Другие члены обоих правительств не хуже, имели доходные земли в своей собственности.
Жадность человеческая не имеет границ, что же – виселица, тоже некоторый итог «кипучей» деятельности министров.
Людмила выдержала два часа, затем, заплакав от стыда, убежала к сыну.
– Вот суки – чиновники, за полтора года украли половину бюджета – триллионы рублей.
Секретарь Ракова старательно зафиксировал все признательные речи государственных преступников. Все министры силовых структур сидели рядом со мной.
– Геннадий Петрович, прикажите гвардейцам арестовать преступников, их следователи прокуратуры дожидаются. – Теперь с вами, Алексей Георгиевич, за недостаточный контроль и грубые просчеты в работе понижаетесь на одно звание, а также с вас штраф в размере трехмесячного оклада. – Секретарь, пишите указ. – Как зовут главного милиционера Империи?
Бравый полковник МВД стал по стойке смирно и доложил:
– Владимир Николаевич Недавний, Государь.
– Благодарю за службу, генерал.
С недоумевающим видом Недавний гаркнул – Служу Отечеству.
– Оглушил, тезка, я не оговорился – моим сегодняшним указом вы произведены в генеральское звание, поздравляю вас, заслужили. – Секретарь, пишите следующий указ – государственные чиновники бизнесмены, уличенные в коррупции, подлежат немедленному аресту и преданию суду, за сии преступления – смертная казнь с конфискацией. – Давайте подпишу.
– Господа генералы, за работу, выловить воров по всей стране. – Вам, Алексей Георгиевич, задание не из простых – найти достойных людей в правительство. – Применяйте детекторы лжи, психологов, тесты, что хотите, но кандидаты должны быть чистыми, аки слеза – последнее слово за Императрицей. – То же самое с Высшим Советом. – За результат отвечаете головой, не оставьте своих детей сиротами. – Надеюсь, вы меня поняли.
– Так точно, Государь, не подведу.
– Секретарь, пишите новый указ. – В Российской Империи навечно запретить искусственные образования органов власти. – Никаких правительств городов. – В самих мегаполисах ввести единоначалие, им является губернатор. – Он отвечает за город и область – чиновников в своем аппарате иметь минимум. – Замеченный в коррупции губернатор или его чиновник приговаривается к смертной казни через повешение с конфискацией. – Семьи и близкие родственники преступника предаются позору, выселяются в глухие места и не имеют права занимать государственные должности пожизненно.
Печать. Подпись.
– Алексей Георгиевич, вам совместно с лучшими педагогами страны предстоит разработать программу воспитания молодого поколения. – Молодежь в школе обязана получать знание моральных ценностей. – К примеру, создать организацию орден «Юные помощники Империи» – ну, вы поняли мою мысль. – С остальным населением вести повседневную работу – честных и порядочных граждан всячески поощрять, а воров и прочих моральных уродов, давить повсеместно. – Но, высокоморальные качества у народа появляются при материальном благополучии и примере властей. – Если правительство, вместе с премьером заворовалось, что остается простому гражданину? – Мои уложения никуда не делись – я требую их исполнения, пенсии и зарплаты бюджетников должны быть восстановлены. – Не забудьте увеличить доход граждан от продажи углеводородов на экспорт. – Через некоторое время проверю и, если опять застану неприглядную картину – не взыщите.
Домой ехали в тягостном молчании, у Людмилы подозрительно блестели глаза. – Да, жене, досталось сегодня, но и ее большая доля вины в случившемся.
– Будет тебе переживать, получила урок – делай выводы, за всем в Империи нужен глаз.
Обнял жену и поцеловал в мокрые щечки. Сашка спал, разметавшись по сидению – умаялся малец.
По приезду, тигры выскочили из ворот и, если Сынок по младости лет, лез лизаться и ластиться, то Малышка, сделав пару шагов, остановилась, затем села к нам спиной, выражая нешуточную обиду. Не взяли ее, понимаешь с собой, но у нее доброе сердце и она быстро отходит, забывая свои негативные эмоции.
Пока сын возился с Сынком, я обнял тигрицу за шею. Миг и она простила нам все, лизнула в щеку, замурчала.
