Бескровная война роботов могла вызвать улыбку, но при одном взгляде на икса создавала гнетущее впечатление.
— А жить с двумя альтернативными системами нельзя? — предложил Габриель.
— Никогда! — проскрежетал старый икс-бот. — Война до последнего формата! Это наш лозунг. Верность традициям и возвращение к старой системе — вот наша цель. Но я утомил вас, господа. Где бы вы хотели побывать?
— Мне нужна справка, — попросил Альтарес. — Я бы хотел воспользоваться вашим информаторием. Ну или хотя бы вашей частью информатория.
Бот кивнул и повернулся к священнику.
— А вы?
— Мне нужна связь с земным отделением Церкви Света, — сказал Габриель. — И место на ближайший рейс до Земли.
— Хорошо, — ответил икс-бот. — Вам повезло. Еще неделю назад системы связи с дальними планетами были в руках фринукс-икс-ботов. Но мы их отвоевали. Идемте.
Робот поспешил вперед. Альтарес чуть притормозил Габриеля:
— Подумать только, — произнес сокрушенно. — И здесь то же самое. А казалось, самое порядочное и упорядоченное общество в мире. Как такое могло получиться? Эх, брат Габриель, куда катится мир?
Священник не нашелся с ответом, и они поспешили за икс-ботом.
Ближайший рейс на Землю отправлялся через семь часов. У Габриеля была еще уйма времени, и он решил прогуляться с Альтаресом до информатория. Хранилище информации выглядело жалко. Знавший это заведение икс-ботов в лучшие годы седой капитан разочаровался и совсем погрустнел.
— Они чистят друг другу мозги, грызутся из-за дурацкой операционной системы, а гробится ценная информация. Нет, брат Габриель, если уже роботы воюют друг с другом из-за продуктов, составляющих корзину потребителя, и уничтожают из-за этого куда более ценные вещи — мир определенно свихнулся.
С Альтаресом Габриель простился возле космопорта. Расстроенный донельзя капитан тепло обнял священника, пообещал найти его на Земле и побрел к кораблю. Габриель долго смотрел в его ссутулившуюся удаляющуюся спину. Старик с детскими горящими глазами выглядел сейчас просто стариком, будто ребенка, живущего внутри него, обидели, тот расплакался и убежал, оставив на время стареющую оболочку в гордом одиночестве.
Понять, о чем думал икс-бот, было невозможно. Он просто стоял в стороне, дожидался следователя, чтобы проводить его к системам связи.
Здесь тоже все оказалось на удивление быстро. Очередь рассосалась в считаные минуты. Не прошло и четверти часа, как его пригласили к аппарату.
На экране красовался брат Джон собственной персоной.
— Габриель? — Лицо священника-администратора было удивленно-недовольным.
— Добрый день, — приветствовал следователь. — Призрак устранен.
— Мы владеем этой информацией, — холодно ответил Джон. — Где вы?
— Скоро буду на Земле, — отчитался священник-следователь.
Тон администратора был ему непонятен. Если на Земле по какой-то причине ему хотят предъявить претензии, то Габриелю есть что ответить.
— И у меня к вам будет много вопросов, — пообещал он.
— Непременно отвечу на все. — Брат Джон попытался добавить в голос приветливости, но раздражение прорывалось наружу. — И все же где вы?
— Икс-87–98–34.
Суровые складки на лице Джона разгладились. Во взгляде появилась непонятная радость.
— Прекрасно, брат Габриель, — неожиданно смягчился администратор. — Прекрасно. Мы ждем вас на Земле.
Следователь не успел ничего сказать. Он только открыл рот, но изображение пропало, экран потух, и Габриель остался сидеть невнятно мычащим перед мертвым монитором. Это рассердило его еще больше. Нахлынувшая злость напрочь смела возникшие было мысли. Разум уступил эмоциям.
В отличие от него Джон эмоции контролировал и голову держал холодной, так что мысли в ней текли стройно.
Советник прав. Судя по разговору, возможность получения священником-следователем Габриелем информации, попадающей под статью сорок восемь, не просто превышала пятьдесят процентов. В том, что следователь владеет информацией, которая превращает его из верного сына Церкви в опасный элемент, брат Джон был уверен теперь на все сто процентов.
