– Дом, рада тебя видеть.
Арли напряглась и застыла рядом с Домиником. Он взглянул на нее и заметил два расцветших у нее на щеках ярко-красных пятна.
– Мисс Уитман, как поживаете? – приподняв брови, осведомилась вдовствующая графиня.
– Хорошо, спасибо, – ответила Арли.
– Я тут подумала, что, возможно, приеду навестить тебя в Рочфорд-Мэнор, – сообщила графиня, немало удивив Доминика.
Ни разу со дня смерти отца бабушка его не навещала. И то, что ей сейчас вдруг захотелось это сделать, вызвало у Рочфорда подозрения.
– Конечно, приезжай в любое время, – сказала Доминик, надеясь, что хотя бы голос его прозвучит искренне. – Ну, я уверен, что Лэнгли нас обыскался. Нам нужно идти, бабушка. Поговорим позже.
– Не сомневаюсь, – ответила графиня, сдержанно улыбнувшись.
– Она ненавидит меня, – прошептала Аряи, энергично обмахиваясь веером. – Как же это неприятно, ведь она мне так нравится. И... все смотрят на нас, Доминик. Может быть, я совершила ошибку, приехав с тобой. Наверное, мне лучше уйти.
Доминик резко остановился. Он осторожно приподнял голову Арли за подбородок и нежно ее поцеловал, сдержав улыбку, когда услышал, как ахнули все присутствующие и, прежде всего его бабушка:
– Моя бабушка почти никого не любит, и злится она только потому, что из-за нас вокруг имени Рочфордов разразился скандал. Если им это не нравится, то и черт с ними. А сейчас мой лучший друг женится, и у меня кольцо невесты. Я хочу присутствовать при этом событии, но если тебе кажется, что ты не сможешь этого вынести, я провожу тебя до кареты, и мы увидимся дома позже.
Доминик увидел в глазах Арли и колебание, и решимость. Она мягко улыбнулась:
– Я обожаю свадьбы. А так как мне очень нравится Лэнгли...
– Он тебе нравится!– Доминик нахмурился. – И насколько сильно?
Тонкая бровь Арли взметнулась вверх:
– Достаточно. А теперь идем, а не то опоздаем. Доминик понимал, что она шутит, но ненавидел ту ревность, которая охватила его из-за простой шутки. Что, если Арли, действительно, понравитсядругой мужчина?
Да, он купил ей наряды, дом, дарил драгоценности, но достаточно ли этого? Многие состоятельные мужчины могли сделать то же, некоторые могли позволить себе окружить ее большей роскошью и даже жениться на ней, например Дэниел, который сейчас смотрит на Арли. Молодой человек стоял рядом с роскошной брюнеткой, и улыбка исчезла с его лица, когда их с Домиником взгляды встретились. Доминик все еще помнил, как американец с Арли целовались в саду Уитли.
Доминик отбросил эти воспоминания и посадил Арли рядом с родственниками Лэнгли. Тетушка Лэнгли тепло ее обняла, но остальные проигнорировали девушку.
Арли смотрела, как Доминик подходит к жениху и другим участникам свадебной церемонии. Она не обращала внимания на устремленные на нее взгляды, вместо этого сосредоточившись на окружающей ее красоте: цветах, музыке... невесте, которая прелестно выглядела в шелковом кремовом платье, отделанном кружевом. Жена Лэнгли Роуз не была писаной красавицей, зато у нее была великолепная копна рыжих локонов, очаровательная улыбка и очень приятный ирландский акцент. Ее смех звучал, как музыка.
Пока пара произносила клятвы, Арли смотрела на Доминика. Как великолепен он был в черном фраке и брюках. Белоснежная рубашка подчеркивала его смуглую красоту. Все женщины испытывали к нему почти неприкрытое желание, и Арли вдруг ощутила удовольствие оттого, что занимает в его жизни особое место.
На секунду Арли представила, как стоит у алтаря рядом с Домиником, как они произносят клятвы, которые свяжут их навсегда. Как прекрасно было бы знать, что он всю жизнь будет принадлежать только ей. Рука девушки инстинктивно потянулась к пока еще плоскому животу.
По крайней мере, теперь с ней всегда будет его частичка, что бы ни случилось.
