426
Зашел к М. И. Сухомлинову… — Михаил Иванович Сухомлинов (1828–1901) — профессор русской словесности в Петербургском университете, впоследствии академик.
427
Были у Н. И. Петрова… — Николай Иванович Петров — чиновник, литератор. Знакомство Шевченко с ним относится еще к 1844–1845 гг.
428
Лично познакомился с поэтом Курочкиным и с братом его Николаем… — то есть с В. С. Курочкиным (о нем см. выше) и с Николаем Степановичем Курочкиным (1830–1884), поэтом-демократом, сотрудником «Искры». С обоими братьями Шевченко сошелся дружески. В. С. Курочкин, по рассказу Д. П. Сильчевского («Из воспоминаний о В. С. Курочкине» — «Северный курьер», 1900, № 268), до конца своей жизни «с большой любовью и уважением вспоминал… про Т. Г. Шевченко, с которым сблизился в 1860 г., и про Добролюбова. Об этих двух личностях он говорил… с чисто юношеским восторгом и со сверкающими глазами». Н. С. Курочкин перевел несколько стихотворений Шевченко; его дружеские записки к поэту, свидетельствующие об очень теплых между ними отношениях, см. в примечаниях к т. 2 наст. изд.
429
Случившуюся со мною рукопись… — «И мертвым и живым и нерожденным землякам моим в Украине и не в Украине мое дружеское послание» (см. в т. 1 наст. изд.). Автограф, подаренный Дзюбину, не сохранился, хотя представлял бы значительный интерес, так как отражал последнюю авторскую правку; в настоящее время стихотворение известно по автографу 1845 г., сохранившемуся в архиве III Отделения.
430
Зашли в Казанский собор… — «Картина Брюллова», о которой упоминает Шевченко, — образ «Взятие божией матери на небо» (в настоящее время — в Русском музее, Ленинград); образ писался в 1836–1839 гг., то есть, можно сказать, на глазах Шевченко; это объясняет интерес поэта к картине. Замечание Шевченко о неудачном расположении картины также восходит к суждениям самого художника. Об этой картине Шевченко упоминает также в повести «Художник» (см. т. 4 наст. изд.).
431
Полюбовались… алеутскими болванчиками… — то есть резными из кости фигурками, появившимися в продаже.
432
Монумент Крылова… — Памятник этот делался вне учета того, где он будет поставлен. Николай I нашел «слишком видными» предполагавшиеся первоначально места: перед Александрийским театром (там, где впоследствии поставлен памятник Екатерине II) и рядом с Академией художеств. После этого придворные чины решили «упрятать» Крылова в Летнем саду, где памятник оказался стесненным со всех сторон деревьями.
433
Прошли в сквер… — Имеется в виду обширная площадь позади биржи на стрелке Васильевского острова, позднее застроенная зданиями клиник. В этом сквере в течение многих лет шла оживленная торговля различными заморскими безделушками, животными, которые продавались матросами прибывших кораблей.
434
Бедный Тыранов! — А. В. Тыранов в 1844 г. психически заболел, хотя продолжал работать, поэтому Шевченко и говорит о его «болезненном маранье» (см. о нем также повесть «Художник» в т. 4 наст. изд.).
435
Меня очаровал Танерини. — Шевченко имеет в виду статую итальянского скульптора Пьетро Тенерини (1789–1869) «Психея»; он называет ее «Душенькой», припомнив известную шутливую поэму И. Ф. Богдановича, написанную на сюжет античного сказанья об Амуре и Психее.
436
Толстейшего Сережу Уварова. — О нем см. в примечаниях к повести «Художник» в т. 4 наст. изд.
437
С знаменитым гравером Иорданом… — О нем см. выше, примечание к записи 3 ноября 1857 г.
438
Остановился я на эскизе Мурильо Святое семейство. — Бартоломео Эстебан Мурильо (1617–1682) — испанский художник.
439
Прошел к граверу и печатнику Служинскому. — Франц Осипович Служинский в 1837 г. закончил Академию художеств «по части гравирования».
440
Зашел к Юзефовичу… — к В. В. Юзефовичу, чиновнику синода. Его брат М. В. Юзефович в 1847 г. предательски поступил по отношению к Н. И. Костомарову — взяв «на сохранение» черновики написанных Костомаровым программных Документов Кирилло-Мефодиевского общества, он тотчас же представил рукописи начальству.
441
Академика Никитенка… — С Александром Васильевичем Никитенко (1804–1877) Шевченко был знаком еще с начала 40-х годов. Его характеристика («декламатор, актер») очень точно определяет существо ораторского дарования Никитенко.
442
Вошли… Вильбуа. — Константин Петрович Вильбоа (1817–1882) — композитор, автор популярных романсов. Его опера, о которой хлопотать помогал Шевченко, вероятно, «Наташа, или Волжские разбойники», поставленная несколько лет спустя на петербургской и московской оперных сценах.
443
Простившись с Сухомлиновым… — М. И. Сухомлинов уезжал в заграничную научную командировку, продолжавшуюся до 1 сентября 1860 г.
444
Билет для входа в Исаакиевский собор… — В 1858 г. была закончена постройка Исаакиевского собора, длившаяся почти сорок лет. До официального освящения осмотр собора разрешался по особым билетам.
445
Польского журнала «Слово…»— Польская газета «Slowo» начала выходить в Петербурге с января 1859 г., но просуществовала недолго и после выхода № 15 была закрыта.
446
Пошел к графине Настасье Ивановне… — В начале июня 1858 г. Шевченко получил в помещении Академии небольшую мастерскую с жилой комнатой при ней; здесь он прожил до самой смерти.
447
К художнику Микешину и потом к Глебовскому. — Михаил Осипович Микешин (1836–1896) — художник и скульптор. О своих отношениях к поэту рассказал впоследствии в воспоминаниях (при т. II так называемого «Пражского» «Кобзаря», 1876). Станислав Хлебовский только что окончил Академию художеств и в апреле 1858 г. получил золотую медаль за картину «Ассамблея при дворе Петра Великого».
448
По приглашению Троцины… — вероятно, Константина Елисеевича Троцины, нежинского помещика, автора ряда статей по истории судоустройства и по вопросам крестьянского хозяйства.
449
Ездили с… Макаровым. — Николай Яковлевич Макаров (1828–1892) — чиновник и помещик. В конце 50-х гг. был близок к группе украинских литераторов и общественных деятелей, предпринявших издание журнала «Основа»; в журнале этом он напечатал несколько статей.
450
«Do brata Tarasa Szrwczenki». — Приводим здесь русский перевод стихотворения Э. Желиговского (Антония Совы):
БРАТУ ТАРАСУ ШЕВЧЕНКО
Сын народа — вождь народный,
Мученик, твой путь прекрасен,
Лавр славы благородный,
Как и песни, скорбен, ясен.
Два венца обрел сплетенных,
Оба дивны, но кровавы,—
Ты трудился не для славы,
А для братьев угнетенных.
Им сдавили стоны муки —
Ах! и стоны — преступленье,
Громким эхом во мгновенье
Повторил ты эти звуки.
Каждый стих — предел страданья,
Жгучей болью наносимый,
Ты оплакал до созданья,
Духом свыше осененный.
Скорбный! видишь чудо слова?
Как никто не спрячет снова
Солнца днем, — так не посмеет
Слово смять рука тиранов;
Слово — божье и имеет
Бардов вместо капелланов;
Мрак и холод зимней ночи
Гонит солнечный восход,
И к свободе путь короче,