– Да будет так, – печально кивнул владыка.
Ещё не успел быстроходный корабль Гуня достичь северных провинций, как князь приказал поднять вёсла и свернуть парус.
Спустившись в трюм «Дракона Ди» (так звали его прекрасный корабль) князь достал из самого тёмного угла небольшой резной ларец и при свете факела осторожно открыл его, предварительно посыпав замок тёмным порошком из маленького кожаного мешочка, висящего на правом запястье.
В устланном красным шёлком ларце на прозрачной паутине висел мерцающий белый кристалл, острые грани которого были покрыты морозным инеем.
Отогнав двух чёрных пауков в угол ларца, Гунь бережно извлёк кристалл, шипя и морщась от боли в обжигаемых холодом пальцах. Вне ларца кристалл засветился, поймав огненные блики горящего факела. Иней растаял, и князь смог сосредоточиться. Прикрыв глаза, он трижды беззвучно повторил слова древнего неизвестного ему языка, на котором говорили слуги и сыновья Небесного Правителя.
В лицо Гуня дохнуло холодом.
Князь открыл глаза и увидел перед собой двух седых стариков, сидящих в позе лотоса. Незнакомцы парили на небольшом расстоянии от дощатого пола трюма, находясь, судя по всему, в медитативном трансе.
Гунь не стал их будить, он лишь осторожно опустил кристалл обратно в ларчик.
Прозрачная паутина едва слышно зазвенела, и старики очнулись.
– Я, Суэ Мо, по прозвищу Чёрная Черепаха, – неожиданно громко сказал тот, что находился справа от князя.
– А я, Цзяо-Цзе, по прозвищу Пещерная Сова, – добавил второй, и старики неприятно рассмеялись.
Князь немного растерялся, так как на первый взгляд старички казались совершенно одинаковыми.
– Вы братья? – удивленно спросил он.
– Какая разница, – захихикал Цзяо-Цзе, – говори, дурак, зачем ты нас позвал? Платить-то тебе теперь в любом случае придётся.
И старики снова дружно засмеялись.
По спине Гуня поползли мурашки, но отступать было поздно.
– Я хочу… – начал князь.
– Мы знаем, чего ты хочешь, – довольно бесцеремонно перебили его старички. – Тут всё зависит от тебя. Мы скажем, как остановить потоп, а дальше решай сам.
Князь приготовился внимательно слушать.
– В Небесном Дворце хранится одно сокровище, – сказал Суэ Мо по прозвищу Чёрная Черепаха, – зовётся это сокровище сижан. Никто не знает, что это такое. Похоже оно на комок земли и, если его бросить через левое плечо, то вырастут горы, а если бросить через правое, то поднимутся земляные стены. Если пользоваться сижаном мудро, то можно остановить потоп.
– Но как мне добыть это чудо? – в сердцах закричал Гунь.
В ответ старички очередной раз ехидно рассмеялись.
– Не будь дураком, – сказал Цзяо-Цзе.
– Не смей перебивать нас, – добавил Суэ Мо. – Мы поможем тебе попасть в Небесный Дворец. Там ты легко найдёшь сижан, следуя за клубком шёлковых ниток. Запомни наш совет, пользуйся этим чудом с умом, иначе у тебя ничего не выйдет. Как только ты найдёшь сижан, тут же вернешься на землю.
– Да, и готовься заплатить цену, – хрипло с угрозой напомнил Цзяо-Цзе. – Мы не ведаем, где тебе удалось раздобыть ретранслятор, но, открывая ларец, ты должен был знать, что за оказанную услугу, придётся хорошенько с нами рассчитаться.
– Да-да, рассчитаться, – обрадовано повторил Суэ Мо и довольно, словно в предвкушении обильной трапезы, потёр маленькие ручки.
Гунь набрал в грудь воздуха, чтобы спросить старичков о цене, которую ему придется заплатить, но те уже исчезли и лишь светящиеся белые мухи какое-то время плясали в воздухе там, где недавно хихикали древние маги.
Гунь закрыл волшебный ларец и попытался встать с колен. Неожиданно он почувствовал головокружение. Не удержав равновесия, князь упал, с удивлением увидев, как в падении проваливается сквозь борт, покачивающегося на волнах корабля.
Очнулся князь уже в совсем другом месте.
