- Ты хороший человек и заслуживаешь хорошую женщину.
И это демонстрировало, как мало Бекка знает. Он не был хорошим человеком. Он видел и делал то, о чем никогда не стал бы говорить ни с кем за пределами армии. То, что гражданские никогда не поняли бы.
Ужасные вещи, которые запятнали его душу, и все же Винс ни о чем не сожалел и сделал бы это снова, если бы страна приказала. То, что он сделал бы, чтобы защитить свою семью. Только его семья больше в нем не нуждалась.
- Я думаю, ты в самом деле потрясающий, Винс. – Бекка смотрела на него своими большими карими глазами.
Телефон запищал, и Винс вытащил его из кармана. Открыл смс и прочитал: «Спаси меня».
На заправке была куча дел. Он потратил весь день, просматривая квартиры, а последние четыре дня провел с Сэйди. Он отставал от графика. И все еще мог хорошенько потрудиться несколько часов сегодня. Ему нужно была поработать сегодня еще несколько часов, прежде чем он уедет в Сиэтл на несколько дней. Неожиданная поездка отбросит его еще дальше назад в выполнении планов работ, что может стоить ему денег. Винс ненавидел терять деньги почти так же сильно, как ненавидел неизвестные неизвестные и быть должным кому-то.
Он положил телефон в боковой карман брюк и сказал:
- Уже поздно. Пора ехать домой.
Выпроводив Бекку за дверь и сев в пикап, Винс по дороге в «Джей Эйч» не стал утруждаться и спрашивать себя, почему бросил все, чтобы спасти Сэйди. В этом не было никакого смысла, а он предпочитал, чтобы смысл был. Хороший план. Ясная цель. Известные известные.
Свернув с шоссе, Винс подъехал к воротам «Джей Эйч». Ему нравилось говорить себе, что это не больше, чем секс. Такой ответ был простым.
Прямолинейным. Ясным. Но идущая к Винсу женщина, из-под каблуков сапог которой вылетали маленькие облачка пыли, выглядела чертовски сексуально и была одной сплошной плавящей мозги горячей сложностью. Тем, что старый Дон Рамсфельд называл известной неизвестной.
Умнее всего было развернуться на сто восемьдесят градусов, прежде чем неизвестная часть этого уравнения превратится в большое дерьмо. Винс ненавидел дерьмо. Ненавидел то чувство, которое заползало в него, будто он был на незнакомой территории. Каждый хороший воин знал, когда нужно остановиться. И убираться к черту. В течение полусекунды Винс раздумывал над тем, чтобы развернуть машину. А потом Сэйди улыбнулась и помахала, и Винс почувствовал, будто его ударили под дых. И пришлось напомнить себе, что надо дышать. Он нажал кнопку на двери, и окно открылось.
- Привет, морячок, – сказала Сэйди. От шоссе поднималось бледное пыльное облачко. Она заглянула в открытое окно и увидела темные волосы и зеленые глаза на лице, которое, казалось, становилось все красивей с каждой встречей.
- Куда собралась? – спросил Винс.
- Куда-нибудь. – Сэйди отмахнулась от пыли. – Интересует?
- Возможно. – Он улыбнулся. – Что у тебя на уме?
Она улыбнулась в ответ, по-настоящему улыбнулась в первый раз за весь день.
- Скверная затея, о которой мы, возможно, пожалеем.
Винс указал на сиденье рядом с собой.
- Запрыгивай.
Сэйди не нужно было просить дважды. Пока она шла по шоссе, мимо проехало несколько машин, полных скорбящих. Они все были добрыми и благонамеренными, но она исчерпала темы для разговоров. Скользнув на сиденье, Сэйди пристегнула ремень.
- Боже, ну и денек. – Сняла шляпу и откинула голову на подголовник.
- Устала?
- М-м-м.
- Как все проходит? – Винс развернул машину и поехал обратно в Ловетт.
Сэйди повернула голову и посмотрела на него: и это она слышит от парня, который сказал, что не хочет разговоров?
- Похороны были милыми. Тонны цветов и множество людей. Еды достаточно, чтобы накормить целую деревню. Что не так-то просто сделать в Техасе. – Сидя в уютной кабине пикапа Винса, Сэйди позволила себе расслабиться в первый раз за день. Может быть, даже за неделю. – Чем ты занимался весь день? – Вау, их разговор походил на разговор пары. Что немного пугало.
