом, спинной мозг разорвался и лапы с загнутыми когтями вялыми плетями упали на дорогу. Красномордый добил конкурента с размаху плюхнувшись обеими ногами ему на череп. С захватчиком было покончено. После избавления от набежавшего ворья и уничтожения третьего морфа, парочка мертвых тварей снова принялся за еду. Набитое брюхо и близость пищи позволяли быстро восстанавливаться и обзаводиться новыми полезными приобретениями. Красномордый стал наращивать кожистую броню на всем теле, на плечах, груди и спине дополнительно стали формироваться костяные пластины, а голова обзавелась толстым щитом, закрывшим черепную коробку и морду. конечности и туловище мелкого морфа вытянулись и комплекцией он стал напоминать гончую собаку, участвующую в забегах, но с длинной шеей и небольшой вытянутой головой большую часть которой занимали крепкие челюсти. Морфы жрали, но теперь были осторожны. Они прятались от проезжающих машин. В какой-то момент красномордый так увлекся, что не заметил выскочившего из-за ближайшего поворота маленького автомобиля. Проезжающие люди увидели монстра раньше, и водитель дал газ одновременно вывернув руль в другую сторону. Нелепый маневр чуть не опрокинул машину. Это привел к тому, что малолитражка наскочила пузом на валяющееся колесо аварийной газели и оторвал глушитель. Звук удара, резкий рев двигателя красномордый воспринял как нападение и атаковал врага. Крупная туша мертвого монстра ударила в переднее крыло узбекской иномарки. Набирающая скорость машина еще раз вильнула в сторону и выскочила на встречную полосу. Была вторая авария. Дэу нексия с оторванным глушителем и с четырьмя пассажирами врезалась в затормозивший грузовик. Красномордый быстро догнал выскочившего из кабины водителя ЗИЛа и убил его. Пока он возвращался обратно, Плюха добил и вытащил из легковушки трупы людей. Но оба морфа опять попали под обстрел. В этот раз в них стреляли картечью из проезжающего автомобиля. Толстяку опять досталось больше всего. Чтобы не подвергаться опасности, морфы перетаскали трупы внутрь спортивного магазина после того как джип со стрелками в кузове скрылся из виду. Мертвые твари опять жрали и изменялись. Красномордый стал еще больше и начал обзаводиться толстым хомутом вокруг шеи, служащему демпфером для головы-тарана. Нежный мозг морфа переместился на загривок морфа и укрылся в безопасности за толстыми многослойными роговыми пластинами с толстым кожистым покрытием. Плюха наращивал мышцы, а пара клыков начала превращаться в тослтые кабаньи бивни. Его морда еще больше вытянулась, а узкая пасть обзавелась вторым рядом крючковатых зубов. К утру следующего дня еда закончилась. Красномордый полез доедать запас искусственной еды в подсобку с питанием и запрещенными препаратами для бодибилдеров. Сквозь треск раздираемых зубами упаковок и хруст стекла на зубах красномордый услышал чавканье бывшего малолетнего наркомана. Толстяк тут же побежал на такой аппетитный звук. Мелкий ублюдок в одиночку трескал бульдога в широком кожаном ошейнике с блестящими металлическими заклепками. Вкусно пахло свежей кровью. Красномордый налетел на Плюху и отобрал у него добычу. Морфы в первый раз подрались между собой из-за еды. Разумеется, толстяк хорошенько ометелил наглеца и выкинул его на улицу, но перстная еда этого не стоила. Собачье мясо было совершенно не вкусным. Красномордый с чувством острой ностальгии вспоминал чудесное мясо уборщицы и сладкие свежие трупы из разбитой малолитражки с оторванным глушителем. Нахлынувшее воспоминание о, текущей по морде, свежей и горячей человеческой крови мгновенно вызвало острый приступ голода, по сравнению с которым раны от автоматных пуль могли показаться легкой неприятностью. Морфы обшарили весь магазин в поисках еды, но спортивная одежда, инвентарь, тренажёры и прочий бесполезный хлам только увеличивали раздражение. Толстяк нашел упаковки со спортивными напитками, но маленький морф к ним даже не притронулся. Жрать хотелось страшно. Увидев притормозивший перед разбросанными по дороге осколками автомобиль ВАЗ девятой модели, красномордый кинулся в атаку. Набрав сразу с места скорость беговой лошади, голодный морф врезался в боковые двери машины. От удара средняя стойка кузова ушла глубоко в салон, заклинив двери и оторвав водительское сидение с креплений. Ведущие колеса еще вращались и потащили автомобиль вперед. Добыча пыталась удрать! Рассвирепевший монстр подцепил мордой автомобиль под правый порог и опрокинул девятку сначала на бок, а потом перевернул на крышу. Когда морф полез жрать, короткие испуганные крики людей в момент аварии переросли в исполненный ужаса вой. Одним неуловимым движением красномордый отхватил, протянутую в защитном жесте, старушечью ладонь. Вместе с подоспевшим наркоманом они быстро перебили дичь и потащили ее в свое логово. К их великому разочарованию, только один труп был пригоден для еды. Остальные умертвлённые люди в скором времени восстали и полезли жрать их еду. Тупых зомбаков пришлось убить. Тогда морфы подкараулили еще одну машину. В это раз красномордый атаковал маленькое спортивное купе цвета шампанского. От удара машину закрутило по дороге, но растрепанная блондинка за рулем успела выровнять машину. Машина резко ускорилась и, виляя вовсе стороны, понеслась наутек с места аварии. Из машины непрерывным потоком вылетал дикий женский визг, перекрывая рев двигателя и лязг по асфальту оторванных деталей. Машина скрылась, спасая свою