…Польское, т. е. католическое по преимуществу, дворянство симпатизировало французам.
…Православное крестьянство не желало терпеть грабежей во имя восстановления отечества поляков и расправлялось со своими помещиками, а также, в случае возможности, и с приходившими им на помощь отрядами французской армии».
(Максим Шевченко. «Факты, которые не «замечают» в Институте истории НАН Беларуси». Сайт «Западная Русь»)
«Тогда элита была ориентирована на Польшу, сегодня — на Евросоюз, а народ — и тогда, и сейчас — на Россию. Преобладающими в элите — и тогда, и сейчас — были европейские и католические ценности, у народа — западнорусские и православные.
Т.е. тот раскол, который был между элитой и народом Северо-Западного края, не преодолен и сегодня, за одним исключением — Белоруссия сегодня не входит в состав Российской империи, а является независимым государством. Тогда понадобилась мощная стратегическая политика Михаила Муравьева, губернатора Северо-Западного края, который на многие десятилетия смог закрыть раскол и обеспечить превалирование интересов народа над узкой кучкой пропольски ориентированной элиты. Кто сегодня сможет обеспечить победу аналогичного цивилизационного подхода на новом теоретическом и концептуальном уровне? — Большой вопрос».
(Юрий Баранчик. «Тяжелая поступь великодержавного европейского шовинизма». Выступление на Международной конференции «Отечественные войны Святой Руси». Брест, 22 июня 2012 г.)
«Под национальными традициями начинают пропагандироваться и развиваться такие традиции, которые, я считаю, ничего общего не имеют с ментальностью нашего белорусского народа: когда в нашу белорусскую культуру тащат Радзивиллов, Сапег, Огинских как представителей именно белорусских знатных родов… Все эти персоналии, несмотря на то, что представители знатных родов родились и жили на территории Беларуси, принадлежат к другой ментальности и другой нации.
Представляется, что попытки вывести белорусскую идентичность из так называемого Великого княжества Литовского — это попытки, которые лежат в стороне от реального процесса нашего духовного укрепления и развития. В 16–17 веках белорусскому народу была насильственно навязана церковная уния. В это время специфика белорусской ментальности формировалась в рамках самого народа — крестьянства и мещанства, высшего сословия этнического не было».
(Доктор философских наук, заместитель директора Информационно-аналитического центра при Администрации президента Лев Криштапович. Из выступления на заседании круглого стола «Религиозный фактор национальной безопасности Беларуси» (Минск, 15 марта 2012 г.)
«По сути, все эти замки были опорными центрами иноземного владычества над белорусами, над Западной Русью. Польские магнаты и состоявшая у них на службе шляхта жестоко угнетали предков нынешних белорусов, никак не называли их, кроме как «пся крэвь» («собачья кровь») и «быдлом».
У шляхты к моменту воссоединения Белоруссии с Российским государством уже не было ничего своего национального белорусского — это были типичные польские паны с непомерным гонором. К хлебопашцам-белорусам они относились высокомерно, хотя и жили столетиями за их счёт. А теперь, словно в насмешку над нашими предками, эта прослойка — шляхта объявляется «белорусской».
Что, спрашивается, белорусского было у тех же польско-литовских магнатов Радзивиллов? А ведь сегодня Несвижский замок — родовая резиденция Радзивиллов, объявлен едва ли не культовым местом. Там проходят всевозможные театрализованные представления и балы на польский манер. Причем демонстративно — именно в те дни, когда Россия отмечает освобождение русских земель от нашествия поляков. Может кто-то и ведёт свой род от польской шляхты, а мои предки были простыми людьми — крестьянами, казаками, ремесленниками — воевали, пахали землю, бондарничали — жили простым нелёгким трудом. А теперь мне предлагают забыть об этом, и срочно «полонизироваться». Вы посмотрите даже костюмы из несвижских и иных действ — все они польские. Радзивиллы веками угнетали белорусов, а министерство культуры Республики Беларусь из них «национальный» культ делает. Меня, как белорусского писателя, это возмущает до глубины души — мы отвергаем свою культуру и перенимаем ценности угнетавших нас веками иноземцев.
…Когда вся республика должна направлять бюджетные деньги на восстановление родовых поместий польской знати, да ещё и пропагандировать их образ жизни, это уж слишком. К тому же не так богато мы живём, чтобы проводить эти бесконечные полонизированные «фэсты», шляхетские балы и прочую чушь и бутафорщину, которую пытаются выдать за белорусскую культуру.
…В 2013 году исполнится 150 лет с момента польского восстания 1863 года. Националисты уже зашевелились, превознося на все лады «патриотов Беларуси». А ведь на самом деле это было типичное польское сословно-националистическое шляхетское восстание. Польская шляхта, мечтавшая вернуться к господству над украинцами и белорусами, подняла мятеж. Действия мятежников были чрезвычайно жестокими — они резали спящих солдат, сжигали людей заживо, отрезали части лица и тела, не щадили даже женщин и детей. В результате даже польские крестьяне выступали против шляхты и снабжали мятежников продовольствием только под угрозой смерти. Этот разгул шляхетского террора и бандитизма остановил генерал-губернатор Михаил Николаевич Муравьёв-Виленский, который не только пресёк этот кровавый мятеж, но и предпринял ряд поистине судьбоносных для белорусского народа мер по прекращению польского господства в общественной, экономической и образовательной жизни Белорусского края, вернул белорусам их законное право на собственную самобытность и культуру. А ведь правда о спасительной для белорусов деятельности Михаила Муравьёва до сих пор старательно замалчивается».
(Председатель Витебского общественного объединения «Русский дом», член Координационного совета руководителей организаций российских соотечественников при Посольстве России в Беларуси Андрей Геращенко. Статья «Проблема согласованной культурно-исторической политики России и Белоруссии». Портал «Материк», 20.11.2012)
Вот такие «друзья» беларусов («русские соотечественники») упорно навязывают беларусам идею о том, что наша шляхта не была этнически беларуской. Мол, беларус привык видеть своими хозяевами русских рабовладельцев, а поскольку здешняя шляхта боролась за независимость от Российской империи, то она «этнически чуждая», «сепаратистская», «плохая».
В итоге получается удивительная по абсурду картина: беларуский этнос сложился не позже XIV века, но своего дворянства у него якобы никогда не было, а только литовское (в смысле — жамойтское) и польское. Хочется напомнить русскую пословицу: мели, Емеля, твоя неделя…
ОТСУТСТВИЕ ЛОГИКИ НЕ СМУЩАЕТ
Итак, со времен царской России представления западнорусистов о беларусах просты, как копейка. Дескать, жили здесь «западные русские», они же «беларусы», и мечтали во все времена стать подданными российских царей, да вот местная элита всячески мешала. Была эта элита не беларуской (в смысле — не западнорусской), а литовско-польской, да к тому же католической, униатской или протестантской. Посему беларуские (в смысле — западнорусские) крестьяне изнывали от тройного гнета: социального, религиозного и национального.
Более того, национально-религиозными угнетателями беларуских селян были не только шляхта, но и мещане (горожане). Например, на упомянутой выше конференции в Бресте Юрий Аверьянов в докладе «Белорусы — народ росейски (О традициях общерусского этнического самосознания у белорусов)» уточнил, цитируя одного «исследователя», брата ему по духу:
«Белорусский национализм — чисто интеллигентское мещанское движение».
Эта концепция не только противоречит реальным фактам, но и абсурдная сама по себе. Как это могло случиться, что только в одной Беларуси — в отличие от всех стран Европы — существующий этнос не родил своей элиты?