— Кэн-тян, ты сегодня, видно, навеселе! — заискивающе сказала Нобуко. — Слушай, не станцуешь со мной? Риэ-тян, поставь какой-нибудь диск.
— Нет! — раздраженно отрезал парень. — Не хочу я танцевать.
— Странный ты сегодня, — недоуменно пробормотала Нобуко. — Что-нибудь случилось?
Сугиура отстранил от себя Нобуко.
— Я сейчас хочу остаться один. Не тараторь.
— Какой ты суровый! — Вместо того чтобы рассердиться, Нобуко засмеялась, все-таки надеясь завоевать его расположение.
— Странный ты что-то, Кэн-тян. — Бармен тоже с усмешкой наблюдал за Сугиура, который едва не валился на стойку. Все-таки это не обычный посетитель, а младший брат хозяйки. Все работники бара, не говоря уж о Нобуко, учитывали это.
— Шеф, — Кэндзи приподнял голову, — налей «бурбон».[50]
— Ему нельзя больше, — чуть не закричала Нобуко. — Не наливай ему. Он и так уже валится с ног.
— Это еще что? Не болтай лишнего, — Сугиура злобно взглянул на Нобуко. Его волосы, обычно аккуратно причесанные, были сейчас донельзя растрепаны. — Я хочу сегодня напиться. Наливай.
Бледный как полотно Сугиура уставился на Нобуко. Она молчала и от волнения сглатывала слюну.
— Ладно, Кэн-тян, но только чуть-чуть, — примирительно сказал бармен и, достав с полки бутылку виски, плеснул желтоватой жидкости в стакан.
— Еще, — попросил Сугиура.
— Кэн-тян, тебе нельзя, — остановил его даже бармен.
— Да будет тебе! Еще! — повторил Кэндзи.
Бармен присмотрелся — выражение лица у Кэндзи было сегодня и впрямь непривычное — и во избежание неприятностей подлил еще. Нобуко нервничала, а Сугиура хлебнул виски, как будто это была вода.
— Нельзя же так! — рванулась к нему Нобуко и схватила за руку. — Шеф, убери стакан.
— Эй, что ты делаешь! — Сугиура оттолкнул Нобуко и поскорее вылил в себя то, что еще оставалось в стакане.
Посетители в это время уже не заходили, и, может, поэтому Сугиура так разошелся. Но вот вошли трое или четверо — с виду служащие какой-то фирмы. Сугиура немного поутих и положил голову на стойку.
— Послушай, Нобу-тян! — позвал один из вошедших. Это оказался кто-то из постоянных клиентов Нобуко.
— Ах, добро пожаловать, — Нобуко выдавила из себя улыбку, взглянула на Кирико, все еще топтавшуюся возле телефона, и подмигнула ей: «Риэ-тян, пригляди-ка тут!»
Нобуко отошла к новым посетителям, а Кирико впервые получила возможность поближе подойти к Сугиура.
Она смотрела на парня, уронившего лохматую голову на стойку, и размышляла. Какое, собственно говоря, отношение имеет этот человек к адвокату Оцука? Или, быть может, он пришел в столь дурное расположение духа по какой-то другой причине? Кирико уселась на стул, который только что занимала Нобуко.
Через некоторое время Сугиура приподнял голову. Кирико обратилась к нему:
— Вы захмелели?
Услышав голос не Нобуко, а чей-то другой, он вдруг посмотрел в сторону Кирико. Глаза были пьяные, лицо — жутко бледное.
— А ты почему здесь?
— Простите. Пришли гости, и Нобу-тян отправилась их обслуживать. Сейчас вернется.
— А не все ли равно — Нобуко или какая другая, — Кэндзи посмотрел Кирико в лицо.
— Ах, вы так бессердечны!
— Так ты тоже вздумала меня поучать? — спросил Кэндзи.
— Но ведь я права. Я никогда не видела вас таким, Сугиура-сан.
— Ты меня знаешь? — Кэндзи подвинулся к Кирико. Волосы свисали ему на глаза.
— Да, видела вас раза два-три с тех пор, как поступила в это заведение. Но разговариваю с вами в первый раз.
— Верно, — кивнул Сугиура, — я помню, как ты появилась тут. Сколько уже прошло с тех пор, месяца два?
— Вы не ошибаетесь. Как раз два месяца.
Сугиура небрежно вынул из кармана сигареты. Кирико поднесла спичку. Она хотела поближе узнать этого парня. Это было просто необходимо.
— У вас плохое настроение? — спросила Кирико улыбаясь.