полноватую хозяйку и раскормленную девочку лет пяти в детском кресле на пассажирском сиденье. Следующее нападение было совсем неудачным. Шло сразу четыре машины – бронированные «тигры». Красномордый не только чуть совсем не убился столкнувшись с восьмитонной машиной, но и был обстрелян из автоматического оружия. Пробоин от крупнокалиберного «утеса» толстяк сумел избежать только потому, что убежал от этой машины разве что не быстрее, чем атаковал ее. Теперь морфы охотились на одинокие маленькие автомобили. Опытным путем мертвые твари установили, что убивать добычу нужно ударами в голову, тогда мясо надолго остается свежим и питательным. Некоторое разочарование вызвали ружья, которые имелись у некоторых людей, но с этим справились быстро. Тактическое решение заключалось в парной работе. Красномордый врезался в машину и старался опрокинуть ее, а мелкий своими длинными лапами убивал людей. К концу третьего дня охота на дичь проходила без сучка и задоринки. Дождавшись когда мимо проезжал одинокий легковой автомобиль морфы начинали охоту, красномордый атаковал его, а Плюха убивал дичь. Неприятным сюрпризом стали мертвые крысы, которые выползли из подвала. Твари были быстрые, наглые и агрессивные, более-менее им мог противостоять только Плюха. Он был не менее быстрый, чем они, но намного сильнее. Четвертый день разочаровал охотников. Машины стали ездить колоннами, а количество вооруженных людей резко возросло. Сразу несколько охот подряд закончились неудачей. Пришлось искать новый способ охоты. Все-таки им удалось опрокинуть еще один автомобиль, но забрать добычу не получилось. Появившийся невесть откуда БТР обстрелял их из башенного КПВТ. Если от автоматных очередей и пучков картечи могли относительно неплохо защитить кузова разбитых автомобилей, то пули КПВТ рвали разбитые автомобили в куски. Противопоставить БТРу было нечего, а спастись от выстрелов помогала только скорость. Уже ночью голод холодными ржавыми клещами впился в каждый участок тела морфов. Они вышли на охоту. Проезжающих автомобилей не было. Канонада выстрелов, вонь пожаров и запах мертвечины наполняли холодный воздух. Парочка попыталась сунуться в ближайшее здание из которого тянуло живой плотью, но они получили вполне ощутимый отпор. Из окон верхних этажей их обстреляли снайперским огнем, а у стен здания их поджидало угощение из картечи. В итоге пришлось возвращаться в гнездо. Попытки разыскать съестное на верхних этажах в здании где были их гнездо почти ни к чему не привели. Квартиры оказались пусты. Вояж по лестничной клетке одного из подъездов с выбиванием дверей квартир, позволил им разжиться старым съедобным трупом. Мужчина выстрелил себе в рот из охотничьего ружья. Вместо головы торчал безобразный обрубок с нижней челюстью и половиной черепа. Помимо мертвецкой вони помещение разило запахом рвоты и алкоголя. В доме было еще несколько самоубийц. Две старушки, нажравшиеся таблеток ношпы вплоть до остановки сердца, медленно и бесцельно бродили по квартире. Когда морфы выбили дверь в их квартиру, раздувшиеся зомби проследовали на лестничную клетку, где продолжили свой хаотичный променад. Неопрятного вида молодой человек, повесившийся на шнуре от пылесоса, все также продолжал болтаться, дрыгая конечностями и высовывая почерневший язык. Но он был совершенно не съедобным. Морфы уже вышли на улицу, чтобы продолжать поиски в другом месте, как из того самого здания в которое они не смогли попасть началась бешенная стрельба и громким хором заполнили ночь человеческие крики. Потом что-то взорвалось. Почувствовав возможность разжиться едой, оба форфа поспешили в сторону многообещающих звуков. Здание находилось от них с противоположной стороны перекрёстка по диагонали. Вдоль всего первого этажа тянулась стеклянная витрина магазина, прерываемая пафосными дверями из толстого стекла и металлическими козырьками. Окна второго этажа были забаррикадированы мебелью и мешками с песком, щебнем и мусором. В них оставили лишь узкие бойницы для обороны. На крыше, третьем и седьмом этажах были оборудованы огневые точки. Во двор дома вел один единственный въезд, который был закрыт решеткой. Перед въездными воротами дорога была завалена трупами различной степени попорченной. За решетчатыми воротами под въездной аркой сейчас горел автомобиль, бросая пляшущие отсветы сквозь темноту. Густой дым валил из-под арки. Люди оказались в ловушке. Кроме треска горящего автомобиля из двора доносились беспорядочная стрельба и надрывный людской крик. Крики манили и дразнили, жестокий голод подстегивал лучше всякого кнута. Красномордый сосредоточенно искал возможность проникнуть во внутрь. Но люди собирались убегать оттуда сами. Горящий грузовик медленно пополз внутрь двора, роняя горящие куски тента, изоляции и облупившейся краски на асфальт. Люди тащили грузовик руками, зацепив тросом крюк на бампере автомобиля. Они не успели чуть-чуть. Грузовик уже вышел из арки, но в это самый момент взорвались передние баллоны. Проход был освобождён, но выехать из двора было нельзя по-прежнему. Раскаленные створки решетчатых ворот заскрипели, их с усилием раздвигал горящий человек. За те пять минут, которые потребовались для того, чтобы снять запоры и разблокировать дверь уже погиб один из бойцов. Еще двое поучили сильные ожоги. Но люди не сдавались. Раскаленный металл сквозь прогоревшие перчатки глубоко с шипением впился в ладони героя, но человек не сдавался, он изо всех сил