Царь Воинственный царствовал три года. Когда он почил, ван Чэн по малолетству еще не мог править. Его дядья Цай и Гуань побуждали старшего сына Чжоу[383] Лу-фу поднять мятеж. Тогда гун Чжоу[384] продолжил дело царя Просвещенного, принял бразды правления Сына Неба с тем, чтобы быть полезным чжоускому дому, поддержать вана Чэна. Опасаясь, что оспаривавшие дао не успокоятся и что низшие слуги пойдут на высших, он отпустил коней на волю на Цветущей горе, отправил быков пастись в Персиковую рощу, проколол барабан, сломал барабанные палочки, заткнул за пояс дощечку для письма[385] и явился ко двору, чтобы принести мир в царский дом, умиротворить чжухоу. Когда ван Чэн вырос и мог взяться за дела правления, гун Чжоу принял в удел Лу и им правил, меняя обычаи, изменяя нравы.
Кунцзы обобщил путь [ванов] Чэна и Кана,[386] изложил наставления гуна Чжоу, обучая семьдесят своих учеников, велел одевать им те же одежды и шапки, совершенствовать [дошедшие до них] записи. Так родилось конфуцианское учение. Моцзы, освоив конфуцианское учение, воспринял искусство Конфуция, однако считал, что его обряды слишком обременительны и трудны для исполнения, что пышные похороны требуют больших средств и доводят народ до бедности, траур опасен для здоровья и вредит делам. Поэтому он пошел против Чжоу и выступил за правление Ся. Во времена Юя, когда на Поднебесную обрушился потоп, Юй сам таскал корзины с землей, потому что ставил народ прежде себя, отвел воды рек и проложил им путь через девять гор, развел воды реки Цзян по девяти потокам, наполнил пять озер и успокоил тем самым воды Восточного моря. В те времена жара не выветривали от нечего делать, влагу не высушивали. Умерших на холмах хоронили на холмах, умерших на болотах хоронили на болотах. Отсюда и родилось учение об экономии имущества, о скромных похоронах, о законах одежды.[387]
При циском гуне Хуане власть Сына Неба ослабла, чжухоу восстали друг на друга. На севере племена и, на юге племена ди то и дело нападали на срединные царства, и они висели на волоске. Царство Ци на востоке примыкает к морю, а с севера защищено рекой [Хуан]хэ. Территория небольшая, обрабатываемых земель мало, но народ хитер и изворотлив. Гуна Хуаня печалили несчастья срединных царств, беспокоили беспорядки, чинимые и и ди. Он хотел [учением о] существовании и гибели, преемственности и ее прерывности возвысить трон Сына Неба, расширить дело царя Просвещенного и царя Воинственного. Так появилась книга Гуаньцзы.[388]
Циский гун Цзин во дворце проводил время с танцовщицами, вне дворца пропадал на охотах, упиваясь скачками и травлей, жил в безудержном разгуле. Построил башню с приемными покоями, отлил огромный колокол – когда в него ударяли во дворце, в пригороде откликались фазаны. Каждый прием стоил по три тысячи чжун.[389] Аянцю Цзюй и Цзыцзя Гуай были в свите и подавали советы. Так появились советы Яньцзы.[390]
В поздние времена чжухоу шести царств разделили ущелья, поделили русла рек, перегородили реки, отделились горами, и каждый стал управлять внутри своих границ, охранять свою часть земли, держать в руках каждый свой собственный жезл власти, рассылать свои приказы. Не стало наместников,[391] не стало Сына Неба. Право на власть решалось силой, победитель становился правым, [сами] мирились с дружественными царствами, заключали важные союзы, ломали верительные бирки, прибегали к помощи дальних стран, чтобы сохранить свою страну, спасти алтари Земли и Проса. Тогда-то и родились [рассуждения о] вертикали и горизонтали, достоинствах и недостатках.[392]
Шэньцзы был помощником ханьского Чжао Ли. Хань было частью царства Цзинь.[393] Земли бесплодны, народ недобр, и расположено оно между большими царствами. Еще не исчезли старые обычаи (ли) Цзинь, как Хань ввело новые законы. Еще не исполнены были распоряжения старого правителя, как уже спущены приказы нового. Новое и старое противоречили друг другу, прежнее и последующее взаимно перепутывались. Сто чинов пришли в смятение, не зная, каким приказам следовать. Так появилась книга о наказаниях и именах.[394]
Нравы циньского царства отличаются алчностью, циньцы склонны к насилию, там мало заботятся о долге, а гонятся за выгодой. Их нужно устрашать наказаниями и нельзя изменить добром; можно воздействовать наградами, но не привлечь славой. Царство окружено опасными горами и опоясано реками, четыре заставы крепки, земля плодородна, рельеф удобен, запасы обильны. Гун Сяо задумал тигриной и волчьей силой поглотить чжухоу.[395] Поэтому и появились законы Шан Яна.[396]
Книга же рода Лю[397] обозревает образ Вселенной, постигает [суть] прошлых событий, оценивает дела и устанавливает [в них] должный порядок, соразмеряется с формой и выбирает ей соответствующее; сердцевину первоначального дао согласует с обычаями Трех царей, с тем, чтобы управлять обширным; сердцевину священно-сокровенной тонкости подвергает тщательному рассмотрению, отбрасывает все мутное, выцеживая прозрачное и чистое, чтобы объять всю Поднебесную, объединить одним законом тьму вещей, уметь откликаться на изменения, постигать разнородность видов; не следовать однажды проложенной колее, не держаться однажды избранного угла зрения, не быть во власти вещей и не идти слепо за своим поколением. Тогда и помещенный на нескольких футах – не заполнишь их до отказа, распространенный на всю Поднебесную – не исчезнешь в ее глубине.[398]
383
Речь идет о низвергнутом царем Воинственным иньском правителе Чжоу.
