234
Познакомил меня с Марией Александровной Дороховой. — М. А. Дорохова была начальницей нижегородского института благородных девиц в 1856–1864 гг. После смерти единственной дочери взяла на воспитание дочь декабриста И. И. Пущина Аннушку; об этом Шевченко упоминает в дальнейших записях.
235
Она еще мне живо напомнила… княжну Варвару Николаевну Репнину. — С В. Н. Репниной поэт познакомился в 1843 г.; дружеские отношения и переписка продолжались вплоть до 1850 г., когда в постановление о новой ссылке Шевченко (в Новопетровское укрепление) был внесен особый пункт относительно Репниной. «Княжну Репнину, — говорилось здесь, — которая принимает участие в Шевченко, неприличное по его порочным и развратным свойствам, предупредить как о неуместности такового ее участия, так и о том, что вообще полезно было бы ей менее вмешиваться в дела Малороссии и что, в противном случае, она сама будет виновницей, может быть, неприятных для нее последствий». После этого предупреждения, дословно повторенного в личном письме Орлова к Репниной, переписка ее с Шевченко прекратилась, а их встречи в Москве, 17 и 24 марта 1858 г. (см. ниже), показали, насколько разошлись жизненные пути революционера-демократа Шевченко и ударившейся к старости в ханжество Репниной.
236
Какая прелесть случайно попалася мне на глаза… — малоизвестный поэт — 3. В. Тур, стихотворения которого печатались в 1856–1857 гг. в «Отечественных записках».
237
Увидел сочинения Гоголя, изданные моим другом П. Кулишом. — П. А. Кулиш в 1852–1857 гг. много работал над собиранием и публикацией произведений Гоголя и биографических материалов о нем. Одним из итогов этой работы явилось шеститомное собрание сочинений писателя: «Сочинения и письма Н. В. Гоголя», СПб. 1857. Приложенный к изданию портрет Гоголя, рисованный Ф. А. Моллером и гравированный на стали Ф. И. Иорданом, был рекомендован самим писателем. Впрочем, отрицательный отзыв Шевченко о портрете более всего касается техники его воспроизведения. Федор Иванович Иордан (1800–1883), гравер, профессор Академии художеств по гравировальному классу. Возвратившись в 1858 году в Петербург, Шевченко пользовался его советами и указаниями.
238
В первый же раз увидел я «Полярную звезду…»— С герценовской «Полярной звездою» Шевченко был уже знаком раньше по «заветной портфели» капитана В. В. Кишкина; новинкой для него оказалась литографированная обложка сборника, на которой в медальоне были изображены барельефные портреты пяти повешенных декабристов, то есть Пестеля, Рылеева, Бестужева-Рюмина, Муравьева-Апостола и Каховского.
239
Портрет М. А. Дороховой и ее воспитанницы Нины… — Портрет этот не сохранился. Нина — Анна Пущина (1842–1863).
240
Получил письмо от Костомарова. — Письмо Н. И. Костомарова написано по-украински (представление о его характере дает самое его начало, которое мы приводим в переводе: «Брату дорогому, искреннему другу, славному певцу, верному товарищу по незабвенной передряге 1847 года, Тарасу Григорьевичу от брата и друга громкое и верное слово…») и, кроме заявлений, вызвавших справедливое недоумение Шевченко, содержит также заверения в том, что новый царь «не запрещает нашего языка» и т. д.
241
Написал письмо Костомарову… — Письмо Шевченко к Костомарову не сохранилось; письмо к «астраханским друзьям» адресовано к И. П. Клопотовскому; см. ниже.
242
Она рассказала мне о Лабзине. — Александр Федорович Лабзин (1766–1825) — вице-президент Академии художеств. В заседании Совета Академии были предложены для выбора в почетные члены три царедворца: Гурьев, Аракчеев и Кочубей. Лабзин воспротивился избранию этих лиц и, на замечание, что они близки к царю, возразил, что, в таком случае, может предложить не менее близкое лицо, именно лейб-кучера царя Илью Байкова. За эту дерзость А. Ф. Лабзин был сослан в г. Сенгилей Симбирской губернии. См. рассказ И. П. Мартоса, присутствовавшего в заседании совета («Киевская старина», 1896, № 6, с. 361); рассказ старушки Якоби не точен и соответствует версии, которая приводится в «Былом и думах» А. И. Герцена (часть I, глава 3).