тянул створку на себя. К нему подключился второй человек. Путь был свободен. Люди в панике побежали на улицу. Выскаивающих с криками людей встретили два морфа. Они смяли первых выбегающих и нырнули в толпу людей, заполонивших пространство под аркой. Красномордый метался по телам от стены к стене, круша и убивая дичь, пьянея от брызжущей человеческой крови. Убивай! Требовало голодная утроба. Убивай! Кричали сатанеющие клетки. Убивай! Визжало растущее сознание мертвой твари. Набить как можно больше дичи, чтобы спастись от чудовищного голода, наполняющего тело нестерпимой мукой до самого основания. Голод, от которого нет спасения, требовал пищи. Плюха метался сзади, добивая в голову полуживых и раненных людей. Мертвых он тоже не пропускал, пробивая им черепа острыми длинными шпорами на ногах и на отогнутых больших пальцах передних лап. Скользя на кровавом месиве из останков, красномордый ворвался во двор. Спасаясь от чего-то люди столпились поближе к выходу, стараясь уберечься от жара и пламени горящего автомобиля. Появление из арки морфа оказалось полной неожиданностью. Паникующие люди напирали друга, сталкивались, падали, создавая еще большую сумятицу и беспорядок среди толпы. Кто-то пытался стрелять, но красномордый не обращал внимания на рикошетящие и пробивающие броню пули. Он метался со всей возможной скоростью из стороны в сторону и убивал, убивал, убивал. Первые солнечные лучи осветили небо над умирающей Москвой. Еще темный двор, окружённый четырьмя корпусами многоэтажных домов, был усеян человеческими трупами. Мертвые твари выискивали выживших и добивали восставших зомби. Периодически двор оглашали отчаянные крики и предсмертный хрип, обнаруженных жертв. Помимо красномордого и Плюхи во дворе были две мертвые твари, очень напоминающие чрезмерно крупных бабуинов, и третья ползучая тварь похожая то ли змею, то ли тюленя с человеческим торсом. В мифах древних индусов упоминаются мифические существа наги – люди со змеиными хвостами вместо ног. Изломанные и обгрызенные ноги морфа срослись вместе и стали похожи на слишком вытянутый тюлений хвост. Не смотря на свою длину, хвост не дотягивал до змеиного, а само тело с хвостом было значительно длиннее тюленьего, а вместо тюленьих ласт на конце хвоста была увесистая костяная булава. Передвигался морф ползком, извиваясь всем телом и перебирая по земле передними лапами. Помимо когтей на пальцах, на голове морфа был длинный роговой нарост, похожий на клинок абордажной сабли. Бабуины выглядели более тривиально – большая лысая уродливая обезьяна, отдаленно напоминающая африканского бабуина, с большой зубастой пастью, длинными передним лапами и сильно согнутыми в коленях задними. Бабуины были похожи друг на друга как близнецы. Пока добивали раненых, морфам не было дела друг до друга. Конфликт начался, когда один из бабуиновых близнецов попытался отобрать у Плюхи только что пойманного мужика, который держал в руках ружье. Стрелок едва не влепил заряд прямо в морду шустрому морфу, облако крупной дроби прошло как раз над головой, и горячие пороховые газы опалили самую верхушку черепа. Морф нырнул под выстрел в самый последний момент и ударил мужика в бедра. Мгновенно распоров жертве сосуды и сухожилия под коленями, Плюха уже рванулся к голове противника, но был сбит в сторону бабуинообразным конкурентом. Оба морфа были примерно одинакового роста и не уступали друг другу в скорости, но тощий и вытянутый Плюха весил раза в два меньше и уступал мощи противника. Когти бабуинообразного морфа впились в бок бывшего наркомана, а мощные челюсти чуть было не сомкнулись на длинной шее. Плюха вывернул шею и умудрился впиться зубами в загривок уродливой твари. Морфы вцепились друг в друга когтями. Плюха сжимал челюсти чуть ниже головы бабуина и изо всех сил удерживал голову врага так, чтобы тот не смог впиться ему зубами в лапу. Плюха сдавал свои позиции. Челюсти твари неуклонно приближались к локтевому суставу Плюхиной лапы. Его спас выстрел умирающего мужика. Тот сумел подтащить автоматический дробовик к себе за ремень и разрядил последний патрон в голову бабуина. Тот не погиб, но нижняя челюсть была раздроблена. Пара дробинок выбили Плюхе глаз, а еще часть пучка дроби навсегда поселились в Плюхиной морде, но вражина получил повреждений на прядок больше. К несчастью Плюхи на выстрел прибежал бабуиновый близнец. Ему бы бежать, но Плюха все равно держал мертвым хватом захватчика. Уже к несчастью второго бабуина на выстрел пожаловал разросшийся в размерах красномордый. Толстый морф подоспел вовремя. Второй бабуин бросился не на Плюху, а на нового врага. Зубы близнеца впились в хомут, окружавший шею толстой твари, а когтистые лапы стали бить красномордого по туловищу. Предпринятая тактика была ошибочной. Когти бабуина не могли пробить защитный панцирь красномордого, а вот красномордый схватил противника лапами за задние ноги и со всего разбега ударил морфом в стену. Кости бабуина затрещали как сухие ветки. Не могло быть и речи о том, чтобы продолжать сражение дальше. Неимоверным усилием морф вывернулся из лап красномордого, оставив большие куски своего мяса в его когтях и рванулся прочь. Бабуина спасло то, что он стал карабкаться вверх по стене, перехватываясь менее покалеченными передним лапами за ограждения балконов. Тяжелый толстяк не мог погнаться за ним следом. Зато красномордый повеселился с его близнецом. Он придавил его задним лапами, а передними принялся