– Здесь три селения объединили свои силы, – сказал на это Ян Сюн. – Хозяин восточного поместья, господин Ли Ин, на днях был ранен этим мерзавцем, Чжу-тигренком, стрелой и сейчас находится на излечении у себя в поместье. Почему бы вам, уважаемый брат, не отправиться к нему и не посоветоваться с ним?
– Да я совсем забыл про него! – воскликнул Сун Цзян. – Уж он-то, конечно, знает эту местность как свои пять пальцев.
Тотчас же приказав приготовить подарки: два куска атласа, два кувшина вина, а также лучшего коня, с седлом и сбруей, Сун Цзян решил сам встретиться с Ли Ином. Линь Чуна и Цинь Мина он оставил охранять лагерь. Взяв с собой Хуа Юна, Ян Сюна и Ши Сю, Сун Цзян в сопровождении трехсот всадников, отправился в поместье Ли Юна.
Еще издали они заметили, что ворота поместья закрыты и подъемный мост поднят. На стене стояло множество бойцов и всадников, а в башне над воротами гремели барабаны и гонги. Подъехав ближе, Сун Цзян закричал:
– Я, Сун Цзян из Ляншаньбо, приехал сюда ради того, чтобы повидаться с вашим уважаемым господином. Злых намерений у меня нет, и вы не должны меня бояться.
Находившийся в башне Ду Син увидел Ян Сюна и Ши Сю, стоявших рядом с Сун Цзяном, и поспешил открыть ворота. Затем на небольшой лодочке он переправился через ров и почтительно приветствовал Сун Цзяна. Тот соскочил с коня и в свою очередь поклонился Ду Сину. В этот момент Ян Сюн и Ши Сю почтительно доложили Сун Цзяну:
– Это и есть господин Ду Син, который привел нас сюда и познакомил с хозяином этого поместья, почтенным Ли Ином.
– Значит, вы управляющий поместьем, господин Ду Син! – воскликнул Сун Цзян. – Могу я попросить вас сделать мне одолжение и передать вашему господину, что я, Сун Цзян из Ляншаньбо, уже давно слышал его славное имя, но мне все не представлялось счастливого случая встретиться с ним лично. И вот теперь, когда селение Чжуцзячжуан решило выступить против нас, мы пришли сюда, чтобы познакомиться с вашим господином, и я привез с собой скромные дары: атлас, доброго коня,овец, вино.
Выслушав это, Ду Син тотчас же возвратился и прошел прямо к хозяину. Ли Ин лежал в постели, укрытый одеялом. Когда Ду Син передал Ли Ину слова Сун Цзяна, тот сказал:
– Но ведь он мятежник из лагеря Ляншаньбо; удобно ли мне встречаться с ним? Правда, я ничего не имею против него, однако скажите, что я сейчас болен, лежу в постели, не могу двигаться и потому, мол, не в состоянии принять его. И подарки, которые он привез, я не решаюсь взять.
И снова Ду Сину пришлось переправляться через ров. Подъехав к Сун Цзяну, он сказал:
– Наш хозяин троекратно кланяется вам; он очень хотел бы лично приветствовать вас, но никак не может встретиться с вами, потому что он ранен и лежит в постели. Но он надеется, что у него еще будет возможность приветствовать вас. А что касается подарков, то он просил передать, что не осмеливается принять их.
– Я знаю, чего опасается ваш хозяин, – промолвил в ответ Сун Цзян. – Он думает, что, потерпев неудачу в Чжуцзячжуане, я добиваюсь встречи с ним, чтобы попросить совета. Боясь навлечь на себя гнев семьи Чжу, он не желает сейчас допустить меня в свой дом.
