«Понимая искусственность перехода этой территории (на ней к тому времени среди коренного населения было большинство беларусов и малое количество литовцев), литовские руководящие круги стали прилагать усилия к тому, чтобы изменить соотношение по национальностям в пользу литовцев и поляков.
С этой целью после проведения репрессивных мер советскими властями против беларуской интеллигенции Вильно и другие города стали массово заселяться литовцами. В начале 50-х годов литовские власти (по согласованию с И. Сталиным и Б. Берутом) начали насаждать польские школы и закрывать беларуские. Было открыто несколько сотен польских школ и закрыты все беларуские (Степанов А., 1989). Среди беларусов Виленского района велась активная пропаганда, направленная на их ополячивание.
В результате определенная часть беларусов, подвергавшаяся обработке в течение 40 лет, стала считать себя поляками, несмотря на то, что польский язык так и не привился, но оказал влияние на разговорный язык населения этого края. Сельское население общается главным образом на беларуском языке, городское — на русском. Однако старания литовских националистов были настолько усердными, что в результате переписи населения паспортных поляков оказалось больше, чем беларусов и литовцев, вместе взятых».
УЛИЦЫ ВИЛЬНИ
Полонизации и жмудизации Виленщины предшествовал период московизации, когда в Вильне повсюду висели плакаты «Говорить по-польски воспрещается». Само лицо города имело характер скорее российский, а не беларуский. Царские чиновники запретили старинные названия улиц и ввели свои, совершенно нелепые для столицы ВКЛ: Архангельская, Бухарская, Измаилинская, Кавказская, Казанская, Костромская, Московская, Нижегородская, Новгородская, Оренбургская, Петербургская, Ростовская, Рязанская, Саратовская, Севастопольская, Симбирская, Суздальская, Тамбовская, Тверская, Угличская… Переименование имело характер кампании и было массовым.
Впрочем, ряд улиц сохранил беларуские названия: Бобруйская, Гродненская, Минская, Могилевская, Полоцкая. Имелись также улицы Белостокская, Варшавская, Киевская, Полтавская. Вот такое своеобразное лицо города. На городской карте 1904 года я нашел только одну «литовскую» улицу — Жмудская (при том, что по переписи населения 1897 года в городе ни одного жмудина не проживало, а загадочных «литовцев» было около двух процентов, это скорее всего те, кто назвал себя литвинами). К тому же никогда в своей истории Вильня не была частью Жмуди (Жамойтии).
Отсюда ясно, что этот абсолютно не жамойтский город Сталин передал в октябре 1939 года в состав Республики Летува (до 1918 г. — Жамойтии, или Жмуди) исключительно по политическим соображениям. Впрочем, они этого и не скрывали. Вот что сказал В. М. Молотов 31 октября 1939 года на заседании Верховного Совета СССР:
«СССР пошел на передачу города Вильно Литовской республике не потому, что в нем имеет перевес литовское население. Советское правительство считалось с тем, что город Вильно, который Польша силой оторвала от Литвы, должен принадлежать Литве как город, с которым, с одной стороны, связано историческое прошлое, а с другой стороны, чтобы исполнить надежды литовцев» /Газета «Правда» от 1 ноября 1939 г./
Примерно из таких же соображений исходили Л. Д. Троцкий и В. И. Ленин, когда 12 июля 1920 года подписывали с Летувой (Жмудью) договор о том, что Вильня передается летувисам. Но тогда торговля большевиков беларускими землями крайне возмутила беларусов-католиков в армии Пилсудского, и они в составе двух дивизий, под командованием генерала Желиговского, освободили 9 октября 1920 г. Вильню, провозгласив там государство «Средняя Литва» («Южной Литвой» считалась Новогрудчина). Осенью же 1939 года в БССР не нашлось никого, кто посмел бы оспорить решение кремлевского диктатора, не говоря уже о том, чтобы силой помешать его исполнению.