- Искал квартиру и купил надувной матрас и спальный мешок в Амарильо.
- Я не знала, что ты ищешь квартиру.
На нем была обычная одежда: коричневая футболка и бежевые брюки карго. Из всех, кого знала Сэйди, Винс был единственным парнем, который мог носить такие цвета и заставлять их выглядеть какими угодно, только не унылыми.
Пикап выехал на шоссе.
- Прошлой ночью вернулась Лоралин.
- Я знаю. Она была на похоронах, а потом принесла пирог.
Винс взглянул на свою спутницу, затем снова посмотрел на дорогу.
- И это одна из многих причин, по которым я переезжаю.
Брови Сэйди взлетели на лоб, пока она изучала профиль Винса, его мощную шею и плечи, обтянутые футболкой.
- Ты уже что-то нашел? Как быстро.
- Я быстро действую.
- Я помню. Ты запустил руки мне под платье во время второй встречи.
Он тихо рассмеялся, снова посмотрев на нее.
- Ты не жаловалась.
- Точно.
Протянув руку за спинку своего кресла, он вытащил для Сэйди холодную бутылку диетической колы и упаковку «Читос».
Она смотрела на оранжевый пакет, лежавший у нее на коленях. Чувствовала холод бутылки с колой в своей руке. И в груди внезапно появилась тяжесть. Сердце чуть кольнуло. В прошлом мужчины дарили ей цветы, украшения и белье, а ее сердце болит из-за «Читос» и диетической колы?
- Ужин? – Возможно, все дело в эмоциях этого дня. - Осторожней. В следующий раз можешь пригласить меня в кино.
- У меня есть скрытые мотивы.
Сэйди открыла бутылку, сделала глоток и списала щекотное чувство, возникшее в желудке, на газировку.
- Я – гарантированный успех. Тебе не нужно кормить меня «Читос» и диетической колой, чтобы задобрить удачу.
- Я никогда не полагаюсь на удачу. – Винс посмотрел на нее, и уголок его рта приподнялся. – Я полагаюсь на хороший план. Он называется «полная боеготовность».
- Это настольная книга «котиков»?
- Кое-где. – Винс засмеялся. Мягкий, веселый звук, от которого пульс Сэйди подскочил. – Кое-где между «в срок, в точку, не отступать» и «хватай свою мошну и прыгай».
Сэйди улыбнулась:
- Свою мошну с вещами?
- И ее тоже.
- Ты не скучаешь по прыжкам с самолета?
Он посмотрел в боковое окно.
- Не так сильно, как раньше. Но да.
- Почему ты ушел?
Винс ответил через несколько секунд.
- В основном по семейным обстоятельствам.
Сэйди подумала, что, возможно, здесь что-то большее, но не хотела совать свой нос. Ладно, она хотела сунуть свой нос, но чувствовала, что не должна делать это.
- По чему ты скучаешь больше всего?
- По своим товарищам. – Винс прокашлялся и снова посмотрел вперед на дорогу. – По тому, чтобы быть частью чего-то, что имеет благородную цель. – Он замолчал на секунду. Потом добавил: – По плаванию в океане. По атакам на машины, оборудованные пулеметами и гранатометами. По перестрелкам.
Рассмеявшись, Сэйди открыла «Читос». Пикап въехал в Ловетт.
- Звучит, будто эта работа для меня. Я очень хорошо стреляю.
Винс искоса взглянул на нее:
- Неплохо для девчонки.
- Я могу победить большинство мужчин. Если мы снова попробуем, я, возможно, и тебя смогу победить.
- Этого не случится.
Правда. Сэйди видела его убийственную точность – результат правительственных тренировок.
- О чем еще в армии ты скучаешь?
- Скучаю по подводному плаванию и борьбе с волнами.
- Озеро Мередит примерно в шестидесяти милях к западу от Ловетта. – Сэйди с хрустом прожевала «Читос» и добавила: – У моего дяди Фрейзера есть бассейн в нескольких кварталах отсюда, но сейчас уже прошло время коктейлей, так что, скорее всего, дядя Фрейзер плавает там голый и пьяный. Хотя я могу спросить.
- Последние шестнадцать лет я жил около океана. Предпочитаю его бассейну. – Винс свернул на улицу Дезерт Кэньон, затем взял левее на Батт. – Особенно бассейну с пьяным мужиком, болтающимся в нем, как винная пробка.