По иронии судьбы Япония «оплатила» Америке за картофельную моль своим национальным, небольшим металлически-зеленым жучком. Впервые его обнаружили в 1916 году в Нью-Джерси на цветочном участке площадью всего 0,5 гектара. Попал он туда из Японии вместе с семенным материалом ирисов, азалий и не канул в море, а захватил к 1941 году территорию в 50 тысяч квадратных километров, повреждая плоды семечковых и косточковых культур, а также листья декоративных и цветочных растений. А его американизированные «бэби» — личинки — начали грызть и жевать не американскую жвачку, а корни выращиваемых растений. И стоит этот японский жук Америке ежегодно 10 миллионов долларов. В такую сумму оцениваются убытки, наносимые ярко-зеленым «щеголем» из далекой Японии.
В 1960 году японский жук выявлен в нашей стране, в Ботаническом саду Академии наук СССР. Прибыл он к нам вместе с саженцами не из своей первоначальной родины, а из США.
В Европе продолжается экспансия белой американки. Так прозвали здесь белую американскую бабочку — коренную жительницу Северной Америки от Атлантического до Тихого океана. В Европе впервые ее задержали на острове Чапель близ Будапешта в 1940 году, а к 1948 году от нее страдала вся Венгрия. В 1947–1951 годах белая американка тихой сапой осуществляет захват Чехословакии, Югославии, Румынии и Австрии. Несмотря на все принимаемые меры предосторожности и контроля, она внедряется во Франции; Италии и Турции. В 1952 году белая американская «бестия» объявляется в нашей стране, в Закарпатской области, а в последние годы следы ее тайной деятельности обнаружены по всей южной Украине, во многих районах Молдавии и Северного Кавказа.
Для прожорливой «американки» европейская кухня оказалась более приемлемой, чем американская. Если на родине в ее меню входило 120 видов растений, то в Европе ее гастрономические потребности удовлетворяют 234 вида растений, в том числе более 30 видов плодово-ягодных культур. Из такого богатого меню обжора предпочитает шелковицу, яблоню и ясенолистый клен.
«Американка» чертовски плодовита: самка откладывает 1–1,5 тысячи яиц, кучами по 400–500 штук. Гусеницы, вышедшие из одной кладки, способны полностью оголить 15-летнее дерево из '234 видов кормовых растений ее рациона.
Если в Европе бесчинствует белая «американка», то в Америке — ее европейская кузина — бабочка непарный шелкопряд, которая по многоядности
и плодовитости превосходит свою американскую родственницу. Как кормовые растения, на которых может столоваться непарница, отмечен 501 вид лесных, садовых и полевых растений, где одна самка сеет до 1,9 тысячи яиц. На этот раз Новому Свету медвежью услугу оказал американский естествоиспытатель Л. Трувело, мечтавший совершить переворот в шелководстве. Это он (в надежде скрестить непарного шелкопряда с тутовым и получить всеядное потомство и тем самым продвинуть шелководство далеко на север) завез яйца европейского вредителя, вывел из них гусениц и случайно выпустил часть из них в маленьком городке Медфорд в штате Массачусетс. Из лаборатории гусеницы были унесены в одно мгновенье порывом ветра через открытое окно. Профессор забил тревогу на всю Америку, но было уже поздно — ищи ветра в поле. Обманчивая надежда человечества! В этом конкретном случае ты «подарила» Америке непарного шелкопряда — врага «первой десятки» из списка особо опасных насекомых. На борьбу с этим вредителем в США уже истрачено 90 миллионов долларов, но воз и ныне там — пришелец из Франции будто кот Васька: слушает да ест. Так ведет себя непарный шелкопряд не только в Америке, но и во всем мире. Например, в 1959 году он, за короткое время увеличив свою численность в миллионы раз, оголил подмосковные леса. Вернее, листву сожрали его волосатые гусеницы. Кроме того, разметав по местности свои ломкие длинные волоски, они вызвали массовую аллергию у населения. Тогда в подмосковных лесах было собрано и уничтожено примерно 60 тонн яиц непарного шелкопряда при массе 1 яйца около 1 миллиграмма.