384
Гун Чжоу – младший брат царя Воинственного.
385
Отпустил коней на волю на Цветущей горе, отправил быков пастись в Персиковую рощу – в «Книге преданий» эти действия отнесены к царю Воинственному, который хотел таким образом продемонстрировать окончание военных действий: боевые кони и тягловые быки были отпущены вольно пастись («Книга преданий», разд. «Книга Чжоу», гл. «У и Чэн»). Проколол барабан, сломал барабанные палочки – по-видимому, так же в знак мира. Заткнул за пояс дощечку для письма – дощечка для письма была принадлежностью чиновника, носившего ее заткнутой за широкий пояс. Здесь это выражение употреблено как знак готовности гуна служить царскому двору.
386
Чэн, Кан – чжоуские правители (XII–XI вв. до н. э.).
387
Авторы имеют в виду учение Мо Ди (V в. до н. э.) и его последователей, дошедшее до нас в памятнике III–II вв. до н. э. «Моцзы».
388
Книга Гуаньцзы – под этим названием известен памятник «Гуаньцзы», записанный в IV–III вв. до н. э., но восходящий, как показывает название, к цискому министру Гуань Чжуну (VIII–VII вв. до н. э.), прославившемуся в истории Древнего Китая своими реформами в царстве Ци во время правления гуна Хуаня (VII в. до н. э.).
389
Чжун – мера сыпучих веществ, согласно комментарию, равен десяти ху (совр. 51, 7 л).
390
Советы Яньцзы – речь идет, по-видимому, о памятнике «Весны и осени Яньцзы» («Яньцзы чуньцю»), восходящем к Янь Ину (VI в.) – министру циского гуна Цзина.
391
Не стало наместников – при династии Чжоу наместники (фанбо) были представителями власти Сына Неба в окраинных землях.
392
…[Рассуждения о] вертикали и горизонтали, достоинствах и недостатках – речь идет о развитии софистики в период Сражающихся царств (V–III вв. до н. э.), отразившемся в деятельности и речах представителей школы «цзун хэн» («вертикаль и горизонталь»), которые с помощью ораторских и логических приемов успешно защищали интересы то одной, то другой группировки (о союзах «цзун» и «хэн» см. прим. 49 к гл. «Обозрение сокровенного»).
393
Хань было частью царства Цзинь – с 402 г. до н. э. царство Цзинь перестало существовать, распавшись на три независимых владения: Вэй, Чжао, Хань.
394
Так появилась книга о наказаниях и именах – ее авторство приписывается легисту Шэньцзы, или Шэнь Бухаю (IV в. до н. э.). В учении Шэньцзы главным является принцип «имя должно отвечать названию», на этой основе он рекомендовал строить государственный аппарат. Чиновник, нарушающий этот принцип, должен быть подвергнут соответствующему наказанию.
395
Гун Сяо – циньский правитель (IV в, до н. э.), при котором Шан Ян был советником. «Учение Шан Яна было направлено главным образом на абсолютизацию царской власти и создание мощного государства, способного поглотить своих соседей».
396
Законы Шан Яна – под этим названием, встречающемся у Хань Фэйцзы (III в. до н. э.), по-видимому, подразумевается трактат «Книга правителя области Шан».
397
Книга же рода Лю – хуайнаньский ван принадлежал к роду основателей ханьской династии Лю, и потому это название есть другое название «Хуайнаньцзы».
398
Образное выражение, смысл которого в том, что мудрец, уподобляясь самой природе и ее универсальным законам, становится гибок и эластичен, он может «обживать» как самое малое пространство, так и всю Вселенную: самое малое ему не тесно, самое большое – не слишком просторно. Ср. характеристику дао: «Растянутое – покрывает шесть сторон, свернутое – не заполнит и ладони».