Отбросив все грустные мысли, Арли стала думать о ребенке. Каким он или она будет? Будут ли у ребенка темные волосы и голубые глаза или светлые волосы и зеленые глаза, а может быть, другое сочетание? Она вдруг поняла, что это не имеет для нее никакого значения – лишь бы ребенок был здоровым.
Когда священник объявил Лэнгли и Роуз мужем и женой, они поцеловались, и в огромном зале зазвучали приветственные крики и поздравления. Наконец, когда гул в зале стих, Арли стала пробираться к выходу, но все же успела заметить, как Доминик, такой высокий и красивый прижимает к губам руку рыжеволосой прелестницы, причем вид у него был вполне довольный.
– Мисс Уитман.
Арли обернулась и увидела бабушку Доминика, которая стояла, тяжело опираясь на свою трость:
– Могу я с вами поговорить? – спросила графиня.
Не успела Арли ответить, как пожилая дама уже направилась в соседнюю комнату.
Оглянувшись, Арли увидела, что Доминик все еще занят беседой с симпатичной дамой. Видя, что ждать помощи с его стороны не приходится, Арли последовала за графиней и села.
– Я понимаю, что мой внук обеспечил вам комфортную жизнь, – начала графиня, приподняв брови и глядя на Арли свысока, словно они не были друзьями всего несколько недель назад. – Я не стану ходить вокруг да около. Я думала, вы другая, Арли. Я думала, вы захотите видеть рядом с собой человека, который, по крайней мере, на вас женится. Дом никогда на вас не женится. Я знаю его так же хорошо, как себя саму. Он такой же, как его отец, а его отец, который женился только потому, что я заставила его это сделать. Мать Доминика была хорошей женщиной, и она искренне любила моего сына. К сожалению, он был не в состоянии хранить ей верность, и, в конце концов, это убило ее. Мне бы не хотелось, чтобы то же случилось с вами.
Щеки Арли вспыхнули:
– Я понимаю, что вы в нас разочаровались, но я всем сердцем люблю вашего внука.
Графиня покачала головой:
– Что случилось с той девочкой, которая мечтала о прекрасном будущем? Вы недавно обещали мне, что не позволите мужчине вас использовать. Но взгляните на себя. Арли. Именно это вы и сделали. Вы позволили ему поступить с вами так, как ему захотелось, и что с вами станется, когда он устанет от вас?
– Он меня не оставит.
Вдовствующая графиня жестко рассмеялась:
– Вы еще так молоды, Арли. Вы ничего не знаете о жизни. Сейчас Доминик доволен, но как долго это продлится? Сколько продолжаются все его связи? А когда всё закончится и он не станет больше оплачивать ваши счета, где вы тогда будете? Я скажу вам где. На улице, в поисках еще одного состоятельного мужчины, который возьмет вас на содержание. Осмелюсь предположить, мисс Уитман, что вы закончите так же, как ваша мать.
Арли вздрогнула. Ей не понравилось упоминание о матери. Арли искрение любила Доминика. Ее мать понятия не имела, что такое любовь, и искала ее в объятиях множества мужчин. Но Арли точно знала: то, что она испытывает к Доминику, и есть настоящая любовь. Графиня печально улыбнулась:
– Когда-нибудь он женится, Арли. И вы ничего не сможете с этим поделать. Какое-то время вы будете его любовницей, но никогдане узнаете, каково это – идти с ним к алтарю или просыпаться каждое утро в его постели.
Арли, у которой голова шла кругом от этой словесной атаки, спросила:
– Зачем вы все это говорите?
– Потому что вы довольствуетесь малым, а заслуживаете гораздо большего. Вы хорошая женщина и заслуживаете мужчину, который женится на вас и подарит вам сыновей и дочерей. Но этот мужчина не мой внук. Я слишком хорошо его знаю. А еще я знаю вас. Сможете ли вы быть счастливой, если будете всего лишь любовницей? Будете ли сидеть и ждать, когда он придет к вам – ждать, пока он исполняет свой семейный долг?
Арли точно знала, что имеет в виду графиня. И от одной мысли о такой жизни ей стало больно. Особенно теперь, когда она носила под сердцем ребенка Доминика. Арли хотелось сказать графине, что она носит наследника рода Рочфордов, но не смогла заставить себя произнести эти слова, боясь того, что может услышать в ответ.
– Оставьте его, Арли. Освободите его.