– Нет, это не так, – возразил Ду Син. – Ли Ин действительно болен. И хотя я сам из Чжуншаня, но живу в этом месте много лет и довольно хорошо знаю, что здесь делается. Поэтому могу кое-что рассказать вам. Поместье Чжуцзячжуан расположено в центре этого района, восточнее находится поместье господина Ли Ина и западнее – усадьба Хуцзячжуан. Эти три семьи заключили между собой братский союз, поклялись действовать заодно и в случае надобности выручать друг друга. Ныне братья Чжу нанесли оскорбление моему хозяину, и, конечно, теперь он не будет помогать им. Но возможно, что западное селение Хуцзячжуан окажет им помощь. Бояться там, собственно говоря, некого, за исключением девушки-воина, по имени Ху Сань-нян, по прозвищу «Зеленая в один чжан», которая прекрасно владеет двумя сверкающими кинжалами. Эта девушка действительно наводит страх и ужас! Но теперь она помолвлена с третьим сыном хозяина поместья Чжуцзячжуан – Чжу-тигренком, и вскоре они обвенчаются. Если вы, уважаемый полководец, поведете ваш отряд на поместье Чжуцзячжуан, то можете не опасаться нападения с востока, однако ждите его с запада. В поместье Чжуцзячжуан есть два входа. Одни ворота ведут прямо на перевал Одинокого дракона, другие – в противоположную сторону. Если вы будете вести наступление только на передние ворота, у вас ничего не выйдет. Надо наступать сразу с двух сторон, только тогда вы сможете прорвать оборону. С той стороны, где находятся передние ворота, вы увидите множество запутанных и перекрещивающихся тропинок. Эти дороги, как широкие, так и узкие, пересекают друг друга и расходятся во всех направлениях; в них очень трудно разобраться. Там пройдет лишь тот, кто знает, что правильную дорогу указывают белые тополя. Там, где тополей нет, – тропы непроходимы.
– А ведь там сейчас белые тополя порубили; по каким же приметам идти? – спросил Ши Сю.
– Если они порубили тополя, – сказал на это Ду Син, – то пни остались! Ведите наступление только днем, ночью не начинайте боя!
Сун Цзян поблагодарил Ду Сина и уехал со своими сопровождающими обратно в лагерь. Здесь их уже поджидал Линь Чун. Они прошли в большую палатку и там расселись. Сун Цзян сообщил, что Ли Ин не пожелал встретиться с ним и передал все, что рассказал Ду Син.
– Мы с добрыми намерениями послали ему подарки, а он, мерзавец, отказался принять нашего старшего брата! – не утерпев, вставил свое слово Ли Куй. – Да я разнесу это проклятое поместье и за волосы приволоку сюда мерзавца, чтобы он отдал почести нашему почтенному брату! Дайте мне три сотни удальцов, и я отправлюсь на расправу!
– Ты не совсем разбираешься в этом деле, дорогой друг! – сказал Сун Цзян. – Ли Ин человек богатый и занимает почетное положение. Вот он и опасается властей. Нельзя ему так просто встречаться со мной!
– Разве он ребенок, что боится встретиться с незнакомым человеком? – рассмеялся Ли Куй.
Вслед за ним рассмеялись и все остальные.
– Однако мы здесь рассуждаем, – сказал Сун Цзян, – а наши братья томятся в плену. И мы даже не знаем, живы ли они сейчас. Сделаем еще одно усилие, дорогие друзья, и двинемся вместе в наступление на Чжуцзячжуан!
– Вы – наш командир, кто же осмелится ослушаться вас, уважаемый брат! – раздались голоса со всех сторон. – Кому вы прикажете идти впереди?
– Вы боитесь маленьких ребят! – выкрикнул тут Ли Куй. – Первым пойду я.
– Посылать тебя вперед бесполезно, – возразил Сун Цзян. – На этот раз мы обойдемся без тебя!
Сдерживая свой гнев, Ли Куй опустил голову. Затем Сун Цзян выделил четырех человек: Ма Линя, Дэн Фэя, Оу Пэна и Коротконогого тигра – Вана и сказал им:
– Вы пойдете вместе со мной в головном отряде!
Затем он приказал Дай Цзуну, Цинь Мину, Ян Сюну, Ши Сю, Ли Цзюню, Чжан Шуню и Бай-шэну подготовить людей для переправы через реку. И, наконец, он отдал приказ Линь Чуну, Хуа Юну, Му Хуну и Ли Кую построить две колонны и быть готовыми оказать необходимую помощь. Все как следует подкрепились едой, надели на себя боевые доспехи, атаманы сели на коней.
Здесь следует напомнить, что Сун Цзян решил лично идти с головным отрядом и атаковать врага. Впереди отряда несли флаг с большим красным иероглифом «Шуай» – что значит «полководец». Вместе с Сун Цзяном шли четыре других предводителя: они вели за собой сто пятьдесят всадников и тысячу пеших бойцов. Отряд быстро продвигался по направлению к поместью Чжуцзячжуан. Вскоре они подошли к перевалу Одинокого дракона. Тут Сун Цзян остановил своего коня. Впереди лежало поместье Чжуцзячжуан, где были вывешены два белых флага, на которых четко виднелись четырнадцать вышитых иероглифов:
Эта надпись привела Сун Цзяна в такую ярость, что он сидя на лошади, дал клятву: