— Разумеется, Тобер. Пришлю тебе обратно.
Тобер покачал головой:
— Да я не об этом. — Он потупил глаза, потер нос. — Кроме того, я завязываю.
— Разумеется, Тобер. — Бенни повернулся к кровати.
— Нет, я серьезно. Стряхну с себя эту дрянь. Как закончу свою холостяцкую жизнь, тут и делу конец…
— Хватит паясничать, Тобер. Кому нужна холодная индейка?
Но Тобер не паясничал. Он сел у двери, наблюдая, как Бенни готовит девушку.
— Я все перепробовал, — почти шептал он. — И пришел к этому. Все уже устроено.
Бенни пошел к двери. В одной руке он держал пистолет, на плече нес Пэт.
— Пожелаешь мне счастья, парень? — сказал Тобер.
— Выгляни в дверь. Осторожнее.
Тобер выглянул и кивнул.
— Теперь давай вниз, осмотрись в холле. Потом назад.
Едва Тобер свернул за угол, спускаясь по лестнице, Бенни ринулся к противоположной двери в комнату Тобера.
Несмотря на тяжелый груз, двигался он словно кошка. Распахнул в ванной дверцу аптечки, нашарил одной рукой металлическую коробку. Там был шприц, запасные иглы, ложечка и оловянная баночка для разогрева. Остальное пространство было заполнено маленькими белыми упаковками. Он схватил две горсти и сунул в карман. Повернулся, застыл в нерешительности. Рука снова полезла в карман, и он высыпал половину белых пакетиков обратно.
Бенни ждал возвращения Тобера.
Они осторожно пробрались через холл, вышли на лестницу, которая вела на кухню. Там было темно.
— Эй, Бенни, — шепнул Тобер. — Пожелаешь мне счастья?
Ответа из темноты не последовало. Слышалось лишь дыхание. Потом Бенни оказался на улице. Ночной воздух был холодным, кроны пальм над головой сухо шелестели.
— Бенни…
— Заткнись. Постой с ней и молчи.
Фигурка девушки вырисовывалась на земле, пока Бенни кружил по двору. Шел только слабый свет из парадного подъезда, да возле одной машины горел маленький, словно точка, красный огонек. Там кто-то стоял. Бенни тихо подкрался, а когда бросился на поджидавшего, раздался не звук, а глухой удар. По гравию рассыпались крошечные красные искорки.
Он вернулся, подхватил девушку, побежал через двор и, когда подоспел Тобер, уже с резким визгом разворачивал машину.
— Бенни, пожелаешь мне счастья? — крикнул Тобер. Слова его подхватил налетевший ветер.
Автомобиль уже скрывался за поворотом, и только тогда Бенни крикнул:
— Будь счастлив!
Глава 15
Ночью он лишь однажды остановился, чтобы поднять верх машины. Дотянулся, уложил на место свисавшую через спинку сиденья руку Пэт, поудобнее подвинул ее голову и снова поехал.
Когда утренний свет был еще неразличим, вставала лишь серая дымка, Пэт зашевелилась. Бенни подвел машину к обочине и смотрел, как она просыпается. Она внезапно села, по всему телу пробежала сильная дрожь, широко открытые глаза смотрели растерянно.
— Бенни, — сказала она, — что ты делаешь?
— Хорошо поспала?
Она смотрела на него с вытянувшимся лицом. Потом пробормотала:
— Не знаю. Не знаю, Бенни, — и опять содрогнулась.
Он открыл дверцу, откинул спинку переднего сиденья.
— Перебирайся вперед, Пэт. Тут теплее.
Она пересела, свернулась клубочком рядом с ним, ожидая, когда окоченевшее тело отойдет под теплом обогревателя.
Он снова тронул машину. Раскурил для нее сигарету, смотрел, как она курит. Дольше ждать не было смысла.
— Пэт, ты слушаешь?
— Слушаю.
Она откинулась назад, глядя вверх на обивку салона.
— Помнишь вчерашнюю ночь?
— Помню.
Она курила, глядя вверх.
— Прости меня.
— Конечно. Мы ведь знаем друг друга.
Ему хотелось, чтобы она на него посмотрела, объяснила, что происходит.
— Ты меня знаешь, иначе не сделал бы этого, — сказала она. — И я тебя знаю, поэтому не удивилась, что ты это сделал.
