— Мне очень важно знать, как ты на это посмотришь и выполнишь ли ты мою просьбу, хоть я и не имею права просить тебя об этом.
Он соглашается ее выслушать и говорит:
— Знаю, что ты собираешься рассказать мне про убийство моего брата Торкеля.
— Так оно и есть, — сказала Ауд, — и мальчики пришли сюда и хотят, чтобы вы с ними теперь помогали друг другу, и, по их словам, им не на что больше надеяться.
Он отвечает:
— Не снесу я такого, чтобы видеть убийц моего брата и быть заодно с ними.
И он вскакивает на ноги и хочет выхватить меч. И он сказал вису:
Тогда Ауд сказала, отступив в сторону:
— У меня хватило ума не искушать судьбу и не оставлять их здесь.
Гисли сказал, что так оно всего лучше, чтобы им не встречаться. И он быстро успокаивается, и все идет пока без перемен.
Рассказывают, что ему осталось теперь прожить не более двух лет из тех, о которых говорила женщина его снов. И к концу того срока, что Гисли оставался на Фьорде Гейртьова, снова возвращаются его сны, и это все тяжелые сны. Теперь всегда приходит к нему недобрая женщина, и лишь изредка добрая. И вот однажды ночью снится Гисли, что пришла к нему добрая женщина. Она явилась на сером коне и позвала с собою, в свое жилище, и он согласился. И вот они приезжают к дому, больше похожему на палаты, и она ведет его в тот дом. И казалось ему, что всюду там на скамьях подушки и все так хорошо убрано, она пригласила его пожить там и отдохнуть.
— И ты приедешь сюда, — сказала она, — когда умрешь, и будешь жить здесь в довольстве и счастье.
Тут он просыпается, и он сложил несколько вис о том, что ему снилось.
XXXI
Рассказывают, что однажды Хельги снова послали выслеживать Гисли на Фьорд Гейртьова. Люди считали, что Гисли, вернее всего, там. С Хельги едет человек по имени Хавард. Он приехал в Исландию годом раньше и был родичем Геста, сына Оддлейва. Их послали в лес срубить бревен на постройку. Но это было для отвода глаз, а на самом деле им было ведено разыскать Гисли и разведать, где он скрывается. И вот однажды вечером видят они костер в скалах южнее реки. Солнце тогда уже село, и была непроглядная темень. Хавард спрашивает у Хельги, как им поступить.
— Ведь ты, — говорит, — куда опытнее меня в таких делах.
— Тут можно сделать только одно, — говорит Хельги. — Надо сложить каменную горку здесь, на холме, где мы стоим. И, когда рассветет, ее легко будет найти. И оттуда, от горки, будут видны эти скалы, благо они недалеко.
Они так и делают. И когда горка была почти готова, Хавард сказал, что его одолевает сон, ни о чем другом, мол, не может и думать. Он засыпает. А Хельги не спит и достраивает горку. И когда он все просыпается Хавард и предлагает Хельги поспать, а он посторожит. И вот Хельги спит. А тем временем Хавард берется за дело и под покровом ночи разбрасывает всю эту горку по камешку. А после этого берет он большой камень и бросает его со всего маху о скалу, у самой головы Хельги, так что вздрогнула вся земля. Хельги мигом вскочил, вне себя от страха, и спросил, что такое стряслось.
Хавард сказал:
— В лесу кто-то есть, и это уже не первый камень за ночь.
— Это не иначе как Гисли, — говорит Хельги. — Он, верно. проведал, что мы здесь. И будь уверен, дружище, — говорит, — ежели такой камень попадет в нас, то уж нам несдобровать. Делать нечего, надо отсюда убираться, да поскорее.
И вот Хельги пускается наутек, а Хавард идет следом и просит не убегать от него. Но Хельги не обращал на эти слова никакого внимания и бежал со всех ног. И добегают они наконец до лодки, мигом хватаются за весла и гребут, не жалея сил. Так плывут они без передышки, пока не возвращаются к себе в Выдрюю Долину, и Хельги говорит, что он дознался, где прячется Гисли.
Эйольв, не тратя времени даром, собирается в путь и берет с собою одиннадцать человек. Едут с ним и Хельги с Хавардом, Они едут до самого Фьорда Гейртьова и рыщут по всему лесу в поисках каменной горки и укрытия Гисли, но так ничего и не находят. Вот Эйольв спрашивает у Хаварда, где они сложили горку. Тот отвечает:
— Откуда мне знать. Я ведь был совсем сонный и мало что кругом себя видел, да к тому же это Хельги сложил горку, пока я спал. Не удивлюсь, если Гисли нас заметил и, как только рассвело и мы уехали, разбросал всю горку.
Тогда Эйольв сказал:
— Нет нам удачи в этом деле, придется поворачивать назад.
Так они и делают. Но Эйольв говорит, что сперва он хочет повидаться с Ауд. Вот приходят они на двор и идут в дом, и снова Эйольв заводит с Ауд разговор. Он говорит так:
— Я хочу заключить с тобою сделку, Ауд. Ты укажешь мне, где Гисли, а я дам тебе за это три сотни серебра, положенные мне за его голову. Тебя не будет при том, как мы его убьем. Кроме того, я устрою тебе брак, который во всем будет лучше этого. Подумай-ка сама, — говорит, — как неудачно для тебя сложилось, что ты обречена жить на этом пустынном фьорде, и все из-за злосчастного Гисли, и никогда не видеть своих близких.
Она отвечает:
— Не бывать тому, чтобы ты убедил меня, будто можешь устроить мне брак, который сравнился бы с этим. Но, видно, правду говорят: скрасит серебро вдовью долю. Дай-ка мне взглянуть, вправду ли так полновесно и хорошо то серебро, как ты говоришь.
Эйольв высыпает серебро ей на колени, и она запускает в него руку, он же так и сяк ее уговаривает. Воспитанница ее Гудрид начинает плакать.
XXXII
Потом Гудрид выходит и идет прямо к Гисли и говорит ему:
— Моя приемная мать совсем обезумела и хочет тебя выдать.
Гисли сказал:
— Успокойся, ибо мне суждено умереть не оттого, что меня погубит Ауд.
И он сказал вису:
296
Льдина сражений — меч.
297
Хлёкк покрывала, Фулла света тверди тюленей, диса нарядов, ветла ожерелий, Идунн нарядов — все это кеннинги женщины; твердь тюленей — море; свет моря — золото; Хлёкк — валькирия; Фулла, Идунн — богини.
298
Липа пламени земли оленя заливов, Фулла ложа дракона — женщина, т. е. Ауд. Олень заливов — корабль; земля корабля — море; пламя моря — золото; ложе дракона (Фафнира) — золото.