отрывать поочередно все четыре лапы. Остатки морфа красномордый топтал и прыгал на них до тех пор, пока тот не перестал шевелиться. Расплющенное в блин тело одного из бабуинов осталось лежать на бетонной площадке в углу. Вторая стычка произошла у толстяка с нагом. Тот погнался за Плюхой, который вырвал из под носа у нага свежую голову. Плюха благоразумно ринулся в сторону кормящегося красномордого. Наг бешено извиваясь во все стороны, кроша скамейки и переворачивая бетонные формы с клумбами несся следом за воришкой. Большой морф ждал противника в полной готовности, наг не стал снижать скорость, а на полном ходу протаранил тушу морфа. Острый рог пробил панцирь и застрял внутри тела красномордого. Наг снова начал извиваться всем телом, нанося размашистые удары булавой по спине, лапам и бокам морфа. Новое оружие оставляло в туше жирного морфа глубокие вмятины. Наг убил бы толстяка, если бы не мелкий морф. Плюха кинулся на спину нага и стал рвать его когтями и зубами. Если Красномордый практически ничего не мог противопоставить костяной булаве, то наг оказался бессилен против напавшего со спины Плюхи. Наг вырвал свой рог из туши морфа и, скользя как угорь, скрылся в ближайшем окне подвала. Его не преследовали. Толстяк не смог бы пролезть в низенькое подслеповатое окошко, а Плюха просто бы не решился. Кормёжку приостановили. Нужно было во чтобы то ни стало уничтожить второго бабуина. Голод заставлял заботиться о своем пропитании и ни в коем случае не позволять отобрать у тебя пищу какой-нибудь пришлой твари. Морфы организовали первую засаду. Тощий Плюха с лакомым куском в передней лапе поскакал на трех ногах по периметру двора. Тупой бабуин не за ставил себя долго ждать. Он кинулся на одинокого Плюху, надеясь быстро с ним покончить, но бывший наркоман в самое последнее мгновение отскочил в сторону и кинулся через двор. Бабуин увидел красномордого, когда уже был почти в центре открытой площадки. Тот неся на него как торпеда. Бабуин развернулся практически на месте и побежал в сторону ближайшего укрытия, но теперь уже Плюха преследовал его. Догнав и напрыгнув на противника сверху, мелкий морф бесстрашно завязал с ним жестокую схватку, удерживая до прихода красномордого. Толстяк снова схватил скованного дракой бабуина за задние ноги и впечатал его в стену, а потом впился ему челюстями в лапу у самого основания. Плюха уже выдрал большой клок мышц из шеи и разорвал острыми когтями живот врага. Красномордый поднялся на задние лапы и со всей силы ударил бабуина в бетонное крыльцо подъезда. Три таких удара практически закончили бой, у бабуина была сломана шея и почти все ребра. Уничтожение противника закончили, растоптав бабуина в блин. Наг так больше и не появился. Целый день морфы добивали восставших мертвецов и жрали не восставших. По старой привычке морфы организовали себе гнездо и перетащили туда все пригодные в пищу трупы. Гнездо организовали в просторном подъезде напротив въезда во двор. Пищи было много. При таком обилии пищи, восстановление шло быстро. Красномордый рос как на дрожжах, увеличиваясь в размерах и набирая мощь. Его панцирь восстановился, а роговые и костяные пластины стали еще толще и крепче. Панцирь на брюхе разделился на полоски, которые увеличились до размеров толстых канатов. Мелкий морф не рос в размерах, зато заметно увеличились его мышцы на конечностях и туловище. Теперь при беге все его тело переливалось игрой могучих мышц. На охоту они вышли в конце следующего дня. Еды было еще много, но страх перед голодом заставлял копить пищу. Поводом для атаки послужила остановка одного из автомобилей колонны. В набегающих сумерках один из водителей наскочил колесом на валяющуюся железку и пробил баллон. Шум людских голосов и аппетитные силуэты на дороге тянули к себе как магнитом. Красномордый выскочил из подъезда и понесся, набирая скорость, в сторону машины незадачливого автомобилиста. Обросший броней толстяк бешенным носорогом врезался в небольшой паркетник, а затем опрокинул его. Следом он атаковал вторую машину, но выстрелы из дробовика заставили его развернуться. Автомобильная колонна полностью состояла из гражданских, но они тоже могли за себя постоять. Человек стрелял из люка в крыше джипа на больших колесах. Красномордый кинулся в атаку. Опытный водитель резко рванул назад. Форсированный движок натужно выл, разгоняя автомобиль, но морф все же нагнал и ударил машину головой в кенгурятник с лебедкой. Удар в трехтонный джип был очень жестким и для машины и для морфа. К тому же стрелок в люке выпускал в чудовище заряд за зарядом. Голова бронированного монстра была иссечена картечью. Красномордый был вынужден прекратить преследование. Вернувшись обратно, он застал только одну перевернутую машину. Из всей добычи было два трупа. Незадачливый водитель и один из его пассажиров остальные сумели скрыться на других машинах. Один труп был съедобный, а второй типичной мертвой зомбятиной. Его даже упокоевать не стали. Так и существовали в новом месте две мертвые опасные твари. Жрали мертвечину и охотились на автомобили. Проезжающих машин было очень мало, но иногда появлялись и годные для охоты. Теперь они атаковали даже колонны. Плюха теперь все время караулил возле выезда из двора и звал к себе красномордого как только появлялось что-нибудь стоящее. К ним было заявился еще один бабуинообразный морф, но его заманили в ловушку и уничтожили, тут ему не пункт дармового питания для бездомных. В