– Пошли в дом, я лично есть хочу, как сто волков – и я, и я – присоединился Сашка. – Корми, мать, видишь, мужики с голода помирают.
Людмила встрепенулась, умчалась на кухню – оттуда послышался ее мелодичный голосок, дававший указание повару.
А наш коллектив поспешил к озеру, искупаться. Тигры получили не меньше удовольствия, плещась в подогретой за день воде. Интересное явление, кошки, в принципе, воду недолюбливают, а тут булькаются, что дети малые.
Четверо охранников расположились метрах в двадцати, в тени кустов ракитника.
Вот здесь меня зацепило первый раз – спиной ощутил некий холодок, типа озноба и сердце кольнуло от предчувствия беды. От таких вещей никогда не отмахивался – меня организм в этом плане никогда не подводил. Встал, внимательно осмотрел окрестности и воздушное пространство – ничего, попробовал другим зрением – с тем же результатом.
Охрана занервничала, к нам подбежал старший группы.
– Что случилось, Государь?
– Пока ничего, всем перейти в боевой режим. – Саша, выходи из воды, пойдем ужинать. – Сейчас папа нырнул последний раз.
Сынок с Сашкой на спине послушно зашел в озеро и малец рыбкой плюхнулся в воду. Сидя за ужином, поинтересовался у жены:
– На территории дачи есть бомбоубежище?
– Есть, Володенька, а зачем тебе?
– Не мне – нам, сегодня ночуем в нем и без возражений. – Прислугу и повара отпусти на сутки – ни к чему лишние жертвы – последние слова, пробормотал невнятно, но жена услышала.
Всегда поражался женскому полу – слышат то, что не нужно, а любопытные… словно кошки.
– Милая, возможно, состоится покушение – безопасность семьи для меня не пустой звук. – Лучше я буду выглядеть в твоих глазах параноиком с манией преследования, чем рвать волосы в неутешном горе. – Думаю, неприятности начнутся сегодня ночью или завтра утром, прикажи прислуге приготовить постели в убежище и отправь подальше, им здесь оставаться нельзя.
– Слушаюсь и повинуюсь, мой повелитель, – Людмила чмокнула меня в нос и умчалась вглубь дома.
– Сынок, возьми свою любимую книгу и игру, сегодня ночуем в подвале, по соображения безопасности. Тигры, естественно с нами.
– Папа, я возьму настольный футбол, а ты будешь со мной играть? – сынишка смотрел на меня с тайной надеждой.
– Конечно, Саша, поиграем.
– Ура, и пацанишка и гиканьем понесся в детскую комнату.
Мы с ним настолько увлеклись игрой, что Людмиле пришлось нас разгонять.
Ночь прошла спокойно, но под утро приснился сон, из тех, что называют вещим. Со стороны солнца появляется в небе точка, она приближается, превращаясь в боевой вертолет защитной окраски. Он делает вираж и заходит в атаку, с навесок вырываются две ракеты класса «воздухземля», оставляя белый дымный след, устремляются к даче – беззвучный взрыв, вверх летят обломки здания. Следующий кадр – я внутри военного вертолета крушу все подряд, конец сеанса.
Открыл глаза, посмотрел на свои командирские – семь часов двадцать минут. Вставать, не вставать – нечаянно коснулся теплого бедра жены. Мысленно взвыл, да етит твою мать, хоть скафандр одевай – на нее и на себя.
Привлек к себе любимую жену – она не размыкая глаз, вцепилась в меня страстным поцелуем.
Продолжение последовало бурное и приятное, нет, от этой женщины я определенно с ума сойду, и, что самое обидное, она ведь, по сути ничего особого не делает, для своей привлекательности, такая вот уникальная личность.
Муж с меня не очень, вечно гдето пропадаю, наши встречи не так частые и короткие, и она мне не то что не изменяет, а даже в мыслях не держит – точно знаю. Святая женщина, иногда мне неловко перед ней, да и перед Аленкой тоже – за свой кобелизм, а ничего поделать не могу, очень люблю женскую красоту. Да и жалко мне их, видимо так и буду жалеть всю жизнь – слава Богу, совесть спит, а то изнылась бы вся. Пусть спит, не буду ее будить.