Кэндзи криво усмехнулся. У этого парня был тонкий, прекрасно очерченный профиль и еще совсем нежная кожа.
— Как тебя зовут? — внезапно спросил он у Кирико.
— Зовите меня Риэ-тян, — ответила Кирико.
— Ясно. Я о тебе немного слышал.
— А вы, Сугиура-сан, я знаю, младший брат нашей хозяйки.
— Да, — выдохнул Кэндзи.
Нобуко тем временем поднимала тост с тремя новыми посетителями. Но, заметив, что настроение у Кэндзи вроде бы улучшилось, она сделала Кирико знак: дескать, подожди еще немного, я подойду.
Но Кирико и сама хотела еще поговорить с Кэндзи.
— А почему вы, Сугиура-сан, не работаете в нашем баре? — спросила она. Ей казалось странным, что брат хозяйки служит где-то на стороне.
— Почему ты спрашиваешь?
Сугиура явно проявлял интерес к Кирико. Его, видимо, привлекало то, что она новенькая, и то, что она так простодушна. Сразу было заметно, что она недавно работает в баре.
— Видишь ли, в жизни бывают разные обстоятельства, — сказал он назидательно, будто ребенку.
— Так-то оно так, да только здесь работает ваша сестра. Просто я думаю, что родственникам удобно работать вместе.
— Говоришь, удобно, — повторил Сугиура и коротко рассмеялся, — возможно, и так. Работать вместе с сестрой, пожалуй, удобно, а в то же время не очень. Говорят, все к лучшему…
Кирико не поняла, что он хочет сказать. Но Кэндзи был пьян, и вряд ли стоило вдумываться в его слова.
— А где вы работаете?
Ответ на этот вопрос дал бармен, который как раз освободился, подав посетителям напитки.
— В ресторане «Минасэ» на Гиндза. У них первоклассная французская кухня. Разве тебе еще не говорили, Риэ-тян?
— Не говорили, — Кирико энергично помотала головой.
— Известный ресторан! — сказал бармен. — Дорогой, и кормят вкусно. Публика там отборная, а хозяйка удивительно хороша собой. Ее фотографии часто появляются в журналах.
Пока бармен сообщал все это Кирико, парень продолжал сидеть, положив голову на стойку.
— Ну, хватит, — сказал он наконец бармену, — зачем рассказывать о месте, где я работаю. Будь я там хозяином или управляющим — тогда и разговор был бы другой.
— Скоро заведете свой ресторанчик, станете хозяином, — сказала Кирико.
— Спасибо, — Сугиура скривил губы в пьяной усмешке, — выпьем за мой будущий ресторан!
— Я не пью, а вам больше незачем, — остановила его Кирико. — Что толку провозглашать тост, если нельзя пить. Но я от души желаю вам стать хозяином ресторана.
— Приятель, — обратился Сугиура к бармену, — приготовь для этой девочки что-нибудь легкое!
— Понятно, — бармен чуть наклонился к Кирико, чтобы услышать, чего она хочет. Зная, что она не пьет, он приготовил ей самый легкий напиток — какаофиз.[51]
За всем происходящим из глубины зала неотрывно следила Нобуко, которая ждала момента, чтобы покинуть своих гостей и вернуться к стойке.
А Кирико решила воспользоваться ситуацией. Взяв приготовленный какаофиз, она поблагодарила и пригубила напиток. Сугиура не стал больше требовать выпивки, лишь кивнул ей в ответ.
— Вкусно, — сказала Кирико.
— Вкусно? Ну, если вкусно, выпей еще!
— Спасибо, не надо, — Кирико насмешливо сощурила глаза. — Неудобно, если я захмелею.
— Ну, иногда неплохо и захмелеть, — сказал Кэндзи.
— Когда и так туман в голове, пить сакэ — себе во вред. — Кирико поставила стакан и будто невзначай придвинулась к парню.
— А я знаю Оцука-сэнсэя, — сказала она совсем тихо. В глазах Сугиура мелькнул испуг.
— Адвоката… Оцука? — запинаясь, переспросил он.
— Да, именно его, — намеренно тихо ответила Кирико. — Когда я набирала номер телефона по вашей просьбе, я поняла, что это номер конторы Оцука-сэнсэя. Я помню его.
Выражение лица Сугиура сразу же стало серьезным. Легкая усмешка, которая постоянно кривила его губы, исчезла без следа.
— От-куда? Откуда ты знаешь адвоката Оцука? Что тебя с ним связывает?