243
Происшествие, так трогательно рассказанное Герценом в своих воспоминаниях про Ивашева… — («Былое и думы», часть I, глава 3) относительно декабриста Василия Петровича Ивашева (1794–1840) и гувернантки Камиллы Ледантю (1808–1839), уехавшей вслед за ним в Сибирь и вышедшей там за него замуж. Эпизод этот несколько похож на историю женитьбы И. А. Анненкова на Полине Гебль (1800–1876); см. «Воспоминания Полины Анненковой», М. 1929. Ссылки на Герцена объясняются тем, что Шевченко как раз в это время читал первую часть «Былого и дум», опубликованную в «Полярной звезде на 1856 г.».
244
Дюма, кажется, написал сентиментальный роман… — Французский писатель Александр Дюма посвятил приключениям Анненковой-Гебль роман «Учитель фехтования» (в русском переводе появился в 1925 г.), приукрасив его фантастическими подробностями.
245
Старушки сообщили мне… — Сообщения «старушек» не соответствуют действительности: И. И. Пущин никаких «видных мест» не занимал, женился в 1857 году на вдове декабриста М. А. Фонвизина Наталье Дмитриевне.
246
Какой милый оригинал должен быть этот г. Жемчужников… — Эта запись о Льве Михайловиче Жемчужникове (1828–1912), художнике и гравере, едва ли не самом близком человеке поэту в последние месяцы его жизни, вызвана чтением второго тома «Записок о Южной Руси» и теми сведениями о Л. Жемчужникове, которые там помещены в качестве предисловия к ценнейшим его фольклорным записям. «Уже несколько лет, — читаем в этом предисловии, — знаком я в Малороссии с молодым русским художником Л. М. Жемчужниковым. Он проводит у нас на юге сплошь лето и зиму, изучая нашу природу и нашу жизнь во всех их проявлениях. Не довольствуясь тем, что видит глаз, он изучает нравственный образ малороссийского народа в проявлениях его духа. Он убежден, что малороссиянина не поймешь, не зная языка его и не знакомясь на месте с его настоящим и прошедшим. Это убеждение… тем замечательнее в г. Жемчужникове, что он родился в глубине Северной России, воспитывался в С.-Петербурге (в пажеском корпусе) и до приезда в Малороссию не слыхал малороссийской речи… Этнография южно-русская имеет в нем несравненного деятеля. Не говоря уже о множестве этюдов с натуры, выражающих быт народа со всеми его принадлежностями, у г. Жемчужникова набралось около пятисот напевов песен, положенных на ноты им самим или, по его просьбе, другими с голоса малороссийских певцов и певиц; а недавно он привез мне из Пирятинского уезда большой сверток сказок, записанных им слово в слово из уст народа». («Записки о Южной Руси», т. II, СПб. 1857, с. 3). Симпатии Шевченко к Л. Жемчужникову особенно укрепились, он узнал, что Жемчужников женился на крепостной девушке. Л. М. Жемчужников принимал деятельное участие в сборе средств для Шевченко.
247
Получил письмо от… Н. И. Толстой. — Письмо А. И. Толстой дошло до нас в отрывке, напечатанном биографом поэта М. К. Чалым; отрывок этот дает отчетливое представление о его тоне: «Мне так и хочется сказать: друже мой единый Тарас Григорьевич! Мы с графом (Ф. П. Толстым. — И. А.) ждем вас и не дождемся. Вы не можете себе представить, как наболела у меня душа, с тех пор как узнала, что вы не будете у нас в Петербурге». И дальше: «Вы получите свободу жить в столице для божественного искусства. У меня есть ваши деньги 500 рублей: прислать ли их вам, или сберечь до вашего приезда?»
248