Глава 22
— И это ваш великий информаторий? — Исаак был раздосадован. От уникального информационного хранилища роботов он ждал большего.
— Кто же знал, что у них война и они стирают информацию. — Спут выглядел виноватым.
Ру-пор вертелся рядом. Уши пса то вставали торчком, то прижимались к затылку.
— А я еще хотел порадоваться, — поделился он, — что у великой цивилизации Икс-ботов ничего не меняется даже за сотни тысяч лет. Нет, парни, пока я спал, определенно что-то происходило.
Исаак не ответил, только усмехнулся. Зато Антрацита привычно понесло:
— Если коротко, то за последние сто тысяч лет в космос вышло десять рас. Три расы уничтожено, две покинули пределы галактики. Кроме того, произошла война с Призраками. Призраки попали в галактику через вихревую воронку. Остановить их смогла только человеческая раса. Люди создали Церковь Света и борются с Призраками вот уже…
— Слушай, — повернулся к Исааку арибал. — Ты говоришь, этот синий парнишка называется спут?
— Это их раса называется спуты, — поправил Исаак.
— И что, они все такие?
— Все, каких встречал, — кивнул Исаак. — И все, про которых слышал, тоже.
— Интересно, — задумался Ру-пор. — А бывают немые спуты?
Антрацит замолк на полуслове и обиженно посмотрел на собакообразное существо.
— Зато арибалов других не бывает, — ядовито пробурчал он.
На этот раз обиделся Ру-пор. Причем его обида проявилась иначе. Инопланетянин прижал уши и показал зубы. Выглядел он при этом диковато и весьма неприятно.
— Не сердись. — Исаак потрепал пришельца по холке, словно тот и в самом деле был собакой. Ру-пор оскалился сильнее и зарычал. — Извини, — опомнился священник. — Я не специально.
Арибал смерил человека сердитым взглядом. По лицу Исаака можно было понять, что он предельно честен, да он, собственно, и не врал. И собакообразный удовлетворенно кивнул.
— Еще бы ты это специально сделал, — буркнул он ворчливо, скорее для проформы, и тут же сменил тему: — Куда теперь? Есть в галактике еще какие-то информационные хранилища?
Исаак покосился на Антрацита, мол, давай, рассказывай, теперь твоя очередь языком трепать.
— Есть, — не заставил ждать себя спут. — Ближайшее на Земле. Принадлежит Церкви Света. Но оно закрыто.
— Считай, что открыто, — беспечно заявил Исаак. — Ну не каждый день, но по понедельникам и четвергам открыто.
— Это как? — не понял Ру-пор.
— А там на охране брат Терезий дежурит. Он прекрасно стреляет и чуть что врубает сигнализацию, но у него есть слабое место. Он недурен выпить, а пить не умеет. Во всяком случае, мне не ровня. А кроме как со мной в Церкви Света на Земле пить не с кем.
— Значит, летим на Землю, — вынес вердикт Ру-пор.
В зале ожидания сидели только люди и гуманоиды. Икс-боты провожали гостей планеты до дверей и прощались, дальше их гостеприимство не распространялось. Зато живых существ здесь было много. Габриель с трудом нашел свободное место, но занял его совсем ненадолго.
По левую руку от священника сидел мрачный дарзини и смотрел на все творившееся кругом с брезгливым высокомерием. Поначалу Габриель напрягся: память о последней встрече с дарзини еще была жива. Но ящер не обратил на священника никакого внимания, и следователь быстро расслабился.
Зато справа обнаружился шебутной мужичок потрепанного вида, которого явно тянуло поговорить. Мужичка звали Ким Чи. За полчаса он не только успел дважды официально представиться, но и через фразу повторял свое имя, так что потрепанного Габриель запомнил, кажется, на всю оставшуюся жизнь.
— Совершенно испортилось все, — трещал оборванец. — Совершенно. Раньше здесь можно было найти стихи Гегеля, а теперь даже сказки про Харе Стоппарда и философский лабиринт только в переложении и в сокращении. Вы знакомы с земной прозой докосмической эпохи? О, Ким Чи может многое порассказать об этом. К сожалению, сохранилось крайне мало, но то, что есть, — о, это так увлекательно. Стиль. У землян совершенно узнаваемый стиль. Но Ким Чи говорит не о нем. Главное — корни, понимаете? У всей земной прозы одинаковые корни!