Глава 9
Гриль-бар «Трилистник», Йонкерс, Нью-Йорк
18 ноября 2006, суббота
За всю свою жизнь Сэм Винчестер не раз размышлял, что же такое ад.
Он рос христианином (папа, странное дело, был довольно-таки религиозен), поэтому верил в бога и прочие вещи, в которые верит среднестатистический белый американец. И пусть он не ходил в церковь по воскресеньям, за исключением разве расследований на охоте, но молился каждый день и читал Библию — в детстве и потом, в Стэнфорде, на занятиях по теологии. Но Библия могла дать не слишком-то много деталей. В Новом Завете, например, часто говорилось о царствии небесном, но опять-таки без подробностей.
Ад — это конкретное место? Вполне возможно, ведь лезут же откуда-то демоны. И если принять во внимание, что на свете не слишком много неупокоенных духов, получается, что после смерти люди куда-то уходят. И куда же? Или они просто растворяются в вечности? Но тогда стоит вспомнить про Жнецов — одного они встретили в Небраске[67], второго Дин видел в больнице после аварии[68] — которые готовят умерших к чему-то. Если люди просто исчезают, зачем нужны Жнецы?
Потусторонние твари тоже говорили про ад. Демон из самолета[69] рассказывал, как страдает Джессика, что-то похожее, но только про отца, втирала Дину демон перекрестка[70]. Все знают, что демоны лгут, но в каждой лжи есть доля истины. Сэму становилось очень не по себе при мысли, что Джесс, возможно, мучается в преисподней только потому, что однажды сглупила и влюбилась в него. Он каждый день молился, чтобы это было не так.
Ладно, предположим, ад, о котором много рассказывали такие люди, как, например, пастор Джим, все-таки существует, но ведь о рае известно еще меньше.
Факультатив по теологии Сэм взял по той же причине, что и «Сверхъестественное в американской популярной культуре»: ему хотелось узнать, как простые люди относятся к той реальности, которая захватила Сэма Винчестера, когда ему исполнилось полгода. А еще Сэма очень заинтриговала концепция инь-янь из восточных поверий: не бывает белого без черного и черного без белого, всегда есть капелька белого в черном и наоборот. Лучше всего, пожалуй, эту мысль выразил фолк-исполнитель Арло Гатри, старый альбом которого слушал сосед Сэма по комнате: «У тебя внутри не может быть света без чуточки тьмы. Одно без другого не существует». В общем, если есть ад, то есть и рай.
И все же, что такое ад? Дом для падших ангелов, восставших против бога, из «Потерянного Рая» Мильтона[71]? Или огненная яма из проповедей кальвинистов[72]? Или на самом деле все обстоит, как в старой шутке и пьесе Жана-Поля Сартра[73] «Выхода нет», в которой ад описывался, как трое людей, запертых в одной комнате.
А вообще, здесь и сейчас, в гриль-баре «Трилистник», Сэм полностью согласился с Сартром и понял, что ад находится где-то в пространстве между Жанин Молина и Дином Винчестером.
Жанин все-таки позвонила маме, и та, заручившись обещанием Манфреда доставить дочурку домой в целости и сохранности, разрешила ей присоединиться к музыкантам. Дину явно не улыбалось общаться с Жанин (Сэм тоже находил ее весьма… оригинальной), особенно принимая во внимание ее восхищение выступлением «Скоттсо», так что младший Винчестер вполне понимал, почему его обычно любвеобильный, словно мартовский кот, брат на этот раз позаботился о том, чтобы между ним и Жанин оказался Сэм. В довершение всего, с другой стороны к Дину подсел Алдо и тут же взял в оборот его машину:
— Сэм, как тебе, черт возьми, удается держать шестьдесят восьмую Импалу в таком отличном состоянии?
— Я Дин. И она шестьдесят седьмого года.
— А я как сказал? По-любому, выглядит шикарно.
Дин широко улыбнулся:
— Недавно почти по винтику собрал.
И они завели нескончаемый разговор о моторах, коробках передач, всяческих жидкостях для них и прочей автомобильной амуниции, которая в сэмовом списке Самых Скучных Тем стояла где-то между Любимой Музыкой Дина и Сексуальными Похождениями Дина. И все бы ничего, но Жанин, отчаявшись пробиться к Дину, обратила внимание на Сэма. В «Трилистнике» было светлее, и младший Винчестер разглядел, что у девушки карие глаза, которым мог бы позавидовать сам Бэмби. Да и сама она очень смахивала на этого мультяшного олененка. Как и можно было ожидать, Жанин заговорила о Дине:
— Ну и как любит отдыхать твой брат?