Каждое вторжение шестиногих пришельцев из чужих стран читается как приключенческая повесть. Но от этого нам не легче. Специалисты карантинной службы должны быть всегда начеку — шестиногие враги не дремлют. Специалистам ежедневно приходится искать насекомых-контрабандистов в огромном потоке пассажиров и товаров, прибывающих в нашу страну. Служба у них такая, трудная, нудная, но необходимая.
СЕЯТЕЛИ НЕДУГОВ
![Не просто букашки i_062.jpg](https://litlife.club/books/190478/read/images/i_062.jpg)
Заразные болезни эпидемиями время от времени проносятся над планетой, унося тысячи и миллионы человеческих жизней, создавая тяжелые ситуации и принося мировую скорбь. К сожалению, они дают о себе знать и поныне. Возбудителей многих быстро распространяющихся и охватывающих целые регионы и континенты заразных болезней передают некоторые насекомые.
Представьте себе, в канун нового, XXI века, казалось бы, во времена всего достижимого, ежегодно только от одной малярии умирает около 20 миллионов человек. В историческом отношении лишь миг назад, в 1964 году, на земном шаре малярией болели 600 миллионов людей — примерно 1/5 населения Земли, в тот период преимущественно в Юго-Восточной Азии, Африке и Южной Америке. И это происходило несмотря на то, что против малярии вот уже, свыше 70 лет ведется планомерная, согласованная в мировом масштабе борьба. В борьбе против малярии участвуют 85 стран с населением около 800 миллионов жителей. С 1963 года 61 страна находится на пороге искоренения этого заболевания, а 24 государства пытаются спасти своих граждан от лихорадки малярии. Малярия, как массовая болезнь, ликвидирована в Европе и Северной Америке, но она продолжает косить людей на других континентах.
Испытывала малярия на прочность и Советскую власть, особенно в первые годы после Великой Октябрьской социалистической революции. В 1919–1922 годах на территории нашей страны буйствовала одна из самых страшных в истории Европы эпидемий этой болезни. О размахе и разгуле ее говорят такие цифры о выявленных случаях больных: 553 470 в 1919 году, 12 500 000 — в 1921 и 1922 годах. Малярия в эти годы унесла в нашей стране 60 000 человеческих жизней. Но многострадальная Родина сумела преодолеть и эту напасть, организовав одну из самых крупных и мощных сетей противомалярийной борьбы. Так, если до установления Советской власти на территории страны существовала всего лишь одна-единственная противомалярийная станция в Батуми, то в 1940 году успешно работали 1236 станций и 1700 пунктов по борьбе с малярией. В 1930–1958 годах в Советском Союзе малярия как массовое заболевание была ликвидирована.
Возбудителей малярии от больных людей к здоровым переносят малярийные комары-анофелесы. Их не так уж и много, около 10 видов из 1800 известных в мире кровососущих комаров, но как сеятели смерти они до сих пор держат пальму первенства. Кстати, в нашей стране обитают 82 вида комаров-кровососов, в том числе и обыкновенный малярийный комар. Многие из них не разносят заразу, хотя и кусают отменно. Прежде всего это кусаки-аэдесы и пискуны-кулексы.
Комары как едоки — узкие потребители, изысканные гурманы. Они употребляют только кровь, притом не всякую, а лишь теплокровных позвоночных — птиц и млекопитающих. Соловей или коршун, синица или ворон, мышь, еж, рысь, медведь, человек — все равны перед комарами как поставщики теплой крови. Даже голодных комаров не привлекают своей холодной кровью уж, ящерица, саламандра.
Настоящий комар, в том числе и малярийный, не был бы самим собой без писка. Между прочим, писк возникает в результате работы крыльев во время полета, а его крылья совершают ни много ни мало… до 594 взмахов в секунду. Не секрет, что чем чаще взмах, тем выше по тону звук. Сравните сами: бабочка-капустница делает 5, траурница — 10, глазчатый бражник — 37–40, шмель — 120–140, оса — 165–280 взмахов в секунду. Но непревзойденным умением ловко махать крыльями обладают некровососущие комары-дергуны, или звонцы, которые совершают до 1000 взмахов в секунду. Вот почему голосок у них очень тонкий и звонкий.