46. Что прошло, я это знаю, а что придет, не ведаю.
47. Он сказал мне: стань на правую сторону, и я объясню тебе значение подобием.
48. И я стал, и увидел: вот горящая печь проходит передо мною; и когда пламя прошло, я увидел: остался дым.
49. После сего прошло предо мною облако, наполненное водою, и пролился из него сильный дождь; но как скоро стремительность дождя остановилась, остались капли.
50. Тогда он сказал мне: размышляй себе: как дождь более капель, а огонь больше дыма, так мера прошедшего превысила, а остались капли и дым.
44–50. Автор пытается точнее знать наступление конца путем сопоставления времени, протекшего от творения мира с тем сроком, который остается до конца. Ответ дается при помощи двух символов. Ездра видит пылающую печь; печь проходит перед его глазами, и от нее остается один дым. После этого над ним проносится облако с обильным дождем; когда дождь стал ослабевать, с неба падали лишь отдельные капли. Видение печи и дыма взято из книги Бытия (XV: 17), где повествуется о Богоявлении, бывшем Аврааму ночью. Об этом Богоявлении была речь уже выше ( III: 14 ). Оба видения имеют в виду показать, что сравнительно с прошлым время, остающееся до конца, так же непродолжительно, как ничтожен дым в сравнении с пламенем и капли дождя в сравнении с ливнем.
51. Тогда я умолял его и сказал: думаешь ли ты, что я доживу до этих дней? и что будет в эти дни?
52. На это отвечал он, и сказал: о знамениях, о которых ты спрашиваешь меня, я отчасти могу сказать тебе, а о жизни твоей я не послан говорить с тобою, да и не знаю.
51–52. Автор желает узнать, доживет ли он до конца. Ангел отзывается неведением (ср. Мк XIII: 32). Послепленное иудейство стремится, с одной стороны, точно определить время конца, с другой, оттенить мысль, что оно составляет тайну даже для ангелов и известно одному Богу. События, имеющие случиться перед наступлением конца, названы знамениями (signa). Для человека, умеющего разбираться в смысле развертывающихся пред его глазами явлений, они будут обозначать близость конца ( IX: 1–2 ).
Глава V
Знамения, предшествующие концу (1–13). Впечатление от речи Ангела (14–15). Увещание Фалтиила с призывом вернуться к народу (16–19). Второе видение. Недоумения Ездры по поводу того, что Бог наказывает свой избранный народ не непосредственно Своею рукою, но при помощи язычников (20–30). Ответ ангела. Бессилие человека постигнуть любовь Бога к Израилю и углубиться в планы Божественного домостроительства (31–40). Строгая постепенность в осуществлении Божественных планов, исключающая возможность несправедливости к кому-либо на суде (41–49). Приближение мира к старости (50–55). Вопрос о том, кто будет производить последний суд (56).
1. О знамениях: вот, настанут дни, в которые многие из живущих на земле, обладающие ведением, будут восхищены, и путь истины сокроется, и вселенная оскудеет верою,
1. Вульгата, точно передаваемая славянским переводом, в числе знамений на первом месте указывает обременение жителей большой данью (in censu multo). Русская Библия руководится поправкой Фабриция, сделанной применительно к арабскому тексту (in sensu multo). Она влагает сюда тот смысл, что в последние дни разумные люди будут взяты с лица земли (ср. Мф XXIV: 40; Лк XVII: 34–37). Фолькмар (22), Гильгенфельд (Messias Judaeorum, 124; Esra und Daniel, 16), Фриче (28), Биссель (647) и Цеклер (45) принимают чтение in sensu multo, видя здесь указание на безумие, которым будут одержимы люди перед кончиной мира. Бенсли (15) применительно к сирскому переводу предлагает чтение in excessu multo. Подобное же исступление или ужас нападет на людей, когда Всевышний придет освободить Свой порабощенный народ ( XIII: 30 ).
2. и умножится неправда, которую теперь ты видишь и о которой издавна слышал.
2. Об умножении беззаконий в последние дни не раз говорят новозаветные книги (Мф XXIV: 12).
3. И будет, что страна, которую ты теперь видишь господствующею, подвергнется опустошению.
