Вблизи Крестовых островов экспедиция задержалась на восемь дней. 19 июля трое моряков поднялись на высокий горный берег и увидели, что до самого горизонта голубеет чистая вода. Перетащив по льду лодки, путешественники возобновили плавание. Несколько дней плыли с попутным ветром, не встречая каких-либо препятствий. Льдов не было видно даже на горизонте. Путь на юг был открыт. Яков Гемскерк и его спутники приободрились, считая что самые большие трудности остались позади и что скоро они доберутся до мест, часто посещаемых русскими.
Спустя пять дней экспедиция прибыла в залив Моллера и по случаю ненастной и ветреной погоды укрылась в хорошо защищенной гавани. На скалах, окружавших ее со всех сторон, находился птичий базар. Рискуя поломать руки и ноги, моряки взобрались на утесы и собрали 125 кайр. Яйца в гнездовьях оказались насиженными, и их не трогали.
Скоро погода прояснилась и шлюпки опять вышли в море. Несколько дней плавание проходило при благоприятных условиях. Встречавшиеся полосы льда не задерживали шлюпки. 28 июля миновали Костин Шар, расположенный у юго-западного побережья Новой Земли, и, обогнув мыс Шанца, увидели две русские ладьи и находившихся поблизости от них промышленников.
После тринадцати месяцев плаваний в полярных водах и жизни на пустынной Новой Земле голландцы, наконец, встретили людей. Это была большая радость, окрылявшая верой в благополучный исход путешествия.
Среди встреченных поморов Геррит де-Фер и Яков Гемскерк, участвовавшие в плавании 1595 года, узнали знакомых, с которыми два года назад свела их судьба на берегу острова Вайгач. Русские, узнав, что голландцы потеряли во льдах корабль, сочувственно отнеслись к их горю и поделились запасами своего продовольствия.
Некоторое время поморские ладьи и шлюпки экспедиции Баренца вместе плыли по направлению к Вайгачу, но затем во время неожиданно наплывшего тумана разлучились. Около Вайгача экспедиция была окружена льдами. Пользуясь остановкой, моряки съехали на берег острова, где нашли ложечную траву. Они слышали, что эта трава помогает от цынги, которой страдали все члены экспедиции. Она действительно оказалась драгоценным средством. Ее целебная сила была выше всяких ожиданий, и здоровье моряков от ее употребления заметно поправилось. Однако новая трудность вставала перед ними.
Шлюпки уже пять дней находились в ледовом плену, а между тем запасы продовольствия, рассчитанные до начала августа, приходили к концу. В распоряжении экспедиции оставалось несколько хлебов и кусков сыра. Опасаясь полного истощения сил и смерти от голода, моряки стремились скорее покинуть остров, где невозможно было даже достать пресной воды. Однако попрежнему держался лед, стояла туманная погода. Океан бушевал.
Наконец, в начале августа погода сделалась более сносной, и путешественники возобновили свое плавание. Спустя два дня их снова остановили льды. Мореплаватели рассчитывали, что находятся вблизи Канина Носа, но, встретив поморскую ладью, узнали, что перед ними Печорская губа. Эта ошибка удручающе подействовала на моряков.
„У нас, — пишет Геррит де-Фер, — не оставалось ничего, кроме небольшого количества хлеба. От этого мы были в таком отчаянии, что некоторые предлагали бросить лодки и итти вглубь земли, говоря, что иначе мы погибнем с голоду. Нужда наша росла с каждым днем, и голод был настолько тяжел, что мы с трудом могли переносить его дальше“.
Люди уже не верили, что когда-либо выйдут из осаждавших их льдов и избавятся от туманов, штормов и противных ветров. Некоторые моряки от голода, болезней и холодной ненастной погоды с ветрами и громом, по словам Геррита де-Фера, „потеряли голову и желали смерти“.
Ежедневный паек члена экспедиции состоял немногим более чем из 100 граммов хлеба.
Ничего другого из запасов не оставалось. Воды и той не было вдоволь.