другое место нужно было идти бомжевать. Все же морфы обшарили все дома, подъезды которых выходили во двор. Четыре дома образовывали замкнутую коробку приличных размеров. Второй выезд из двора был перекрыт. Люди сами себе устроили ловушку внутри своей цитадели. Они успешно отбивались от натиска зомби, перекрыв въезд и небольшое количество выходов из магазинов первого этажа здания во двор. Наг и бабуинообразные близнецы появились внутри защищенного периметра одновременно. Врятли все трое были вместе. Парочка бабуинов действовала слаженно, а наг ползал по укромным уголкам в одиночестве. Но по стечению обстоятельств на исходе ночи все трое оказались в одном дворе. В один из вечеров появился очередной претендент на их обжитую вотчину. Действительно крупная тварь бежала рысцой по дороге как раз в их сторону. Плюха прекратил жрать относительно свежий труп и уставился одним единственным глазом на потенциального врага. Приближающийся морф неумолимо приближался, перекочёвывая из категории потенциальных в реального врага. Плюха метнулся во двор, бросил кусок добычи на площадку перед детским городком и послал условный сигнал красномордому. Тот отозвался и направился к исходной позиции за игровым замком рядом с песочницей. Сооружение было старым и довольно таки крупным, что позволяло скрываться за ним даже такого гиппопотаму, как красномордый. Исполнив свой долг, Плюха вернулся на прежнее место в подворотню. Сложно было сказать, заметил его враг или нет. Ничего в поведении морфа не указывало на то, что он готовиться к атаке. Пока шло все по плану. Оккупант беспрепятственно проник на территорию, а, проще говоря, небрежной походкой зашел во двор через открытые ворота. Он без особого внимания осмотрел сгоревший грузовик и направился ко второму грузовику. Похоже, что странного новичка больше интересовали именно машины. У второго автомобиля он даже возился с чем-то. К валявшейся на площадке приманке чужак приблизился так же небрежно, как и вошел сюда. Плюха подал условный сигнал на грани ультразвука. Люди его никогда не могли услышать это точно. Атаку на оккупанта начали сразу с обеих сторон. Но Плюха не успел добежать до места схватки, в его морду врезалась тяжеленая штуковина. Он на какое-то время даже выключился. Повреждения были тяжелые: проломлена лобная кость, трещинами пошел весь череп. По всей видимости, челюсти тоже пострадали, пасть теперь закрывалась не полностью и челюсти ходили слегка наискосок как ножницы. Но самое главное Плюха практически ослеп. Его единственный глаз залила едкая и жгучая жидкость. Он так и не смог промогаться. Вместо привычных четких очертаний теперь весь мир расплылся размытыми контурами и цветными кляксами. Красномордый атаковал захватчика со всей яростью. Такого крупного морфа он еще не видел. Конечно он уступал в размерах самому обвешенному броней толстяку, но при таких габаритах и силищи он был опасным противником. Красномордый на себе ощутил мощь его ударов. Не смотря на то, что вражина замешкался пока выдергивал застрявшую лапу, толстяк так и не смог его подмять, а вес, скорость и броня были главными козырями толстяка в схватке. Плюха налетел на чужого морфа и принялся его рвать, но чужак легко смог отбиться и запрыгнул в окно квартиры на первом этаже. Мелкий бывший наркоман запрыгнул следом, а вот толстому пришлось карабкаться в большое окно, прыгать он уже не мог. Плюха беспрерывно гнал врага и атаковал при любом удобном случае. Получая увесистые удары и глубокие раны от когтей, он сильно рисковал, но ему во что бы то ни стало, нужно было удержать этого крупного чужака до прихода красномордого. Он зажал его на площадке пятого этажа, очередная атака кончилась более весьма плачевно. Связки были порваны и окончательно выломана челюсть, к трещинам в ребрах добавились вполне конкретные переломы. И более того, Плюха ударился о стену бугром на загривке, где у него находился мозг. Ему едва удалось подняться с площадки лестничной клетки. Противник тем временем выломал дверь и стал пятиться задом в квартиру. Плюха едва переставлял ноги. Противные конечности постоянно норовили запутаться или поскользнуться. В квартире был еще один висельник. Но это ничего не значило. Большой морф выскочил в окно и полез на крышу здания. Сформировавшаяся в голове установка на преследование вступила в острое противоречие с чувством опасности, но Плюха погнал себя вверх по стене. Лазать ему доводилось, но делал он это нечасто. Дальше бывший наркоман лез практически на ощупь. Выбирая наиболее надежные места для захвата. Не смотря на во плачевное состояние Плюха догнал врага практически под самой крышей. Клетки вопили от голода и желания блаженного покоя, но морф все равно вступил в бой с захватчиком. Результат оказался предсказуемым. Чужак сбросил Плюху вниз. Асфальт принял бывшего наркомана жестким ударом. Только чудом он не впечатался мозгом в твёрдое покрытие. На некоторое время он потерял сознание, мозг морфа выключился. Выплывая из тяжелого нокаута, Плюха тоненько запищал. Красномордый едва смог продраться через узкий коридор, когда он выдрался на лестничную клетку, звуки схватки доносились уже далеко наверху. Несколько помедлив, броненосец потащил свою тушу наверх, обдирая боками стены. Тёмные пятна с ацетоновым запахом говорили ему о том, что здесь прошёл Плюха. Но звуки схватки прекратились. Точнее морф не слышал никаких подозрительных звуков, он замер прислушиваясь. С улицы донесся