20 февраля 1922 г. Средняя Литва присоединилась к Польше. Утицы Вильни с российскими названиями были в очередной раз переименованы. Вместо них появились улицы Пилсудского, Адама Мицкевича, Костюшко, Львовская, Краковская… Улицы, названные от беларуских городов, переименовывать не стали.
Вплоть до конца октября 1939 года город являлся польско-беларуско-еврейским, ничего жамойтского (жмудского, летувисского) в нем не было.
ОККУПАЦИЯ ВИЛЬНИ ЛЕТУВИСАМИ
18 сентября 1939 года Вильню и окрестности заняла Красная Армия. Виленщина административно вошла в состав БССР, здесь немедленно начались репрессии органов госбезопасности БССР, направленные против деятелей беларуского национального движения.
Но 10 октября 1939 года Москва сообщила о том, что передает Виленщину другому государству — Республике Летува. При этом подготовка, подписание и ратификация соглашения были осуществлены без участия уполномоченных представителей Беларуси, без обсуждения в высших органах государственной власти БССР. Договор нарушал положения Конституции СССР 1936 года и Конституции БССР 1937 года, предусматривавшие согласие союзной республики на изменение её границ. С точки зрения международного права договор представлял собой очередной раздел территории Беларуси.
В СССР тогда пели песню, что, дескать, «чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим». Однако без ведома руководства союзной республики, без согласия представителей ее народа (т. е. депутатов Верховного Совета) из состава БССР была передана иностранному государству значительная часть советской территории (около 8 тыс. кв. км). Факт сам по себе уникальный и вопиющий! Отдать часть территории Советского Союза государству, не входившему в его состав! Причем именно в эти дни Молотов публично признал, что отдали город и регион этнически не литовские. В обмен на что? А за размещение военных баз на территории Летувы. Ну так отдали бы часть Псковской области.
И вообще, разве это разумный обмен? Вспомните, сколько страстей кипит вокруг Курильских островов, никогда России не принадлежавших: «не отдадим ни пяди своей земли». А тут не что-то далекое, а историческая столица Беларуси. Ее Москва спокойно отдала другому государству. Дескать, «все правильно, все нормально»… Потому что земля не российская, а беларуская, нам чужого не жалко…
12 октября 1939 года глава Рады Беларуской Народной Республики Василий Захарко направил протест президенту Летувы Антанасу Сметоне против подписания соглашения «о переходе к Летуве беларуского города Вильни и беларуских земель Виленской области», в которой указал на ответственность Летувы перед беларуским народом за этот акт. Но уже 27 октября 1939 года в Вильню вошли воинские части армии Летувы, а 28 октября состоялась официальная церемония встречи этих войск.
Против присоединения Вильни и Виленской области к Летуве выступило правительство Польши в изгнании, не поддержали соглашение Англия и Франция. В декабре 1939 года премьер-министр Летувы заявил, что «Вильно и Виленский край хоть и косвенно, завоёваны нашей армией».
А с 3 августа 1940 года Летува вошла в состав СССР, и беларуская Вильня стала Вильнюсом — столицей «Литовской» ССР. В тот период этнические жамойты (ошибочно именуемые «литовцами»), по официальной статистике, составляли мизерное меньшинство населения «Вильнюса» (около 2 %).
ПОТЕРЯНА НАВСЕГДА?
Вопрос о законности и правомочности передачи Виленской области и других беларуских земель Летуве снова возник в конце 1980 — начале 1990-х гг. в связи с развалом Советского Союза. 29 марта 1990 года Президиум Верховного Совета БССР принял заявление, в котором говорилось, что Беларусь в случае выхода Летувы из состава СССР будет требовать вернуть ей беларуские земли — город Вильню и Виленскую область, Швянченский и части территории пяти других районов Летувы. Это заявление фактически поддержал президент СССР М. С. Горбачев, который отметил на пресс-конференции в Вашингтоне 3 июня 1990 года, что территория Летувы включает в себя ряд регионов, которые ранее принадлежали Беларуси. Но после распада СССР «Вильнюс» так и остался столицей независимой Республики Летува.