— Знаете, когда-нибудь вы спасете меня, и я не буду так жутко выглядеть.
— Что вы? Вы всегда прекрасно выглядите, — сказал мистер Брэдфорд.
После этих слов Азалия готова была его расцеловать.
Идти и правда пришлось совсем не много — всего один квартал от собора. И слава Богу, потому как ступни Азалии обернулись ледышками, и ее пришлось почти нести. Мистер Брэдфорд с энтузиазмом помогал ей всю дорогу, как если бы она весила легче перышка. Он накинул на девушку свой плащ, через который Азалия ощутила тепло самого мистера Брэдфорда.
В магазине пахло деревом и маслом. Несколько десятков часов — с кукушками, c колокольчиками, с маятниками в форме розы — выстроились вдоль стен и у стеклянной витрины. И в этом чудесном старинном здании непрерывно тлели угольки, — да, здесь могли себе такое позволить.
В то время, как Азалия медленно оттаивала возле печки, мистер Брэдфорд поставил чайник и достал из кладовки под лестницей другие плащи и накидки.
— Вы часто здесь бываете? — поинтересовалась Азалия, удивляясь непринужденному поведению спутника.
— Да, я постоянно помогаю мистеру Грюнингсу с часами, — признался мистер Брэдфорд.
— Помогаете?
— Мне нравится разбирать механизмы.
Вот в чем дело, подумала Азалия. Она вспомнила, как однажды Король переставил все книги в библиотеке согласно определенному порядку, потому что считал, что так ими удобнее пользоваться. Азалия рискнула предположить:
— И потом, вам нравится их иначе собирать?
Мистер Брэдфорд просиял.
— О, да! Некоторые часовые механизмы совершенно устарели, и приходится заводить их, как минимум, дважды в день. Не сомневаеюсь, что и в столь крохотных предметах возможно эффективнее генерировать энергию. — Продолжая улыбаться, мистер Брэдфорд повернулся к отжившей свое верхней одежде. На одном из крючков чулана висел чрезвычайно старый, обветшалый плащ. Мистер Брэдфорд взглянул на ноги Азалии. — Может, еще пальто, чтобы укутать ноги?
Азалия расправила юбки, проследила за его взглядом... и зажмурилась от смущения. Тем темным утром, она, отчаявшись найти ботинки, схватила из корзинки с танцевальной обувью пару, которую она посчитала своей. Что ж, она ошиблась лишь на половину. Одна туфелька, зеленая, и в самом деле принадлежала ей, а другая Брэмбл и была красная. Вид был ужасный и... отчасти даже праздничный.
— Я... я иногда бываю импульсивной... немного, — с досадой призналась Азалия и спрятала ноги под юбки.
— Так значит, слухи не врут. Вы в самом деле танцуете по ночам.
Азалия хотела возразить, но ее внимание привлекло движение за окном. Статная белая лошадь стучала копытами по булыжной мостовой. По ступенькам кто-то поднимался.
Собрав в охапку юбки, Азалия метнулась в ближайшее укромное место — в кладовку.
Мистер Брэдфорд уже ждал ее. Он прижался к стене, а когда она запрыгнула, спрятал ее юбки и закрыл дверцу.
Непроглядная тьма окутала их. Свалилась метла на чью-то голову, судя по всему на голову юноши. Звон колокольчика сообщил о посетителе.
Последовало неловкое молчание.
— Ой, — сказал голос мистера Брэдфорда.
— Простите, — прошептала Азалия, осознав, что навалилась на своего спутника. От него пахло мылом, хвоей и свежим бельем. С трудом она удержалась, чтобы не уткнуться в его галстук и не вдохнуть полной грудью.
— Это, ох, из-за тесноты, мне кажется... — запинаясь промолвил он.
Азалия с жаром зашептала:
— Прошу вас, пожалуйста. Там Фейрвеллер. Не дайте ему меня увидеть. Пожалуйста.
Раздался стук прогулочной трости о стойку. Мистер Брэдфорд взял Азалию за руку.
— Потерпите, — сказал он. Затем, сопровождаемый шелестом юбок, плащей и грохотом злостчастной метлы, он вышел и плотно прикрыл за собой дверь. Азалия следила за происходящим через щелочку, пропускающую тоненький лучик серебряного света.
— Доброе утро, министр, — поздоровался мистер Брэдфорд. — Магазин еще закрыт. Мистер Грюнингс прибудет где-то через два часа.
