"Своё" - это Эвка, которая, смущаясь, заливается краской румянца. И с жадным любопытством слушает истории из библиотеки деда. И смотрит с восхищением и гордостью. Безгранично доверяет, но ревнует к каждому столбу. Податлива как пластилин и тверда как эбен. Соглашается: "Конечно, милый, как скажешь" и упрямится - бульдозером не сдвинешь. Или льнет, дрожа от страха в парке иллюзий. Шипит рассерженно и ластится, одаривая отражением полной луны в глазах.
Он стер номер Ильмиры и свел контакты к минимуму. На приемах обменивался общими фразами, не более. Гостья столицы провоцирует вызывающим платьем? Эка невидаль. Попялился как на редкий экспонат и пошел наматывать круги по залу под ручку с Эвой.
Поэтому Мэл удивился, обернувшись у "Турбы" на голос:
- Здравствуйте, Егор.
Красива, элегантна, гибка. В шляпе и с сумочкой на плече. Достойна быть первой леди государства. Поодаль - машина с дипломатическими номерами и личным шофером.
- Какими судьбами? Неужто чистая случайность? - поинтересовался вежливо Мэл.
Ильмира фыркнула.
- Конечно же, нет. Я ждала вас.
- Прошу извинить. Мне некогда, - он взялся за ручку дверцы.
- Давайте поговорим. Это не займет много времени. Не бойтесь, не съем я вас, - рассмеялась она.
- Получилось бы то еще зрелище. О чем речь?
- Вы обычно беседуете с дамами, дыша выхлопами в столичном бедламе? - помахала она рукой в перчатке, отгоняя от лица невидимые запахи. - Пригласите меня в кафе, - показала пальцем на противоположную сторону улицы.
Мэла охватило знакомое чувство раздражения.
- Ладно. Но недолго.
Он не стал подставлять локоть, чтобы помочь перейти дорогу. Ильмира поспевала, стуча тонкими каблуками. Не семенила и не шагала как великан, а шла ровно и с достоинством, придерживая шляпу. Мэл по-джентльменски открыл дверь в заведение, пропуская даму вперед, к столику у окна. Официант помог ей сесть, а Мэл, утомлённый суетой законченного рабочего дня, плюхнулся на соседний стул.
- Не потребуется, - отозвал официанта, заметив, что Ильмира собирается сделать заказ.
Она не воспрепятствовала. Поставила локти на стол и положила подбородок на ладони, разглядывая спутника. Мэл уставился в окно. Здание напротив - контора компании, в которой он работал. На предпоследнем этаже. Интересно, пятое или шестое окно от угла? Никогда не задумывался.
- Я хочу вас, Егор. На одну ночь, не более. Кто выдохнется первым, тот проиграл. Ставка - желание.
Мэл даже моргать перестал и брови поднял. От изумления. И с минуту осмысливал услышанное.
- То есть вы... рассматриваете это как состязание? - спросил, некстати охрипнув.
- Во-первых, не "это", а секс. Не изображайте пуританина, скромность вам не идет. Во-вторых, обычный секс скучен, зато стимул заставляет выкладываться на двести процентов. Выиграете, и я выполню любое желание. Например, пройдусь голой по проспекту до Дома правительства, - понизила она голос. - Как вам предложение?
Мэл сглотнул. "У нее тонкие губы. Как изогнутый лук", - отметил машинально. - "А у Эвки полноватые. Нижняя больше верхней и ложбинка сверху".
- Нет, - покачал он головой. - Вы обратились не по адресу.
- Наоборот. Мы похожи. И у нас в крови гуляет один и тот же вирус. Адреналин, риск, азарт. Почему бы не попробовать что-то новенькое?
- Без меня, - отозвался Мэл, вставая, чтобы уйти.
- Из-за девочки, с которой живете? - поднялась Ильмира. - Храните ей верность? Внесу ясность. Я не собираюсь разбивать ваши отношения. Всего лишь предлагаю честное соревнование.
- Вот обрадуются те, кто ходит "налево", - усмехнулся Мэл. - Они могут оправдывать измены спортивным интересом. Планируете устраивать чемпионаты?
- Хотели уколоть? - улыбнулась спутница. - Не удалось. Мое предложение остается в силе. Вы достойный противник.
- Я польщен, - ответил сухо Мэл, открывая дверь, чтобы пропустить даму. Это было самое короткое посещение кафе в его жизни.
Неожиданно искусительница прижалась к Мэлу, и ее губы оказались совсем близко. У его рта, если быть точным. И даровали вкус цитрусовых и мяты. А еще мягкость и властность поцелуя.
Мэл отстранился и убрал женскую руку с пояса.
- Не стоило, - сказал хмуро, оглядываясь по сторонам. Видел ли кто-нибудь? Напрасно он согласился на "серьезный" разговор. Трижды идиот. Повелся как пацан.
- Это аванс. Или анонс. Соглашайтесь, Егор. Не пожалеете.
Не ответив, он сбежал по ступенькам и направился к стоянке.
- Постойте! - Ильмира бросилась через дорогу на красный сигнал светофора, искусно лавируя между мчавшимися машинами. Как и Мэл.
Догнала у "Турбы".
- Поделитесь нашим разговором с ней? - спросила, когда он открыл дверцу. - Будете честны с маленькой слепой девочкой?
- Да, - ответил Мэл, сжав кулак. Сейчас он свернет чью-то шею к чертям собачьим.
- Правильно. Доверие - основа любых отношений. И не забудьте рассказать об авансе. О том, что он понравился.
- С какого перепугу?
- Вы закрыли глаза, Егор. От удовольствия.
- Ты ошиблась, цыпа. Отвратительно сосешься, - сказал он грубо. - Не переживай, я расскажу ей.
Ильмира наклонилась к окну, и треугольный вырез блузки показал, что она не надела бюстгальтер.
- Нет, Мэл, ты не скажешь, - усмехнулась, когда он отвернулся, окатив ее злобным взглядом. Злился, потому что засмотрелся на глубокое декольте. - Спорим! Если слепая девочка узнает от тебя о нашей дружеской встрече, я исполню любое желание. В противном случае придется мне заняться просвещением.
- Ты напрашиваешься. После agglutini* губы разрезают под наркозом. Скальпелем, - процедил Мэл. - И вообще, зря стараешься. Эва - не ревнивая истеричка.
Но Ильмире, похоже, нравилось дергать тигра за усы. Угрозы раззадорили её.
- Успокойся, Мэл, - сказала она снисходительно. - Существует такое понятие как женская солидарность. Я промолчу о страстном поцелуе на пороге кафе. Но взамен выберу соревнование на свое усмотрение, и ты не откажешься.
- Черта с два! - взорвался он.