Да и Севастополь своей холмистостью чем-то напоминает Владивосток. Думаю, все будет похоже, а даже если и не очень – мне кажется, Владивосток так хорошо в нашей стране знает немного людей. Тем более Владивосток начала 20-х годов.
– Картина выйдет на экраны уже в начале следующего года. Вы готовы к критике?
– К критике я всегда готов, как пионер. (Смеется.) То, что напишут про эту картину, я знаю заранее. 90 процентов критиков будут говорить о «Семнадцати мгновениях весны» и немножко о нашем фильме. Самые продвинутые будут высчитывать «Исаева» на фоне каких-то сегодняшних ассоциаций и попытаются распределить нас на какую-то полку. И только самые умные поймут, что мы ничьей стороны не занимаем, а просто снимаем кино и делаем это для собственного удовольствия.
– А какой реакции вы ожидаете от зрителей?
– Мне бы очень хотелось, чтобы зритель сначала полюбил наших героев, а потом пожалел. Потому что они все свои жизни закончили трагически. Фильм не может иметь другой финал, потому что человек, который отрывается от своей родины на 20 – 25 лет – и не важно, с какой целью, – это в любом случае трагическая жизнь. А судьбы остальных героев еще более трагичны – они гибнут. Красные гибнут, потому что верят в то, что они делают, и их убивают за это. Белые тоже верят в то, что делают, и их вышвыривают из собственной страны. И это для всех трагическая ситуация. И все люди хорошие, все люди честные. Мы не делаем картины про плохих и хороших. Мы делаем кино про хороших, которые не могут понять друг друга. А это актуально для любого времени.
Светлана Светличная , исполнительница роли Габи в фильме «Семнадцать мгновений весны», вдова Владимира Ивашова, сыгравшего Максима Исаева в фильме 1975 года «Бриллианты для диктатуры пролетариата»:
– Мне думается, что проект «Исаев» станет, безусловно, популярен среди людей старшего поколения. И интересен новому поколению в силу своего захватывающего жанра. Но такой славы, какая была у «Семнадцати мгновений весны» или у экранизаций других произведений Юлиана Семенова, у нового сериала не будет. Просто пришло другое время и другие герои. Максиму Исаеву, как мне кажется, к сожалению, в сердцах сегодняшних телезрителей места нет.Что касается исполнителя главной роли Даниила Страхова, то я почти незнакома с его творчеством. И не могу сравнивать его ни с Тихоновым, ни с Володей.
Леонид Броневой, исполнитель роли Мюллера: – Не знаю, не знаю, я достаточно скептически отношусь к повторам. Опыт показывает, что ничего хорошего из этого не получается. Примеры тому на нашем телевидении есть. Тот же «Тихий Дон». По-моему, вместо того чтобы брать уже полюбившегося телезрителям Исаева-Штирлица, лучше поискать новый неизбитый сюжет. Впрочем, современные режиссеры – люди самонадеянные. Возможно, «Исаева» и ждет успех «Семнадцати мгновений весны». Но, повторюсь, я в это мало верю.
Вячеслав Тихонов , исполнитель роли Исаева-Штирлица: – Прошу вас не беспокоить меня по этому поводу.
Военная тема в творчестве Тихонова
Военный мундир в кино Тихонов надевал неоднократно. Он ему был так к лицу! Возможно, поэтому большинство его героев и носили форму. В галерее созданных им образов – люди сплошь героические: лейтенант Горелов в «Максимке», курсант авиационного училища в «Звездах на крыльях», матрос Виктор Райский в «Чрезвычайном происшествии», лейтенант Безбородько в «Жажде», лейтенант Рукавичкин в «Майских звездах», мичман Панин в одноименной картине, князь Сергей Нащокин в «Двух жизнях», капитан Суздалев – «На семи ветрах», князь Андрей Болконский в «Войне и мире», майор, а потом и полковник Млынский в трилогии, первый фильм которой назывался «Фронт без флангов», пехотинец Николай Стрельцов – «Они сражались за Родину», легендарный штандартенфюрер СС Штирлиц, он же – полковник Исаев. А сколько было героев невидимого фронта, предпочитающих обходиться без погон – тот же генерал Константинов в «ТАСС уполномочен заявить»…
То были образы разных эпох, сословий, однако все – сплошь русские люди (странно, но Тихонов никогда не играл иностранцев, хотя с его внешностью это было бы незатруднительно). Не раз обращался он и к теме Великой Отечественной войны: в той же трилогии И. Гостева – «Фронт без флангов» (1974), «Фронт за линией фронта» (1977), «Фронт в тылу врага» (1981); в фильмах: «Жажда» (1959, режиссер Е.Ташков), «Майские звезды» и «На семи верах» (1959, 1962, режиссер С.Ростоцкий), «Они сражались за Родину» (1975, режиссер С. Бондарчук)…
Потом пошли и роли бывших фронтовиков: «Белый Бим Черное ухо» (1976, режиссер С. Ростоцкий), «Сочинение ко Дню Победы» (1998, режиссер С. Урсуляк)…
Сам актер всегда считал, что военную тему он «открыл» ролью Володи Осьмухина: «Война, переживания… А потом так и пошло: война для меня стала доминировать. Даже в мирных фильмах есть война, ее отзвуки – например, в «Доживем до понедельника» и в «Белом Биме».