— Я увидел свет и решил зайти, — это говорил Фейрвеллер, как обычно без всякого намека на эмоции. — Я заказывал женские часы из Делчестра, их еще вчера должны были прислать. Они к вам поступили?
Женские часы? Азалия наклонилась, желая получше рассмотреть Фейрвеллера.
— Я полагаю, вчера вечером был завоз. Как они выглядят?
— Серебряные. На ленточке. И... — На лице Фейрвеллера что-то промелькнуло. Как же Азалия хотела оказаться поближе! — И нежные. Хрупкие и изящные настолько, что... к ним даже страшно прикасаться, боясь сломать.
От удивления Азалия открыла рот. Фейрвеллер! Фейвеллер влюблен! Она едва не расхохоталась. Ох, бедняжка, издевательски подумала Азалия про возлюбленную Фейрвеллера. Должно быть часики дорогущие, раз он выписал чек. Мистер Брэдфорд извлек из подсобного помещения маленькую коробочку и передал ее покупателю. Тот взял ее с предельной осторожностью и понес словно новорожденного младенца. Изумлению Азалии не было конца и края.
Едва входная дверь захлопнулась, Азалия выскочила из кладовой.
— Святые небеса! В моем чулане леди! — деланно воскликнул мистер Брэфдорд.
— Вы это слышали? — недоумевала Азалия. — Фейрвеллер! Влюблен! Держу пари, часы — подарок на помолвку. Кто же она? Леди Кавершем? Тогда она точно спятила!
Мистер Брэдфорд улыбнулся. Продолжая строить догадки, Азалия помогла приготовить чай, и молодые люди уселись на стулья-стремянки перед чернеющей печью. Закутанная в два плаща девушка постепенно согревалась, попивая горячий чай из старинных кружек.
— Надеюсь, он по-настоящему влюблен в эту даму, — сказала Азалия, задумчиво помешивая напиток. — Да, Фейрвеллер мне не нравится, но я надеюсь, что она его тоже любит. Надеюсь, она не выходит за него замуж из-за денег. Это было бы так... печально. Она должна ценить в нем, прежде всего, разум и душу.
— Вы романтик? — спросил мистер Брэдфорд.
— Нет. Не в этом дело, — возразила Азалия. — Думаю, об этом все мечтают. Например, я бы хотела, чтобы кто-нибудь, вроде...
Она резко замолкла, ужаснувшись, что она сначала говорит, а потом думает. Она едва не сказала: "кто-нибудь, вроде вас".
А потом она осознала весь смысл происходящего.
Она влюблена!
Кружка затряслась в руках, Азалия сморгнула. Влюблена! Она никогда даже не задумывалась о любви — а зачем? Парламент выберет ей мужа. Но вот перед ней он — идеальный правитель (даже сам Король признал бы это) и идеальный джентльмен с добрыми глазами цвета коричного хлеба и утонченными манерами, прагматичным умом, взъерошенными волосами, робкой улыбкой... Какой же он очаровательный.
Азалия внезапно устыдилась и покраснела.
— Согласен, — продолжал разговор мистер Брэдфорд. Даже голос у него приятный. — Думаю, вы правы.
— Ха. Так-то! — выпалила Азалия, испытавая легкое головокружение.
— По правде говоря, мне даже немного жаль вашу старшую сестру.
Тиканье настенных часов обернулось ударами хлыста.
Азалия медленно опустила кружку.
Ох...
Она совсем забыла! Он до сих пор думает, что она Брэмбл! Теперь в голову полезли еще менее радужные мысли. Вероятно, часы его утеряны навсегда. И... с какого перепуга, он ее жалеет?
— Жалеете? — тихо переспросила Азалия.
— Она супруга будущего короля. Сомневаюсь, что в таком союзе можно расчитывать на искренность.
Азалия крепко сжала чайную ложку.
— Но... что если она... найдет того, кто... возможно... искренне ее полюбит? — не сдавалась Азалия.
— А будет ли он тогда хорошим королем? — ответил мистер Брэдфорд. — Мне кажется...
— Из вас бы вышел отличный король, — перебила его Азалия.
Мистер Брэдфорд явно не ожидал такого ответа и некоторое время просто помешивал чай.
— Сомневаюсь, — наконец изрек он.
— Не сомневайтесь. — Азалия, настолько крепко вцепилась в кружку, что обожгла ладони. — Вы благоразумный и добрый, и разбираетесь в политике...
— Дело в... королевском сане, — краснея, принялся объяснять мистер Брэдфород. — Я... я никогда не хотел быть королевской особой.