– Ты не сделаешь этого.
– Напротив, совершенно определенно сделаю. Я устрою самую большую сцену, которая когда-либо случалась в аэропорту. Я привлеку внимание каждого, имеющего уши, в радиусе пяти миль. Я целиком привлеку силы охраны, чиновников аэропорта и персонала самолета. Короче говоря, я выдам до конца самый гневный припадок из всех гневных припадков. Ты должен будешь либо накормить меня наркотиками, либо вырубить, чтобы затащить в самолет, и я могу поспорить, что как бы жестко ты не разговаривал, ты не собираешься причинить мне вред.
Он свел машину на обочину дороги и прежде, чем я смогла даже вдохнуть, склонился ко мне, одной рукой пережав почти весь воздух в моем горле.
– Я убивал жнецов прежде и убью вновь. Что заставило тебя думать, что ты чем-то отличаешься?
– Ты не женился ни на ком их них, – прокаркала я, понимая с некоторой долей удивления, что что-то изменилось с тех пор, как я провела ночь с Кристофом – я больше не боялась его.
Он поджал губы.
– Это было жертвой с моей стороны, чтобы воспрепятствовать получению тобой полной силы.
– Жертвой, что разрушила мою жизнь так же, как и твою, – сказала я, сглатывая, когда его пальцы слегка ослабили свою хватку. Слабая песнь триумфа звучала в моей голове, я была права – он не собирался навредить мне. Он, может быть, и был стремящимся к мести вампиром, мужчиной, который не думал ни о чем, кроме как убить тех, кто замучил его людей, но было в нем что-то благородное, что я, должно быть, ощутила в течение ночи.
Его глаза вопросительно сузились.
– Не то, чтобы я поверила хоть на минуту, что свадебная церемония, к которой ты принудил меня, была законной, но позволь просто сказать, что будет. Ты когда-нибудь останавливался, чтобы задаться вопросом, что произойдет, если ты найдешь женщину, на которой действительнозахочешь жениться? Или я? Что если я столкнусь с человеком моей мечты этим утром? Я не смогу выйти за него замуж.
– Брак – законен для смертных. – Он фыркнул, освобождая мое горло и садясь обратно на свое сидение. – Он ничего не значит для Темных.
– Ладно, но это кое-что значит для меня, – сказала я, потирая свое горло. – А ты разрушил для меня хоть какой-то шанс обрести счастье с мужчиной.
Его пальцы дернулись.
– Ты понимаешь, что если устроишь сцену в аэропорту, полиция тот час же схватит тебя?
– О, я понимаю это. И благодарю, но, думаю, что скорее рискну с исландской полицией, чем с судом кенгуру[32], заполненным мстительными вампирами.
Он сел, пристально глядя в переднее стекло в течение нескольких минут, несомненно, понимая, что он не сможет принудить меня к желаемому им без моего хулиганского преставления.
– Я должен просто свалить тебя на колени Алеку и позволить ему иметь с тобой дело.
– Я и в самом деле должна поговорить с ним, – сказала я, не отказывая себе тоже слегка нахмуриться. Было много чего, что я хотела спросить у него, но, что более важно, мне нужно было понять, что он чувствует ко мне. Если он захочет продолжить отношения, я должна сказать ему о проведенной с Кристофом ночи. И я могла только представить, какова будет его реакция на это.
Кристофф колебался пару-другую секунд, прежде чем хлопнуть руками по рулю и дернуть машину в очень незаконный и весьма опасный U-образный поворот.
– Я возьму тебя к Алеку. И освобожусь от этого.
Отчего от «этого», задавалась я вопросом? Меня? Ситуации в целом? Поисков мести за его умершую подругу? Я обдумывала это, и то, что я собиралась сказать Алеку, пока он вез нас назад в город.
Глава 12
Я пару раз моргнула, чтобы адаптировать свое зрение к довольно тусклому, по сравнению с ярким солнечным светом снаружи, освещению библиотеки, и улыбнулась библиотекарю, бросившему на меня взгляд, когда я прокладывала путь к самой дальней части помещения, где, как я помнила, находилась небольшая группка индивидуальных кабинок, выстроившихся вдоль стены. Как я и полагала, это пространство было пустым. Я плюхнулась в одну из этих кабин и подождала.
– Вы тут! – Марта появилась из ниоткуда и понеслась ко мне. – Мы волновались, когда вы не вернулись! Все в порядке?