На ум Сэму сразу пришло несколько весьма недобродушных ответов.
«Он обожает флиртовать с женщинами, такими как ты, и притворяется непомерно крутым и сексуальным, чтобы затащить их в постель…»
«Мы с ним ворошим газеты и интернет, отслеживая сверхъестественных тварей, а потом убиваем их, пока они не причинили людям вред…»
«Он мухлюет на бильярде и покере, и это единственный легальный способ заработать бабок, которые уходят на паршивые мотели, паршивую еду, прачечную и бензин…»
Сэм мог высказать вслух любое из вышеперечисленного: это бы поубавило девице пыла, а кроме того было чистой правдой. Однако Сэм мучился сомнениями: часть его развлекалась зрелищем пришибленного Дина, а вторая часть хотела, чтобы Жанин заткнулась уже. Наконец, он небрежно проговорил:
— А почему бы тебе самой его не спросить?
— Ох, они с Алдо о машинах треплются, а это насто-о-лько не моя тема. Не хочется вмешиваться. Все, что я знаю о машинах, это что, когда ты поворачиваешь ключ, они едут, а когда жмешь на тормоз, останавливаются.
— Точно, — кивнул Сэм, отхлебнув пива, — У меня примерно та же ситуация.
«Трилистник» объявлял себя всецело ирландским баром, но, оглядев темную мебель, обшарпанные стены, расшатанные стулья и разномастных клиентов, среди которых явно не все могли похвастаться ирландскими корнями, Сэм склонился к выводу, что этот бар точно такой же, как и те, которые они с Дином посещали по всей стране. Единственными исконно ирландской деталью было наличие в меню пива «Гиннес» и «Киллиан».
— Я смотаюсь в сортир, на большие дела потянуло, — Алдо допил колу и отошел.
Гитарист почему-то не пил спиртного и — единственный из всей группы — не курил. Кроме того, Сэм припомнил, что на сцене у всех участников «Скоттсо» стояло пиво, а у Алдо только вода со льдом. При этом, если верить Дину, только один гитарист и играл прилично. Сэм тут же задумался, нет ли тут связи.
Жанин тут же сорвалась с места и пристроилась рядом с Дином и мечтательным голосом позвала:
— Эй, Дин…
— Э, да?
— Тебе тут нравится?
Дин буквально заерзал на стуле, и Сэм замаскировал широченную ухмылку очередным глотком пива.
— О… да-да. Я просто в кайфе. Послушай, ты случаем не знакома с той барменшей, Дженнифер?
— Знакома. Она клевая. Она присматривала за мной, а теперь — за моими братьями. А что?
Дин длинно выдохнул:
— Эмм… ничего. Я просто…
— Как ты любишь отдыхать?
— Отдыхать?
— Да, Дин, отдыхать, — не сдержался Сэм. — Слово из восьми букв. Означает «проводить свободное от работы время».
— Спасибо, мистер Гугл, — пробормотал Дин. — Я… ну… слушаю музыку.
Девушка в очередной раз закатила глаза:
— Ну есте-е-ественно. Ты ведь за этим и пришел в «Парковка сзади». Знаешь, а я в прошлом году была на концерте «Jethro Tull» в «Карнеги-холл»[74]. Они просто отжига-а-ли!
Дин нахмурился:
— Они все еще вместе?
— Ну конечно! Йену Андерсону уже, должно быть, лет двести, а он скачет по сцене, как…
И тут словно из ниоткуда возник Манфред:
— Что, Дин? Надоела тебе моя племяшка?
67
… они встретили в Небраске — отсылка к серии 1-12 «Вера».
68
… Дин видел в больнице после аварии — отсылка к серии 2-01 «Пока я умирал»
69
Демон из самолета — отсылка к серии 1-04 «Призрачный странник».
70
… втирала Дину демон перекрестка — отсылка к серии 2-08 «Блюз о перекрестке»
71
Мильтон, Джон — английский поэт, политический деятель, мыслитель.
72
кальвинисты — последователи кальвинизма, одного из направлений протестантизма.
73
Жан-Поль Сартр — французский философ, писатель, драматург и эссеист.
74
«Карнеги-холл» — концертный зал в Нью-Йорке.