— Спасибо, — Коля развел руками. — Говорят, часто хвалить вредно. Я не согласен с этим. Молодец, капитан! Вот сейчас и подтвердится мое предположение. И захлопнем мы этот капкан. Захлопнем, это точно!
Виктор улыбнулся:
— Я знаю, что вы предположили. Знаю!
— Держу пари — нет! — загорелся Коля. — Ребята! Служба — не предмет для игры, но мы для интереса посмотрим, кто был прав. Пиши на бумажке, и я напишу. Рудаков! Спрячь в карман, потом вернешь.
Хлопнула дверь: влетел эксперт. Он был заметно растерян:
— Борецкий носил тридцать девятый номер, а вы представили сорок второй.
Коля и Виктор переглянулись.
— Пальцы, — сказал Виктор, — пальцы на ружье кто оставил?
Эксперт развел руками:
— В том-то и дело, что не Борецкий. Неизвестно кто! А кровь — сторожа. Вторая группа. У Агеева — первая. У Смирнова — третья. Так что это сторожа кровь. Задал я вам загадку?
— А нам уже известна отгадка, — спокойно сказал Коля и снял трубку телефона: — Машину к подъезду.
…Через несколько минут «эмка» остановилась у входа в ювелирный магазин.
— Подождите меня здесь. — Коля скрылся в дверях.
В кабинете директора никого не было, и Коля зашел в бухгалтерию.
— Где директор?
— У него тяжело заболела мать, — объяснила секретарша. — Он срочно ушел:
— Письмо получил?
— Да, — удивилась секретарша. — Откуда вы знаете?
Коля вернулся к машине.
— Он получил письмо, — уверешю сказал Виктор.
— Да. Теперь я начинаю верить, что у нас с тобой действительно одинаковая идея.
— Показать? — Олег схватился за карман.
— Ни в коем случае! — крикнул Виктор. — Подождем. Я думаю, ребятам нужно остаться здесь.
— Верно, — улыбнулся Коля. — Блокируйте двери магазина и двор. Задача: Смирнова и дворника Хасанова не выпускать из виду ни на секунду! Мы вернемся через пятнадцать минут.
…Подъехали к дому Смирнова. Коля и Виктор вышли из машины, начали подниматься по лестнице.
— По-моему, он уже на пути в Винницу, — заметил Виктор. — К «больной маме».
— Не думаю, — Коля прислушался. Наверху хлопнула дверь. — Мы пришли вовремя. В самое что ни на есть время пришли.
По лестнице гулко прозвучали торопливые шаги, и на повороте появился Смирнов с чемоданом в руках. Увидев оперативников, он охнул и медленно опустился на ступеньки.
Коля и Виктор подошли к нему вплотную.
— Какой же вы ничтожный, — презрительно сказал Коля. — Дайте письмо. И побыстрее, у нас мало времени.
Смирнов послушно полез в карман и протянул Коле мятый конверт.
— Ну, ясно, — Коля протянул конверт Виктору. — По почерку все ясно, смотри сам.
«Вы скрыли судимость, — начал читать Виктор. — На вашем белом ботинке — кровь убитого сторожа. Вспомните, что Кондратьев видел на вас белый костюм и черные ботинки сразу же после убийства. У вас растрата, вы бабник и кутила, и Кондратьеву все это хорошо известно. Он пока играет с вами, как кот с мышью, но если вы промедлите, он вас определит на червонец!»
— Большая растрата? — Виктор сложил листок и спрятал его в конверт.
— Три… Три тысячи всего! — зачастил Смирнов. — Я завтра же! Я сегодня же! Я немедленно внесу все до копейки! Только вы не арестуете меня?
— За что? — Коля начал спускаться с лестницы. — За то, что вы трусливый и мелкий негодяй? Вами займется ОБХСС. Это их дело.
— Кто вам испачкал ботинки? — спросил Виктор.
— Не знаю. За два дня до кражи захожу в кабинет — у порога лужа черная налита. Я не заметил, вляпался, перепачкал ботинки. На другое утро надел черные, а эти взял с собой на работу — хотел отдать в чистку. А они исчезли. Прямо из моего кабинета и пропали.
— И вы и слова мне не сказали? — презрительно заметил Коля.
— Я сразу понял, о чем вы думаете! — крикнул Смирнов. — Я все понял и сказал себе: «Молчи! Если не хочешь сесть — молчи! Он… то есть вы. То есть Кондратьев считает тебя убийцей!» — сказал я себе.
— Идем, — Коля потянул Виктора за рукав. — Меня тошнит от этого барахла.
Рудаков и Воронцов ждали около магазина.
— Хасаиов к нам подходил, — доложил Воронцов. — Спрашивал, что нового.
— А вы?
— Я сказал, что преступник практически найден, — ответил Олег. — Хасанов был очень доволен, обещал, что напишет про нас всех в «Правду». Страна, говорит, должна знать своих героев.
— Где он теперь?
— Метёт, — улыбнулся Олег. — Понятых я подготовил.
— Хорошо. Зовите их.
Хасанов и в самом деле подметал во дворе, около конторы домоуправления.
— У вас служебная площадь? — подошел Коля. — Здравствуйте. Можно к вам на минутку зайти?
— Пожалуйста, — широким жестом Хасанов распахнул дверь. — Гости — это к счастью.
Вошли в дворницкую. Она была чисто выметена и выглядела уютно. На стене Коля увидел старинные часы золоченой бронзы.
— Ваши?
— Что вы, — заулыбался Хасанов. — Откуда? Часы богатые. Их бабушка из соседнего дома выкинула, а я подобрал.
— Как фамилия бабушки-то?
— Вам зачем? — Хасанов продолжал улыбаться, но в глазах мелькнула тревога.
— Да я себе такие же подобрал бы, — рассмеялся Коля. — Хорошо, выходит, дворником работать? Выгодно?
— Ничего, — согласился Хасанов. — Слыхал, нашли вы того человека?
— Тех людей, — уточнил Коля. — Двоих — вчера. А третьего — сегодня.
— Кто же он будет такой? — подался вперед Хасанов.
— Знакомый вам человек, как ни странно. Вы куда второй ботинок Смирнова дели?
— Ох, шутник начальник! — Хасанов погрозил Коле пальцем. — Ох, шутить любишь.
— Люблю. А, вы? Украли из кабинета Смирнова ботинки, один перепачкали в крови сторожа и подкинули нам? Чем плохая шутка?
Хасанов перестал улыбаться:
— Плохо говоришь, начальник. Порочишь меня. Я жаловаться стану!
— Агеева вы за что убили? — не обращая внимания на слова Хасанова, спросил Коля. — Вы лично за что убили Агеева? Он помешать вам хотел?
— Доказать надо, — спокойно сказал Хасанов. — И на этом все. Вызывай прокурора, начальник. Тебе больше ни слова не скажу!
— А что, собственно, доказывать? — вмешался Виктор. — На ружье остались отпечатки пальцев. Ваши, между прочим. Экспертиза это подтвердит.