– Сообщение принято нами с середины.
– Это ясно; но откуда оно передано и кому адресовано?
– Сообщение адресовано на Каллисто, – сказал Вьеньянь. – Больше некуда.
– Так ли? А может быть, с одного звездолета на другой или с какой‑нибудь из планет на летящий корабль.
– В сообщении говорится об экспедиции. Я думаю, что несчастье случилось либо на Сетито, либо на Кетьо, – сказал Мьеньонь.
– Но как это узнать? – спросил Синяев.
Он знал, что означали названия, произнесенные Мьеньонем. Это были планеты системы Рельоса, на которые каллистяне уже неоднократно производили полеты на космических кораблях.
– Надо подождать ответа, – сказал Диегонь. – Где находятся сейчас обе эти планеты? – спросил он Вьеньяня.
– Сетито, – ответил астроном, – близко от нас. Примерно на таком же расстоянии, как и Каллисто, но только с другой стороны. А Кетьо очень далеко, не менее двух миллиардов километров.
– Какое приблизительно расстояние между Сетито и Каллисто? – спросил Диегонь.
– Могу ответить не приблизительно, а совершенно точно. Четыреста миллионов километров.
– Значит, если техника передачи не изменилась за время нашего отсутствия, ответа надо ожидать минут через двадцать, – сказал Диегонь.
– Да, примерно. – Лицо Вьеньяня выражало растерянность. – Почему мы смогли принять передачу? Неужели на Каллисто космическая связь все на том же уровне?
– Немыслимо, – сказал Леньиньг. – Но факт остается фактом. Наша установка восприняла передачу.
Четырнадцать человек были сильно взволнованы.
Что могло случиться на Сетито или на Кетьо? Отчего и где произошел взрыв?
– Мне кажется несомненным, – сказал Синьг, – что взрыв произошел на корабле. В сообщении говорится, что двое ранены и в распоряжении участников экспедиции нет средств для оказания помощи. Если корабль цел, этого не может быть.
– Если слова о помощи относятся к раненым, то вы правы, – заметил Ньяньиньг. – Но они могли относиться к самому кораблю.
– К сожалению, нет, – покачал головой Синьг. – Там говорилось: «Промедление грозит смертью».
Никто ничего не ответил на эти слова.
– И ведь приняли‑то совершенно случайно, – сказал Леньиньг.
В центральном посту наступило тяжелое молчание.
Ответный текст появился на экране через двенадцать минут.
Что это означало? Или Вьеньянь ошибся и от корабля до Каллисто было гораздо ближе, или… но трудно было поверить, что передача, на чем бы она ни основывалась, могла идти быстрее света!
Как бы то ни было, но ответ пришел раньше, чем его ожидали, и в тот момент никто не обратил внимания на это странное обстоятельство.
«Срочно готовим корабль, – гласило сообщение. – Вылетим через тридцать шесть часов. Будем на Сетито через сто восемьдесят часов после вылета. Сделайте все возможное для спасения пострадавших».
Итак, несчастье случилось именно на Сетито, а не на Кетьо.
– Надо подождать и узнать, что они скажут, – хриплым от волнения голосом сказал Синьг.
– Мы узнаем это через десять минут, – сказал Вьеньянь. – Сетито к нам немного ближе, чем Каллисто. – Он посмотрел на Диегоня недоумевающим взглядом. – А все‑таки! Как же получилось, что мы приняли ответ Каллисто так скоро?
– Это мы узнаем тогда, – ответил за Диегоня Мьеньонь, – когда наш полет закончится. Это новая техника, и бесполезно гадать о ней.
Синяева глубоко поразило случившееся. Он не допускал, чтобы Диегонь и Вьеньянь могли ошибиться в расстояниях. Но тогда становилось очевидным, что каллистянская техника нашла способ связи, идущей быстрее света. Правда, на Земле были ученые, которые считали скорость света не пределом, но Синяев никогда не разделял их взглядов. И вот в одно мгновение его представления оказались разбитыми вдребезги несомненным фактом. Сообщение прошло свой путь в два раза скорее, чем могла бы пройти радиоволна.
Истинных ученых не могут не волновать подобные «сюрпризы», а Синяев был настоящим ученым, и он с трепетом ждал следующего сообщения, не спуская глаз со стрелки часов, – придет ли оно с той же невероятной быстротой или нет? В эти минуты он забыл обо всем и, вероятно, нетерпеливее всех, кто находился у пульта, ждал ответа с Сетито.
Он появился на экране через десять с половиной минут!
Сомнений не было!
Ответ был короткий и страшный.
– «Сто восемьдесят часов – все равно что триста, – прочел Леньиньг. – Вы опоздаете. Ресьинь».
Экран погас.
Несколько секунд в центральном посту никто не проронил ни слова.
Диегонь, погруженный в какие‑то размышления, поднял голову и посмотрел на Мьеньоня. Во взгляде командира корабля был молчаливый вопрос. Он ничего не сказал, но старший инженер звездолета понял его.
– Вполне возможно, – ответил он. – Нагрузка допустима.
Диегонь медленно обвел взглядом лица экипажа. Все смотрели на него, и было ясно, что от каждого он получил безмолвный ответ на свой невысказанный вопрос. Потом он повернулся к людям Земли.
И шестым чувством Широков и Синяев поняли, о чем спрашивает взгляд Диегоня.
– Конечно! – сказал Синяев.
Широков только кивнул головой в знак согласия.
– Очень хорошо! – сказал Диегонь.
Центральный пост быстро опустел. Каллистяне поспешно покинули его, расходясь по своим местам.
– Идемте! – сказал Синьг Широкову и Синяеву. – Надо лечь в постель.
– Опять спать?
– Нет, но лечь необходимо. Скорость все же велика. Поворот вызовет дополнительную нагрузку на организм.
– Быстрее! – сказал Диегонь. – Не теряйте времени. Я буду ждать не больше пяти минут.
Глава вторая
В ЛЕСУ
Дневное светило опустилось за горизонт, и сразу, без сумерек, плотная мгла окутала землю.
Сверху низко нависала тяжелая пелена туч, закрывая звезды и делая ночь еще более непроглядной.
Порывистый ветер шумел в кронах исполинских деревьев густого леса, окружавшего небольшую поляну.
Воздух был влажным, с сильным запахом леса, цветов и гниющих растений. В глубине леса что‑то тяжелое двигалось и с треском ломало деревья. Иногда раздавался низкий и густой рев, а за ним пронзительный вой. Немедленно отвечали другие такие же голоса, и поляна казалась окруженной со всех сторон огромными пастями, издававшими отвратительный воющий звук.
А когда смолкал вой, слышался ритмичный шелестящий шорох крыльев. На фоне мрачных туч мелькали черные контуры крылатых существ. Их было три. Стремительными зигзагами они носились над поляной, то опускаясь, то взмывая вверх.
Одно из них вдруг стремительно ринулось к земле, словно намереваясь со всего разгона врезаться в нее. Зеленым огнем горели два глаза. Размах перепончатых крыльев достигал четырех метров.
С земли поднялся человек. Навстречу зеленым глазам беззвучно прорезала темноту тонкая огненная нить.
С глухим шумом огромная птица упала на землю. Две другие метнулись в сторону и исчезли.
![Каллистяне (с илл.) _10.jpg](https://litlife.club/books/211544/read/images/_10.jpg)
Человек снова опустился на траву. Раздался мягкий голос, произнесший на каллистянском языке:
– Четвертая!
Ему ответил другой мягкий и приятный голос:
– Если бы только они! А вдруг явятся те?.
– Они сюда не придут. Эта поляна находится в стороне от тех троп, по которым они ходят по ночам к реке.
– Если почуют нас, могут прийти.
– Будем надеяться, что этого не случится.[4]
Разговор прекратился. Три человека сидели молча на земле, напряженно прислушиваясь к звукам леса. Еще двое лежали между ними.
Снова послышался приближающийся шорох. Над поляной замелькали две пары огромных крыльев.
– Вот упрямые! Они не успокоятся, пока мы не убьем последнюю.
– А потом явятся другие.
– Внимание! Атакуют обе.
![Каллистяне (с илл.) _11.jpg](https://litlife.club/books/211544/read/images/_11.jpg)