11 августа плавание возобновилось, а на следующий день голландцы увидели русскую ладью. Яков Гемскерк направился к ней на своей шлюпке. Поморы, поняв из знаков капитана, что голландцам нечего есть, дали им более ста рыб и несколько пирогов. Эта готовность русских поделиться своими запасами очень обрадовала всех моряков. Они несколько утолили голод и подкрепили свои силы.
В ночь с 13 на 14 августа был туман, шлюпки голландцев разлучились. На следующий день Геррит де-Фер и Яков Гемскерк у западного берега Чешской губы встретили шесть ладей промышленников. Поморы поделились с голландцами запасами хлеба и объяснили им, что те находятся не у берегов Мурмана, как предполагали, а у восточного побережья Канина Носа.
Однако капитан Яков Гемскерк не поверил русским промышленникам, думая, что они ошибаются. Вскоре путешественники увидели еще одну большую ладью. Пристав к ней, спросили, как далеко до острова Кильдина, лежащего недалеко от Кольского залива, но команда этого
![Виллем Баренц i_005.jpg](https://litlife.club/books/190041/read/images/i_005.jpg)
судна подтвердила, что перед ними еще Канинский полуостров. Моряки не хотели верить. По их расчетам, они давно уже прошли Белое море. Яков Гемскерк приказал ставить паруса и итти в море.
Поморы вскоре убедились, что чужеземцы взяли неправильный курс, и отправили наперерез шлюпке быстроходную небольшую лодку. Управляющие ею промышленники преподнесли голландцам в подарок большой хлеб и пригласили на свою ладью, чтобы подробнее объяснить им путь к берегам Мурмана. Когда поморы по карте показали путешественникам, где они находятся в действительности, их охватила тревога и уныние. Видя, что голландцам вряд ли удастся пересечь горло Белого моря со скудными запасами продовольствия, поморы предложили им три мешка муки, несколько окороков, бочонок меду и большой горшок русского масла.
В этот день впервые за несколько недель моряки сварили себе горячую пищу, состоявшую из мучной каши, приправленной свиным салом, показавшейся им самым вкусным, праздничным блюдом.
Ранним утром 17 августа 1597 года путешественники повстречали еще одно русское судно. Оно шло из Белого моря. Подойдя к шлюпке, промышленники передали морякам большой хлеб и сообщили, что накануне видели другую шлюпку с голландцами и дали ей хлеба, рыбы и других продуктов из своих запасов. Голландцев тронули доброта и благожелательность поморов. „Русские выказали нам большое расположение, поэтому мы расстались с ними с благодарностью, радуясь, что наши товарищи получили от них продовольствие“, — писал Геррит де-Фер.
Это была не последняя дружеская услуга, оказанная русскими промышленниками голландцам.
Путешественники благополучно обогнули Канин Нос и, миновав устье Белого моря, достигли берегов Мурмана. Здесь их тепло и радушно встретили местные жители. Промышленники приютили в своих домах моряков, претерпевших столько страданий и лишений во время странствий по волнам Мурманского моря, накормили их, высушили одежду.
На первой стоянке у берегов Мурмана шлюпка Гемскерка встретилась с меньшей лодкой.
Экспедиция снова была вместе.
Во время плавания к Колу, где голландцы надеялись найти корабли своих соотечественников, они еще много раз прибегали к помощи поморов. Жители Кольского полуострова, лапландцы, помогли им снестись с кораблями, находившимися в Коле. 29 августа один из них доставил Якову Гемскерку письмо от Яна Рийпа, который в прошлом году плавал вместе с Варенцом у берегов Медвежьего острова, а затем направился на север, надеясь этим путем открыть проход в Китай и Индию. Вместо того чтобы искать путь в восточные страны, он вернулся в Голландию и летом 1597 года пришел в Россию с товарами.
Встреча Яна Рийпа и Якова Гемскерка была самая радостная.
18 сентября 1597 года корабль покинул Кольский залив и вдоль берегов Норвегии направился на запад. 1 ноября он отдал якорь в Амстердаме.
В этот же день путешественники предстали перед городским советом в одеяниях, которые они носили на Новой Земле. Бургомистр со своими помощниками подробно
![Виллем Баренц i_006.jpg](https://litlife.club/books/190041/read/images/i_006.jpg)