- Э-эм, - протянула я, - а как же Данита?
- Приятное воспоминание и не больше, - грустно улыбнулся брат моего принца.
- Это ведь связано с договором, да? Ваше признание. - я снова попыталась забрать у него свою руку. - Скажите честно. Что там такого, что вы начали себя так вести?
Он устало опустился прямо на пол, прислонившись спиной к стене. Мне пришлось тоже присесть на корточки, руку-то мне так и не вернули.
- Я устал, Лилиан, очень устал. - тихо произнес Блай, потом заговорил сосредоточенно, глядя на мою руку, мы с рукой рассеянно слушали. - Сначала я не хотел этого брака, проклинал отца за эту клятву. Даже отправил к вам брата, зная, что он сможет очаровать вас и отвратить от идеи стать королевой Аминаса, когда придет время. Потом я узнал о том, что хранят в себе Бернайские земли, и мной овладела алчность. Никогда и ничего я так не хотел, как заполучить их. Беда была лишь в том, к ним прилагались вы, и это было обязательным условием. И тогда я подумал, что вы можете сами подарить их той, что занимала мои мысли. А потом я увидел вас, Лили. То, что шевельнулось в моей душе при виде вас, взорвалось ослепительным обжигающем огнем, стоило мне осознать, что мой брат неравнодушен к вам. Я за короткое мгновение увидел это в его глазах. Я понял, что мой план обернулся против меня, и я могу потерять вас. Я разозлился, больше на себя. Гнев заставил меня говорить то, что вы слышали. Если бы вы знали, как сжигает смесь из внезапно вспыхнувшей страсти, гнева и ревности. А потом вы исчезли, а я чувствовал себя раненным зверем, который никак не может зализать свою рану, она кровоточит и кровоточит, ослабляя каждый день. И сегодня ночью, когда я увидел вас в парке, такую хрупкую и беззащитную... А утром узнал, что вы... - он сверкнул глазами. - Боги, Лили, я был в бешенстве! Я и сейчас с трудом себя сдерживаю, когда думаю об этом. - Блай опять замолчал, но вскоре заговорил более спокойно. - Чтобы не было в этом договоре, я не смогу отказаться от вас, я хочу, чтобы вы это поняли. Я не знаю, что со мной происходит, но я сгораю при мысли о вас, Лилиан, это сильней меня... Сильней братской привязанности, сильней долга короля. И ваше приданное больше не имеет значения. Вы меня услышали?
Твою ж дивизию... Я тупо смотрела на него, потому что он не врал! Бланиан ждал ответа, этого добра у меня не имелось. И все, что я смогла выдавить из себя, так это один единственный вопрос:
- Так вы не знаете, что в договоре?
- Это все, что вас интересует? - чужой самодержец на мгновение потерял над собой контроль, но тут же снова взял себя в руки и сказал чуть раздраженно. - Не знаю, короной своей клянусь. Всегда был уверен, что там наша с вами свадьба. Это даже не подвергалось сомнению. Меня удивляет, что там может быть упомянут Алексиан. И злит, безмерно злит!
Мне, наконец, удалось вернуть себе любимую длань. Я отступила от Бланиана, напряженно следя за ним.
- Вы меня услышали, ваше высочество? - спросил Блай.
В этот момент снова открылась дверь королевского кабинета, и оттуда выглянул братан.
- Вы заходите или нет? - раздраженно спросил он. Затем окинул взглядом всю мизансцену. - Лили, идите ко мне.
Я с готовностью развернулась и почти подбежала к своему королю. Он приобнял меня за плечи и направил в кабинет, потом проследил, как аминасские братья прошли следом за мной, испепеляя друг друга взглядами. Удивленно посмотрел на Эда, но я тут же поманила архимага, и братан его пропустил. Я уселась на кресло, Саша тут же занял место рядом со мной с одной стороны, Сказочник встал с другой. Бланиан плотно поджал губы, но промолчал. Он сел напротив, не сводя с меня взгляда. Мне стало неловко, и я попыталась спрятать глаза и отвернулась к зеркалу. Только сейчас, в отражении, я увидела королеву-мать, спокойно наблюдавшую за нами. Я повернулась в ее сторону. Королева рассеянно кивнула и недовольно посмотрела на Эдамара.
Иллиадар все так же молча прошел к сейфу, спрятанному в стене. Если бы братан не открыл дверцу, я бы в жизни не догадалась, что там припрятан тайничок. Стало страшно, и я отвернулась обратно к зеркалу, следя за королем через отражение. Я увидела, как он достал простенькую шкатулку и понес ее к столу. Прикрыла глаза, ожидая момента, пока он доставал свиток, а когда открыла... По зеркальной поверхности прошла рябь, едва заметная, я даже глаза протерла. Затем снова посмотрела на зеркало, отражение всколыхнулось и начало успокаиваться. Я встала, не обращая внимания на удивленные взгляды присутствующих.