Сначала долго вспоминал, кто он, затем принялся мучительно размышлять, зачем это он попал в этот прекрасный дворец.
Князь вспомнил всё, но вспомнил не сразу…
Архитектура невиданного строения глубоко потрясла его. Гунь ни разу не видел ничего подобного. Неведомый маг, создавший Небесный Дворец, был искусным художником. Многочисленные анфилады переходов он сделал из виртуозно обтёсанного льда. Пол тускло светился под ногами. Круглый свод дворца был чернее ночи, и эту ночь то тут то там, прорезали яркие огоньки звёзд.
Гунь долго не мог сдвинуться с места, он был раздавлен величием и красотой Небесного Дворца. Когда же князь, наконец, сделал первый шаг и вышел из тёмного круга на светящемся полу, то почувствовал странную тяжесть, словно нёс на спине мешок с камнями.
Каждое движение давалось с трудом, но Гунь, помня о своей цели, преодолел ледяную анфиладу, выйдя в просторный зал, заросший тёмно-красными деревьями, по стволам которых бежали вверх разноцветные огоньки. Ориентироваться в этом зале было совершенно невозможно. Гунь замер в нерешительности. Он не знал, куда идти. И тут князь вспомнил о клубке шёлковых ниток, о котором говорили древние маги. Клубок тут же подкатился к ногам Гуня, вынырнув из багрового сумрака, словно подслушав чужие тревожные мысли.
Гунь наклонился, попытавшись взять клубок в руку, но тот ему не дался, резво отскочив в сторону. Пообещав себе ничему больше не удивляться, князь покорно двинулся за своим волшебным поводырём.
Трудно сказать, сколько они шли. Сначала Гунь пытался считать залы, через которые его вёл шёлковый клубок. Но вскоре сбился и лишь с благоговейным страхом смотрел по сторонам, стараясь подмечать любые детали.
Особенно ему запомнился громадный зал, наполненный каменными статуями четырёхруких великанов. Великаны держали свод зала. Было видно, что делать им это нелегко. Каменные мышцы лопались от напряжения, на лицах застыла страдальческая гримаса.
Всё то время, пока Гунь проходил через этот зал, его не покидала кошмарная уверенность, что статуи великанов живые.
В следующем зале на полу лежал мёртвый жёлтый речной дракон. Вокруг поверженного чудища возились странные существа, похожие на громадных термитов. Их блестящие спины красиво переливались, а двигались они, издавая тихое монотонное жужжание. Князь мало что понял но, похоже, термиты пожирали дракона. В одном месте чешуйки на панцире чудовища были приподняты и из открывшейся раны торчали разноцветные лоскутки какой-то материи. Термиты сновали туда-сюда, нося в мощных жвалах, кусочки мёртвой плоти. Гунь поспешно отвёл глаза…
Наконец клубок остановился, закатившись в узкий ярко освещённый коридор.
Князь всё удивлялся безжизненности Небесного Дворца. Кроме суетящихся у мёртвого дракона термитов, он не встретил по пути ни одной живой души.
Войдя в узкий коридор, Гунь обратил внимание на небольшое круглое окошко, закрытое твёрдой, прозрачной как поверхность горного озера, пластинкой.
За окном далеко внизу он увидел землю. Вода уже полностью завоевала сушу. Лишь кое-где темнели маленькие островки – последний оплот отчаявшихся смертных. Затем налетел ветер, и прозрачное окно затянуло клубящимися облаками.
Князь взглянул на клубок.
Тот по-прежнему не двигался с места. Гунь догадался, что они уже пришли. Сижан был где-то рядом. И, действительно, как это он сразу не заметил? По обеим сторонам узкого коридора тянулись длинные полки, уставленные диковинными вещами, многие из которых совершенно не поддавались описанию.
Князь подошёл именно к той полке, у которой на полу застыл клубок шёлковых ниток. Похоже, древние маги его действительно не обманули. Под прозрачным колпаком лежал обыкновенный комок чёрной земли, без сомнения, это и был волшебный сижан.
Осторожно коснулся прозрачной полусферы, оказавшейся на ощупь холодной, словно камень. Как только князь отдёрнул руку, колпак бесшумно раскололся пополам, прозрачные стенки опустились. Казалось, сижан сам предлагал себя взять.