— Пэт, пойми. Бывает иногда… Ты куда-то попал, и сворачивать некуда. Сзади настигает какой-то ужас, впереди только черный провал. Как смертельный прыжок, на который ты должен решиться. И решаешься. Чтобы выбраться, надо пойти, например, на убийство, и все будет кончено. Никогда не повторится. Сделал, и все.
— Наверно, ты говоришь о своей сделке?
— Пэт, ты понимаешь, что я пытаюсь сказать?
— Конечно. Со мной то же самое. — Она помолчала. — Сзади — ужас, впереди — темная пропасть. И я совершаю нечто вроде убийства. Принимаю зелье.
От этого ответа у него побежали мурашки, а может быть, от ее тона. Она по-прежнему сидела откинувшись, внимательно разглядывая обивку.
— Пэт, слушай, давно это продолжается?
— Я бросила. Никогда много не принимала, а потом бросила. Несколько дней назад.
Бенни глубоко вздохнул, чувствуя, как онемела шея. И горло онемело, когда он попробовал снова заговорить.
— Больше не надо, Пэт. Я тебе помогу.
— Как прошлой ночью? — Она впервые оторвала взгляд от обивки. — Как прошлой ночью, когда ты держал меня за руку?
— Нет! Забудь об этом. Боже, они нас искали, а ты там лежала, разобранная на куски и совсем обалдевшая. Разве не ясно? Разве не помнишь, как до того мы с тобой…
Она собралась было выпрямиться, но передумала и уткнулась лицом ему в рукав.
— Бенни, я… Я такая гадкая, гадкая…
Он чувствовал, как ее пальцы терзают рукав.
— Все в порядке, детка. Все будет в полном порядке. Ляг, Пэтти. Поспи еще. С этой минуты все будет по-другому.
Через минуту она успокоилась. Даже улыбнулась.
— Я тебе верю, — сказала она и очень скоро заснула.
Он думал о том, что все именно так и будет. Он ни разу не вспомнил о маленьких белых пакетиках, которые иногда тихо шуршали в кармане. Ему ни разу не пришло в голову отпустить девушку, от которой зависела сделка. Чертовски крупная сделка, так что по этому поводу не возникало никаких вопросов.
Когда они пересекли границу Луизианы, она еще спала. Проехав От-Платт, он срезал путь по хайвею и направился к Малкотту. Пейзаж выглядел плоским, скучным. То бесплодная сушь, то болота, а между ними Малкотт, вскипающий в знойном воздухе, текущем с залива. Через город постоянно проезжали машины, делая крюк, чтобы объехать От-Платт. Поэтому в Малкотте имелся мотель. Он казался заброшенным и каким-то кустарным.
Они заняли дальний коттедж, окруженный молодыми дубами. Бенни загнал автомобиль под деревья, чтоб его не было видно с хайвея. Повернул ключ, выключил зажигание и позволил рукам отпустить руль.
— Ты что не выходишь? — спросила Пэт, стоя рядом с машиной.
— Через минуту. Дай опомниться.
Он был полумертвым от недосыпа. Видел стоявшее в низком солнце облако пыли, поднятой колесами автомобиля, слышал медленное потрескивание горячего металла под капотом, а когда встряхнул головой и вылез из машины, обнаружил, что Пэт ушла в номер.
Там стояли кровать, кресло-качалка, обшарпанный комод. Бенни упал на постель. Из ванной доносился шум душа. Кругом на полу валялась одежда Пэт. Она всегда разбрасывала одежду по полу. А ближе к вечеру принимала горячий душ. Бенни видел клубы пара.
Закрыв воду, Пэт вспомнила другой коттедж, где они были с Бенни. И комнату в доме Тобера, и то, что Бенни говорил ей в машине. Она вышла из ванной, возбужденная и сияющая. Она выглядела прекрасно, но вдруг сразу изменилась. На постели она увидела Бенни в смятой одежде и даже в ботинках. Одну руку он держал в кармане, где лежали ключи от машины.
Глава 16
Проснувшись, он на секунду подумал, будто только прилег. Из ванной доносился шум душа, он видел выбивающийся из-под двери пар, но теперь низкое солнце стояло с другой стороны. Бенни быстро вскочил, гадая, что было ночью. Возле кровати стояла полная окурков пепельница, некоторые были погашены об пол.
Когда душ умолк, он уставился на дверь, но она отворилась лишь через несколько минут. Потом вышла Пэт, одетая. На сей раз она не разбросала одежду по полу.
Он взглянул на нее и увидел, что дело плохо.