звук удара, а через некоторое время донесся призывный писк Плюхи. Морф развернулся и ринулся по ступеням вниз. Добежав до второго этажа, он выбил дверь квартиры, разломал нелепую конструкцию в окне и выбрался на бетонный козырек над витриной магазина. Плюха валялся изломанной куклой, подавая совсем слабые признаки своей не жизни. Косномордый срыгнул вниз. Земля вздрогнула от внезапного удара конечностей туши. Он уселся рядом с товарищем не зная, что делать. У того была целой всего лишь одна рука, все остальное тело было поломано. Помимо смертельных травм тощего морфа жестоко терзал голод. Организм требовал материал для восстановления. Красномордый обнюхал бывшего наркомана. Его существование удерживались на тонкой нити, которая могла оборваться в любой момент. Из пасти броненосца донеслись рычащее клокотание. Нужно было срочно искать еду. Ночь уже опустилась на город, а в темноте охоты н было. Дороги были пустынны. Скулящий стон маленького морфы превратился из призывного в предупреждающий. В их сторону ехала колонна. Раньше Плюха так и узнавал о приближении потенциальной добычи. Он часами лежал под аркой въезда, положив голову на асфальт. Гул умирающего города проникал в его мозг не только через уши и глаза, но вибрации земли воспринимались теперь всем телом морфа. Плюха довольно таки быстро научился различать и распознавать отдельные вибрации и их направление. Сейчас он чувствовал, что к ним приближается смешанная колонна, о чем не примкнул сообщить своему товарищу. Еда! Дичь приближается. Красномордый встрепенулся. По слабым пискам бывшего наркомана он знал откуда идут машины. Заметив отсветы фар на стенах домов, броненосец выбрал позицию для атаки. Колонна приближалась. Машин было много. Впереди шла здоровенная дура тягаться с которой было бесполезно. Морф выбрал себе цель для первой атаки. Небольшой микроавтобус был наилучшей целью. Даже не автобус, а очень крупный минивэн. Весил он не много. Боковая поверхность была большая, центр тяжести высокий. Такую штуковину было легко опрокинуть застопорив движение колонны. И все же противников было слишком много. Перед затором из стоящихи перевёрнутых автомобилей головная машина снизила скорость и начала аккуратно расталкивать клиновидным отбойником попадающиеся автомобили в стороны, расчищая дорогу. Дождавшись удобного момента красномордый сорвался с места. Мягкие подушки на лапах глушили удары конечностей об асфальт, а разлившаяся вокруг тьма укрыла мертвую тварь от ничего не подозревающий жертвы. Тяжёлый удар в бок маленького автобуса вмял кузов машины и поставил на автобус два боковые колёса. На самом пике траектории машина замерла на какой-то незначительный миг и рухнула на бок. Тем временем, красномордый переключился на маленькую красную машину справа от него. Подцепив загнутым краем в нижней части морды машину под переднее крыло, морф перевернул и вторую машину. Крики новых жертв добавились к ночному многоголосию умирающего города. Выдрав боковую дверь, толстяк мгновенно выдернул оттуда кричащего человека. Горячая вкусная кровь хлынула в пасть. Морф замер на мгновение, а потом откусил ему голову. Задняя дверь микроавтобуса распахнулась и рядом на асфальте полусидел полулежал ещё один человек. Морф подхватил вторую жертву и ринулся прочь от колонны. Начавшаяся беспорядочная стрельба грозила переключиться на него. Прямо перед морфом выскочил третий человек. Его конечно можно было обогнуть, но вид ружья в руках очередной жертвы решил его судьбу. Морф смял его своей тушей. Развернувшись на месте, красномордый раздавил человеку голову. Небольшой задержки хватило, что бы его заметили и перенесли огонь на него. Красномордый кинулся за разбитые машины, скрываясь от впивающихся в панцирь пуль. Бежать было не удобно. Два трупа в передней лапе существенно затрудняли бег. Пробежав по дуге, морф вернулся к своему Плюхе. Товарищ все также лежал дергая единственной не переломанной лапой. Броненосец великодушно разорвал когтями грудь и живот свежему трупу и положил все это великолепие на погибающего товарища. Кровь обильно потекла по изломанному уродливому телу морфа. Поры жадно раскрылись, впитывая драгоценную влагу. Красномордый ринулся в другую сторону. В конец колонны. Следовало перекрыть путь убегающей дичи. Очередную подходящую мишень он определил для себя еще во время перовго нападения. Широкий американский минивэн начал здавать назад, стараясь освободить узкий проезд для других машин. Стремительный разбег закончился очередным скорушающим ударом. Минивэн не перевернулся. Неуклюжую машину развернуло поперёк дороги. Третью жертву морф выдернул из окна автомобиля. Но в это раз морфа встретили пулеметным огнём и жаканом двенадцатого калибра, проломившему защищающий морду щит прямо между глаз. Пришлось срочно уносить свою тушу обратно под защиту покореженных корпусов замерших навечно автомобилей. Рана в голову было очень серьёзной. Толстая плита на морде была пробита. Мозг ему не повредило, но что-то случилось со зрением. Он уже почти ничего не видел. Зато морф услышал жалобный зов Плюхи. Он кричал об опасности. Красномордый не увидел, он скорее почувствовал врага. Это был то самый последние захватчик, который пожаловал в их двор. Какой все-таки молодец Плюха, даже на краю гибели смог поймать верткую вражину. Броненосец воспользовался своим самым действенным оружием, он всей массой попер на обидчика. Поганая тварь побежала прочь. Тупой ублюдок не