- Вы это видели? - тихо спросила я, завороженно глядя на новую волну.
- Что видели? - спросил Алекс.
- Зеркало... - я протянула руку и почувствовала прохладу, которая шла от зеркала.
Потом дотронулась рукой до волны, ощущая, как она обволакивает пальцы, повернулась к остальным, собираясь сказать, что зеркало шевелится. Полыхнул синий огонь, и я услышала запоздалый крик Эда:
- Лили, быстро отойдите!
Я изумленно смотрела, как Алекс и Бланиан бросились к зеркалу, как исказилось яростью лицо Эда, как свиток выпал из рук короля. Они все что-то говорили, но я видела только, как шевелятся губы, но не слышала ни звука. Затем я скользнула взглядом по королеве и замерла, глядя, как на ее губах мелькнула злорадная ухмылка, тут же сменившаяся выражением ужаса, притворного ужаса. Она бросилась к сыну, обнимая его и... свиток исчез в складках платья королевы-матери.
- Эй! - крикнула я и махнула рукой, натолкнувшись на холодную прозрачную стену. Медленно обернулась и уставилась точно на такой же кабинет, как и по ту сторону стены, только он был сумрачный, и кроме меня в этом кабинете никого не было.
Глава 40
Осознание произошедшего потихоньку накатывало на меня, наполняя тихим ужасом. Я снова обернулась к прозрачной стене, но там уже было обычное зеркало. Я бросилась к нему, начала прикладывать руки, но зеркало было совершенно безжизненно. Замерев на мгновение, я вгляделась в свое отражение. Из зеркальной глади на меня глядела огромными испуганными глазами золотоволосая кукла, упакованная в средневековое платье. И вновь возник вопрос, который я не задавала себе уже давно: а может это все простой бред? А может и нет никакого Радоггая, брата короля, двух братьев- соперников, архимага Эдамара, Натаэля и Гоши? И не стою я сейчас неизвестно где, пятясь на зеркало, а лежу все в той же реанимации после падения с третьего этажа, откуда меня скинул неадекватный пациент Сказочник. Ну а раз такое вполне возможно, то и бояться мне нечего. Продолжаем бредить.
Я развернулась и пошла к двери, решив исследовать место, куда меня занесло. Дверь открылась практически бесшумно. Я сделала шаг и оказалась в каменном коридоре, в котором царил все тот же сумрак. Остановившись в нерешительности, я начала озираться, выбирая направление. У ног кто-то зарычал. Я вскрикнула и отскочила, разглядывая двух чудищ, отдаленно напоминавших собак. Они лежали на полу, разглядывая меня синими глазами, в которых горел мертвый огонь. Я гулко сглотнула и попыталась нащупать ручку двери, но она никак не желала находиться. Резко обернувшись, я приготовилась упасть в обморок, за моей спиной была ровная стена, без всякого намека на дверь. Она попросту исчезла! А псы не исчезли, они по прежнему лежали у моих ног, следя за мной. Один из псов зарычал, и оба чудища встали, лениво потягиваясь. Я попятилась от них, потом развернулась и побежала. Псы, не спеша, шли за мной.
Впереди показались двери. Я начала дергать их за ручки, но все было заперто, а псы подошли ближе, и я снова сорвалась на бег. Я бежала, пока не оказалась в большой зале, в которой все так же никого не была. Оба чудища вошли следом за мной. Один развалился у входа, второй подошел к камину, в котором горел мертвый огонь, и растянулся рядом. Я некоторое время стояла, не двигаясь с места. Пес у камина вроде бы задремал, и я решилась подойти к огню. Синее пламя не играло бликами, как обычный огонь, не освещало и не грело. Я протянула руки к огню, и меня обдало ледяным холодом. Быстро отдернув руки, я посмотрела на пса, он наблюдал за мной, лениво приоткрыв глаз и не проявляя никакой агрессии. Сзади раздался шорох. Я обернулась и столкнулась с очередными синими глазами, наблюдавшими за мной из-под капюшона. Фигура напоминала Поглощающего души, но все же это было другое существо, которое воспринималось, как женщина. Она подплыла ближе ко мне, иначе плавную походку было не охарактеризовать. Мы некоторое время молча разглядывали друг друга, а потом женщина поманила меня за собой. Я осталась стоять на месте, не решаясь последовать за этой странной тенью. Женщина посмотрела на пса, лежавшего у камина, и тот глухо зарычал, подгоняя меня за тенью. Пришлось подчиниться.