– Все настолько хорошо, как мы и ожидали. Мне жаль, что я не позвонила, чтобы сообщить, как дела с людьми из Братства, и чтобы вы знали, что со мной все хорошо, но похоже не со всеми вами. Где остальные? Ох. Доброго всем утра. Пожалуйста, вы не могли бы собраться вокруг? Я оказалась перед необходимостью говорить как можно тише, так, чтобы никто не подслушал.
– Э-э… пожалуйста, останьтесь также прозрачными. Мы не нуждаемся в одуревших от возбуждения невинных клиентах библиотеки.
Призраки появлялись один за другим, формируя маленький круг рядом со мной, у всех были ждущие взгляды, от которых я, однако, не могла отмахнуться.
– Прежде всего, я очень извиняюсь за то, что исчезла прошлой ночью и не вернулась обратно. Я столкнулась… ладно, вы можете назвать это – ситуацией с Кристоффом, и до сих пор не могла вернуться сюда.
Ингвельдур обменялась взглядом со Старой Агдой, которая скрипуче закудахтав, сказала:
– У вас была брачная ночь, не так ли? И надо сказать, ваш мужчина выглядел живеньким.
Мои щеки вспыхнули в ответ.
– Это не было брачной ночью.
– А? Тогда почему вы покраснели, как моя задница, отмокавшая в горячем источнике? – спросила Агда.
– Это прошло не таким образом, – быстро сказала я, намереваясь увести разговор к более важным вещам.
– Возможно, он не очень хорош, – сказала одна из других женщин. – Может быть он не выносливый. Я говорила, что это важно. Мужчина должен быть способен на кое-что большее, чем несколько толчков.
– Длительность у него, как раз хорошая… – я тормознула себя, прикрыв на мгновение глаза, чтобы не видеть веселья в глазах Агды. – Несмотря на мои вечерние действия, у меня есть кое-какие новости.
– У вас будет ребенок? – сказала Ингвельдур, подняв брови. – Быстрая работенка, хотя если он особенно умелый, не удивляюсь.
– Я не беременна! – громко сказала я, от волнения пробегая руками по волосам.
Женщина со стопкой книг приостановилась в ближайшем проходе и сунулась взглянуть на меня. Я наградила ее слабой улыбкой.
– Извините.
Она фыркнула и ушла прочь.
– Слушайте, – сказала я, пытаясь заставить румянец увянуть. Мои щеки ощущались настолько горячими, что я, вероятно, смогла бы поджарить на них яйцо. – Прошлой ночью я разговаривала с людьми Братства. Они объяснили мне, как работают все эти дела с Зорей. Я должна выйти замуж за одного из их людей, мужчину, представляющего солнце, чтобы запустить процесс получения сил. Следующий шаг – церемония нынче ночью.
– Вы пропадали и снова вышли замуж? – спросил Халлар.
– А это законно? – одновременно спросил Ульфур.
– Это совершенно законно, потому что: а) это не был реальный брак – это просто какая-то церемония, которую они проводят в своей секте и б) замужество с Кристоффом нелегальное. Я так считаю. Нет, я в этом уверена, и поэтому технически все еще холостая.
– Но, вы же разделили ложе со своим мужем, – сказала Ингвельдур, хмурясь.
– С каким? – спросил Халлар. – Я запутался.
– С первым мужем, с Темным, – сказала Агда. – Ставлю свое золото на него. Он выглядит так, словно у него хватит дыхания на долгую гонку.
– А что на счет другого мужа? – спросил все еще озадаченный Халлар. – Он тоже переспал с вами? Просто, сколько же мужчин вы уложили в постель, с тех пор как прибыли сюда?
– Она заполучила двух мужей? Я хочу быть Зорей! – заявила девица Дагран. Ее мать шикнула на нее.
– Это не тот сорт вопросов, которые задают женщине, – продолжила говорить Ингвельдур Халлару. – Но по моим подсчетам – троих.
– Я не спала с Матиасом. Так что только двоих! – я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить мои истрепанные нервы.
– С двумя за два дня. Довольно хорошее начало, если спросите меня, – сказала Агда. – Но не позволяйте себе останавливаться и уложите в постель своего другого мужа. Проверьте его аллюр и примите решение, которого жеребца вы оставите в своей конюшне.