Громкие крики одобрения раздались по прибрежью, и вторило им просторное небо. Обрадовались Кефей и Кассиопея, приветными словами встретили они спасителя дочери, а своего нареченного зятя, и вместе с дочерью повели его в свой блистающий золотом дворец, где тотчас же устроили свадебный праздник. На свадьбе присутствуют с факелами в руках Амур и Гименей; фимиам и душистые цветы разливают свое благоухание, звуки флейт и лир и радостные песни раздаются по горницам. Длинной вереницей садятся за стол гости; пьют они сладкий веселящий сердце сок винограда и внимают Персею: он рассказывал про свои приключения. Но вдруг во дворце послышался стук оружия и раздались военные клики. Брат царя Финей, домогавшийся прежде руки своей племянницы, но покинувший ее в черные дни, с вооруженной толпой ворвался во дворец и потребовал своей невесты. Уже поднял он копье на Персея, но царь заслонил его и сказал брату: «Что замышляешь ты, брат безумный? Персей не отнимал у тебя невесты: Андромеда не была уже твоею в то время, когда, прикованная к скале, не дождалась помощи от тебя, своего жениха и дяди. Что бы самому тебе совершить великий подвиг: дева была бы тебе наградой».
Ответа не было. Онемев от злобы, Финей глядел то на брата, то на Персея и не знал, в кого прежде бросить копье. Но вот решился: из всех сил — силы придала ему злость — метнул он копьем и юношу, да не попал, копье вонзилось и подушку. Тут вскочил со своего места Персей и тем же копьем наверное пронзил бы Финею грудь, когда бы не скрылся он быстро за жертвенником. Вместо него был ранен один из спутников Финея. Началась тогда кровавая схватка: все новые и новые толпы приходили на помощь Финею — трудно было устоять против них малочисленным противникам. Персей бился как лев; наконец его окружили со всех сторон тысячи врагов с самим Финеем во главе, и градом со всех сторон посыпались на Персея стрелы. Прислонясь к колонне, он отбивался от нескольких тысяч врагов. Толпами падали они, но наконец мужество его должно было уступить численному превосходству, и Персей решился на последнее средство. «Прибегну же к старому врагу — когда вы меня к тому вынудили. Кто друг мне, обернись назад!» — сказал он и вынул голову горгоны. «Пугай других своими диковинками», — воскликнул один из противников и хотел: бросить в Персея копье, как вдруг превратился в каменную статую: так и остался он с поднятым копьем. Один за другим окаменели враги героя; наконец у Финея осталось всего двести приверженцев: высоко подняв голову горгоны, Персей сразу обратил всех их в камень.
Тут только спохватился Финей, почувствовал свою неправду. В отчаянии оглядывается он вокруг; справа и слева ничего нет, кроме статуй в самых разнообразных положениях. Друзей узнает он в этих статуях зовет их по имени; не желая верить глазам своим, он дотрагивается до ближайших из них, — все они превратились в камень! Ужаснулся Финей, с мольбой простер к победителю руки и, отвратив от него лицо, сказал: «Ты победил, Персей; спрячь чудовище, спрячь ужасную голову; только жизнь оставь мне, бери невесту, бери все добро мое». Гневно воскликнул Персей: «Не беспокойся, тебя не коснется железо: несокрушимым памятником поставлю я тебя в доме моего тестя, пусть образ прежнего жениха будет утехой моей супруге». Так, насмехаясь, сказал он и поднял перед ним медузину голову. Как ни уклонялся Финей, Персей заставил его взглянуть на страшную голову, и Финей превратился в каменную статую. Но и по превращении сохранил он тот же пугливый, тот же униженный вид, те же поникшие руки.
Скоро после тою Персей с молодой супругой отправился на остров Сериф. Мать свою нашел он в храме, где укрывалась она от Полидекта, хотевшего насильно жениться на ней. Вовремя прибыл сын, он спас свою мать и отомстил за все: в камень обратил Полидекта в то время, как он бражничал на роскошном пиру. Власть над островом отдал Персей Диктису, который ему и Данае выказывал всегда такую нежную дружбу. Сандалии Персей возвратил Гермесу, а Гермес — нимфам. Он же доставил Гадесу шлем-невидимку. Голову медузы получила в дар Афина Паллада и прикрепила ее к своему панцирю.
Затем Персей с женой и матерью отправился в Аргос. Дед его Акрисий, не забывший о старинном предсказании оракула, убежал из Аргоса, как только узнал о приближении внука, но бегство не укрыло его от неизбежного рока. Царь города Лариссы устроил в честь отца своего похоронные игры, в которых принял участие и Персей. Тут нечаянно нанес он деду своему диском смертельный удар. Узнав, кто был убитый им незнакомец, Персей похоронил его со всевозможным великолепием. Герой боялся оставить за собой наследие убитого им деда и власть над Аргосом передал одному из своих родственников, Мегапенту, а себе взял Тиринфское царство.
Сизиф и Салмоней
Сын Эола Сизиф был самый лукавый и самый корыстолюбивый из смертных; богам не уступал он ни в хитрости, ни в мудром совете. Он построил город Коринф и был первым его властителем. Умом своим и изворотливостью он нажил несметные богатства; сгубила только его корысть да чрезмерная самонадеянность. Лукавец заметил, как Зевс похитил дочь бога реки Азопа прелестную Эгину и как увлек ее на остров, впоследствии названный ее именем. Азоп стал разыскивать свою дочь и, прибыв в Коринф, спросил Сизифа, не знает ли он, где Эгина и как ее отыскать. Сизиф открыл Зевсову тайну, и за то Азоп должен был создать в Акрокоринфе[17] прекрасный источник и такой полноводный, что воды его хватало на целый город и кремль. В наказание корыстному предателю Зевс послал к нему Смерть и повелел ей отвести Сизифа в область Аида. Заметил, однако, Сизиф приближение Смерти, подстерег он ее и заключил в крепкие оковы. Перестали тогда люди умирать, и до тех пор не умерло на земле ни одного человека, пока мощный бог войны Арей не освободил узницу. Сизифа отвел Арей в царство теней; но еще до этого Сизиф наказал жене своей не предавать земле его тела и не приносить на могиле его надгробных жертв.
Властителям подземного мира Гадесу и Персефоне не по сердцу пришлось такое пренебрежение жертвами, и хитрый Сизиф успевает уговорить их отослать его обратно на землю, чтобы наказать жену за ее нечестие. Так лукавый Сизиф поселился в другой раз на земле и задумал уже не возвращаться в подземный мир. Самым неумеренным, самым роскошным удовольствиям предался он на земле, но ненадолго. Раз бражничал он, как вдруг пришла за ним Смерть и, неумолимая, отвела его в область Аида. Там, в наказание за свои проступки, он осужден на страшные мучения. Улисс[18], видевший Сизифа в царстве теней, так повествует о них:
Брат Сизифа, Салмоней, основатель элидского города Салмоны, также тяжело провинился пред богами. Гордец осмелился выдать себя людям за Зевса и требовать себе жертв. На медной грохочущей колеснице разъезжал он по земле; размахивая факелами, ударяя по медным сосудам и натянутой коже, думал он подражать молнии и грому Кронида. За это истинный Громовержец из густых туч послал свою молнию, насмерть поразил надменного хвастуна и стер с лица земли его город. В подземном царстве Салмоней со своими чадными факелами, со своими медными чашами принужден продолжать свое шутовское подражание громам и молниям Зевса.
Беллерофонт
(Гомер. Илиада. VI, 152–210;Пиндар. Оды. XIII, 60–90)