стал сворачивать в сторону, а так и продолжал убегать по прямой. Только бы удалось его догнать. Красномордый совершенно не обратил внимания на наростающий утробный рев двигателя. Едущий впереди колонны ” Урал” развернулся и теперь ехал на полной скорости по тротуару на встречу бегущим морфам. Кызя перед самым грузовиком отпрыгнул в сторону прямо в разбитую витрину магазина. Красномордый на полной скорости врезался в самый центр отбойника прущего на него «Урала». Громадный армейский грузовик на больших колёсах встряхнуло от удара, но водитель добавил газа и буквально покатил перед собой тушу броненосца. Дальнейший путь был не долгий. Грузовик впечатал тушу в афишную тумбы на самом краю дороги. Старая тумба не выдержала удара и развалилась кусками кирпича, но остановила кавалькаду. Грузовик отъехал задним ходом от покореженной туши. В тело морфа сразу ударили очереди крупнокалиберного пулемета. Броня красномордого не могла противостоять пулям калибра 12,7. Куски толстой шкуры и костяных пластин и роговых образований полетели во все стороны. У мёртвой твари не осталось никаких шансов. Красномордый отправила вслед за Плюхой в небытие. Люди настали выходить из машин. Урал утюжил улицу вдоль и поперек раздвигая и опрокидывая разбитые машины, фары искатели рыскали по улице и домам. Люди искали пропавших. Но поиски быстро прервали, к месту боя просто провалили голодные зомби. Колонна перестроилась и продолжила прежний путь. Кызя глодал труп за барной стойкой закусочной. Несколько появившихся зомби он убил проверенным способом – разбив головы. Ещё нескольких тварей он уничтожил, швырнув в них несколько являющихся на полу тяжёлых штуковин. В этот раз восстановление шло особенно быстро. Может из-за свежей еды, а может сноровка появилась. Покончив с блюдом, морф отправился в средине дня осмотреть окрестности. Битые автомобили на дороге не представляли никакого интереса. Шатающиеся вокруг зомби больше раздражали. Постепенно морф добрался до той самой арки, через которую он попал во двор. Снова зайти во двор его заставило подозрительное копошение тупых мёртвых собратьев у дальнего подъезда. Добежав до странного скопления тупых уродов, Кызы безошибочно почувствовал еду. Зомби толкались перед раскрытыми дверями подъезда, силясь протиснутся через своих собратьев во внутрь. Там была пища. Кызя рассверепел. Тупые зомбаки полностью и по частям полетели в разные стороны. Большой морф расшвыривал их, освобождая себя дорогу к желанному обеду. Внутри он встретил неожиданное сопротивление. Пару шустрых зомби успели немного подморфировать за все время кормёжки в гнезде морфов. Они то и смогли оказать вполне толковое сопротивление. Один из них вполне споро махал увесистой длинной железякой. Не смотря на обретённые способности недоморфы продержались немногим дольше чем друге захватчики. Сломанные и с пробитыми головами они были выкинуты из дверей во двор. Еда в гнезде была преимущественно старой, но пригодной в пищу. Тупые зомбаки существенно проредили количество запасов. Это было плохо. Морф вышел обратно во двор. Ему пришлось пробежаться по его территории для того, чтобы освободить двор от бродящих тут и там зомби. Новая кормушка была неплохой. Пусть она была существенно меньше, чем его первая, но замкнутый двор и пища в гнезде морфов заставили Кызю проникнутая симпатией к этому месту. Он продолжил своё обследования, изучая другие подъезды. Конечно, он искал еду, но еды не было. Повсюду были видны следы пребывания человека. Люди здесь укреплялись основательно, рассчитывая на длительную оборону. Кызы находил запасы провизии и оружие, оборудованные огневые точки и систему внутренней связи из проводов и старых телефонных трубок. Помимо всего этого были следы быстрого панического бегства. Люди тогда бежали по лестницам вниз, теряли вещи, падали, разбивались. Что их заставило так спешно покидать укрепленное место? Может все ранее произошедшее здесь было любопытно, но не более того. На скорую руку обшарив несколько подъездов, Кызя не нашёл еды. Её ту не было. Большого морфа это начинало злить. Настоящий голод был ещё далеко, но пищи в гнезде хватит не на долго. Спустившись во двор после очередной безрезультатной попытки найти еду, Кызя увидел еще одну тварь, претендующую на его кормушку. Нелепая вытянутая фигура колыхалась как раз в центре двора. Тварь излучала волны колючего голода. Кызя встал на четыре лапы, опустил тело как можно ниже и почти чертя брюхом по асфальту двинулся в обход по дуге к маячившей не вдалеке фигуре. На какое-то время морф потерял конкурента из вида, а когда аккуратно высунул морду из-за металлического мусорного контейнера со строительным мусором, заявившаяся тварь уже колыхалась перед входом в его гнездо, стараясь заглянуть во внутрь. Теперь Кызы мог хорошо рассмотреть поганца. У морфа не было передних лап. Может человек из которого получилось этот нелепое чудо пр и жизни был безруким инвалидом, а может и после смерти руки ему отъел или оторвали, но одна пара конечностей у тушканчикообразной твари отсутствовала как таковая. Зато задние ноги у него были неимоверно длинные. Причем вытянулись не только бедра и голени, но и ступни. Морф опирался только на ороговевшие пальцы ног и острые пятки теперь находились теперь примерно в метре от земли. На самом деле морф не колыхался, он непрестанно переминался с ноги на ногу. Ноги у него были длинные, жилистые, перевитые сухими мышцами, похожими на толстые веревки. От этого морф напоминал гигантского тушканчика или страуса. Сходство со страусом ему придавала вытянутая шея которую венчала крокодилья голова. От человеческого в этой уродливой голове не осталось вообще ничего. Бугристая кожа с многочисленными наростами, полное отсутствие ушей, по крайней мере их видно не было и, конечно, очень вытянутые челюсти с большим количеством мелких игольных зубов. Поколыхавшись таким образом некоторое время и убедившись, что опасность ему не грозит, тушканчик крадущимися шагами поднялся по крыльцу и сунул свою крокодилью морду в дверь. Для этого ему пришлось очень сильно пригнуться. За головой в подъезд проникло с начала туловище, а потом в чёрном зеве подъезда исчезли и ноги захватчика. Пора! Кызя стелящимся бегом направился прямиком к своему гнезду. Уже забегая на крыльцо, большой морф заметил резкое дерганое движение в темноте. Это значило, что его заметили. Кызя без раздумий кинулся во внутрь. Долговязый находился в самом дальнем углу. Мерзкая тварь зачем-то ухватилась зубастой пастью за деревянную коробку выбитой двери в подвал и поджало ноги. Кызы резко вытолкнул свое тело всеми четырьмя лапами и полетел в прыжке в сторону тушканчика. Долговязый выбросил в сторону большого морфа, сжатые как пружины, ноги ударил его с такой силой, что Кызя не только не долетел до противника, но и был отброшен в противоположную сторону к двери. Такой сокрушительный удар чуть не проломил морфу грудную клетку. Его спасли крепкие мышцы и большая масса. Удар об стену тоже был впечатляющий. Аж кости захрустели. Морф тяжело плюхнулся на пол. Гадина тем временем выскочил из подъезда, уходя от дальнейшей схватки. Кызя едва успел увернуться от размашистого футбольного удара ногой. Башенная ярость вспыхнула внутри как бочка с бензином. Большой морф кинулся вслед за обидчиком. Тупого долговязого урода судьба не любила, а может память подвела. Выскочив из подъезда, тот направился прямиком в самый дальний угол двора. Конечно, он оказался в тупике. Тушкан бестолково вертел головой и даже подпрыгивал, но у него была всего лишь одна дорога – он должен был возвращаться обратно. Кызя стремительно приближался к конкуренту. Очень жаль, что он пропустил тот коварный сокрушительный удар в подъезде с гнездом. У долговязый твари не было бы шансов против большого морфа в узком и низком для него пространстве под лестничной клеткой. Противник развернулся и побежал в его сторону. Как прыгун во время тройного прыжка, длинный урод три раза оттолкнулся страусиными ногами от земли и на полной немалой скорости выкинул свое тело вверх, в попытке перепрыгнуть большого морфа. Кызя был на чеку и не прозевал маневр, который вчера сам проделал с броненосцем. Кызы выпрыгнул вверх. Он сумел зацепить долговязого. Когти впились в колено тушкана, а зубы сомкнулись на голени. Могучие челюсти, предназначенные для того, чтобы дробить в мелкое крошево черепа и кости справились на отлично. Собственные зубы и челюсти передали ему треск тонких костей субтильного уродца. Рывок летящей твари развернул подпрыгнувшего Кызю в сторону выезда из двора. Обе мёртвые монстра упали на Колумбус вытоптанной до бетонного состояния землёй. Челюсти все также угодливо донесли до Кызи звук лопающихся связок и мышц врага, острый осколок расщепленной кости впился ему в верхнюю челюсть, распоров десну. Одновременно с падением она большого морфа обрушился град ударов. Тушкан изо всех сил лупил его твердыми ороговевшими пальцами по голове, спине и плечам. Поймать ногу лапами не получилось, и Кызя попытался схватить смертельную колотушку челюстями, выпустив из пасти захваченную конечность. Попытка не удалась. Очередной удар вколотил передние зубы в глотку большого морфа. Зато долговязый тушкан оттолкнувшись не покалеченной лапой от земли перенес своё тело с утрамбованной клумбы за кусты. Ловко кувыркнувшись через плече, тушкан встал на уцелевшую ногу и снова вытолкнул своё тело вверх. Враг улепетывал из двора, прыгая на одной ноге. Кызя попытался его настичь, но куда там ему. Даже на одной ноге скорость твари была в полтора-два раза быстрее чем у большого морфа, хотя никак нельзя было назвать Кызю тихоходным. Тварь убежала из владений Большого морфа. Вернувшись в гнездо, мертвый хозяин принялся обгладывать оставшиеся трупы. Пища не шла ни в какое сравнение со свжеубитой дичью, но этот было намного лучше, чем жевать противное мясо зомби. Если он не найдёт в этой большой кормушке людей, то придётся менять рацион или бежать отсюда, иначе непереносимый голод будет терзать и мучить неотрывно, не давая никаких поблажек и послаблений. Гнездо скорее всего придётся бросать или охотится не в кормушке а по улицам. Донесшийся шум заставил морфа насторожиться. Шум был совсем близко. Такой шум постоянно сопровождал людей. Дичь!!! Его ждала еда. Жертвы сами пожаловали к нему в гнездо. Кызя выскочил во двор. Конечно, людей там не было. Но шум стал ещё сильнее. Он проследовал в направлении арки. Оттуда людей тоже не было видно, но шум стал ещё сильнее. Большой морф побежал вдоль здания. Остановившись возле угла, морф поискал укрытие из-за которого можно было начать охоту. Прошлый опт научил его не лезть сломя голову под пули. Пища пока была недоступна. Но теперь почувствовал самое главное. Волны живого тепла различались вокруг, дразня и заигрывая. Глупые люди они манили к себе. Каждый из них буквально просили – убей и сожри меня, я такой доступный.