3. Текст Вульгаты страдает темнотою. В русской Библии непонятное выражение imposito vestigio совсем опущено; в славянской оно передано словами «в нюже вшед» , которые в данном месте оказываются совершенно лишними и неожиданными. Ездре не было никакой надобности вступать в страну, царившую в его время над всем миром: он жил в ней, подобно прочим иудеям рассеяния. Гильгенфельд (Judische Apokaryptik, 193) видит в указанных словах намек на крайний деспотизм в отношениях римлян к евреям. Римская империя царила над Израилем, попирая его ногами. Но для такого понимания слова vestigium нет оснований. Фолькмар, Биссель и Циклер предлагают читать здесь incompositio e vestigio, понимая весь стих следующим образом: «И будет разорение по пути той страны, которую ты видишь ныне господствующею, и увидят, как она станет пустыней». Бенсли, применительно к сирскому переводу, воспроизводит латинский текст в таком виде: «И страна, которую ты видишь ныне господствующей, будет неустроена (incomposita, Syr. instabilis) и без следов человека (sine vestigio, Syr. non calcata)». Ни один человек не будет попирать ее своими пятами. Впрочем, латинский рукописный текст (incomposita vestigio) может быть правильно понят и без дополнения Бенсли. Страна, которую Ездра видит ныне господствующею, будет неблагоустроена для передвижения, для ходьбы, по ней не будет проторено дороги стопами людей, она будет непроходима.
4. А если Всевышний даст тебе дожить, то увидишь, что после третьей трубы внезапно воссияет среди ночи солнце и луна трижды в день;
4. Латинский текст вносит в умышленно темную речь автора ряд произвольных толкований, не оправдываемых восточными переводами. Упоминание о третьей трубе (post tertiam tubam) неуместно, так как ниже, во втором видении, идет речь всего лишь об одной трубе, предвещающей конец мира. Фолькмар (23–24) произвольно отожествляет третью трубу с той последней трубой, за которой по словам Ап. Павла последует воскресение мертвых (1 Кор XV: 52; cp. Мф XXIV: 31; 1 Сол IV: 16; Откр VIII: 2). Лике понимает выражение «после третьей трубы» как указание на время, когда Ездра удостоится более обстоятельного откровения о последних днях мира. По свидетельству Гемары, подтверждаемому Флавием (Об Иудейской войне, IV, 9, 12), трубным звуком у евреев возвещалось наступление и конец субботы. Третья труба обозначает здесь третью субботу, имеющую наступить через две недели после настоящего видения. Первые три видения, представляющие одно целое, происходят по субботам. Пред каждым из них автор постится по неделе. Таким образом, к началу третьего видения исполняются три недели поста ( VI: 31 ), заповеданные Ездре в данном месте. Трехнедельный пост представляет подражание кн. пророка Даниила (X: 2). В восточных переводах вместо звука третьей трубы указан иной признак: землетрясение (ср. Мф XXIV: 29; Откр XI: 13). Ван-дер-Улис предполагает, что в латинском тексте стояло первоначально terram turbatam. Гильгенфельд (47) защищает чтение post tertiam turbatam и вкладывает в данное место такой смысл: «Ты увидишь, как страна, имеющая последовать за третьей, станет переживать треволнения». Он приурочивает его к четвертой Данииловой монархии (сирийской). Гутшмид (282), разделяя взгляд Лике на смысл третьей трубы, усматривает здесь намек на землетрясение, бывшее весной 31 г. до Р. Х. По еврейскому календарю оно падает на третью субботу после начала нового года, в средине месяца Нисана. Наиболее естественное объяснение выражения post tertiam дают Блас и Гункель (359), понимающие его в смысле указания на третий день (μετώ τηντρίτην), вслед за которым должна наступить кончина мира. Три дня употребляются в апокалиптической письменности в значении таинственного числа для определения срока, остающегося до наступления нового века. Конец стиха, где говорится о троекратном появлении луны в течение дня (ter in die), в Вульгате поврежден. В рукописях идет речь лишь о том, что луна будет сиять днем (interdie). При кончине мира не будет ни дня, ни ночи: солнце будет блистать ночью, а луна будет лить свои бледные лучи днем (Мк XIII: 24; Мф XXIV: 29; ср. Ис XIII: 10; Иез XXXII: 7–8; Иоил II: 30–31). Весь стих может быть воспроизведен в таком виде: «А если Всевышний даст тебе дожить, то ты увидишь, как после третьего дня земля придет в замешательство: солнце внезапно засияет ночью, а луна - днем».