О том, что ему на роду написано играть в основном военных, сказала Вячеславу Тихонову сама Ванга. Он был у нее в Болгарии во время турне по соцстранам.
«Честно скажу, – вспоминает актер, – было не по себе: а вдруг она что-то такое сейчас скажет, чего я знать еще не должен, чего знать не хочу… Но пошел все-таки. Была огромная очередь к ней. Иномарки – для нас тогда невидаль, многоязычная речь. Ванга долго смотрела на меня и сказала: «Твоя главная роль – военная. И играть тебе все про войну дальше». Она же никогда телевизор не смотрела, и знать меня по «Мгновениям» не могла… Хотя, может, и знала что-то. Мы тогда ехали в поезде через какие-то маленькие деревеньки и городки в разных странах, и народ на каждом полустанке нас встречал. Как передавалась информация – понятия не имею. Вообще мы все были не готовы к такому шквалу – делали обычный добротный фильм. Говорю это абсолютно честно. Мы знали, что получилось хорошо, но такого триумфа, причем, как оказалось, многолетнего, предположить не мог никто. Я, хотя до того уже довольно много сыграл, просто терялся от постоянного «узнавания». На улицах подходили люди, кто-то здоровался, кто-то просто улыбался».
Создавая произведения о войне – будь то книги, фильмы или спектакли – искусство всегда выполняло социальный заказ истории. Великая Отечественная война – это период трагических испытаний, выпавших нашему народу. Это годы, когда с особой силой проявились нравственные, духовные ценности советских людей, их массовый героизм и патриотизм. И актерский вклад Вячеслава Тихонова в это большое всенародное дело памяти о прошлом достаточно весом.
Вот что говорил о времени, в котором жил и работал Тихонов, другой, не менее известный и тоже сыгравший огромное количество военных ролей, актер Михаил Ульянов. То были самые высокие чины – маршалы и генералы. «Наше время – это период сильнейшего обострения борьбы противоположных идеологий, – говорил он, – столкновений разных, часто взаимоисключающих точек зрения. Проблема «художник и общество» необычайна остра и обнажена. Позиция истин современного художника нашего времени в нашей стране определяется не только провозглашением коммунистического идеала и коммунистической морали, но и главным образом увязывания этого провозглашения с конкретной жизнью, с вопросами сегодняшнего дня. Быть верным высоким словам и быть верным жизни сегодняшнего дня – в этом, по моему убеждению, подлинное мужество и смысл деятельности настоящего художника. Позиция определяется тем, чего хочет художник: помогать обществу решать все сложные вопросы жизни или просто «быть» – существовать удобно, приятно и без волнений. Или художник – активный строитель нашего общества, помощник в движении народа вперед, или он пассивный отражатель того, что уже сделано, «апробировано», что не требует огромных затрат сердца и напряженной работы интеллекта».
Когда Михаила Ульянова спросили: есть ли особенности в создании военных образов, он ответил: «Каждый характер обусловлен и социально, и психологически. Казалось бы, нет особого отличия в подходе к показу человека военного или сугубо штатского. И в том, и в другом случае от актера требуется выявление стержня характера, обоснование внутренних мотивов поведения. И все-таки у военного человека особый склад. Это прежде всего – во что бы то ни стало – дисциплина. Это умение владеть собой в высшей степени, концентрация сил в экстремальной ситуации. Это чувство локтя. Это способность коллективного соподчинения. Это трезвая оценка обстоятельств. Это талант подавить в себе индивидуальность, если того требует обстановка… Я играл людей войны, не будучи на войне. Мой год рождения, 1927-й, был последним, на котором остановился призыв в действующую армию. Я питался той средой, которая доподлинно знала, что такое война, обогащая душу беседами с теми счастливцами, которые вернулись с полей сражений. Меня, как и многих моих сверстников, наполняли фильмы и книги о войне, спектакли. Со временем то, что стало моим, так сказать, косвенным опытом войны, воплотилось в образах людей ратного труда. Говорили, что в жизни Жуков (которого неоднократно так блестяще играл актер. – Н.Т .) был человеком мягким и спокойным. Но, к великому сожалению, я не подтвердил это личным знакомством, не смог.