Через полчаса не осталось никого, кроме слуг, да тихо плакавшей хозяйки. Попрощаться перед уходом с Наерсом, кормившим их много лет, заглянул только подросток, племянник Ювитны. Наручники к этому моменту Змей уже поспешил с хозяина дома снять, и тот сразу устроился рядом с женой на краешке кресла.
Заметив парнишку, Лэни торопливо шагнула вперед, загораживая дознавателя собой, чтобы племянник не заметил свободных рук дознавателя, стискивающих худые плечи супруги, но мальчишка вовсе не обладал ее глазастостью. Сдавленно пробормотал куцую благодарность и помчался догонять родителей.
— Спасибо, можете подождать нас в соседней комнате, — кивнул Змей гвардейцу, зашедшему сообщить, что все уехали и ворота заперты, и взглянул на Арвельда, — кто разберется со слугами?
— Я могу поговорить, — пожал плечами тот и ушел на кухню.
— Наерс, возьми красную пилюлю, — подошла к дознавателю Лэни и, дождавшись, пока он хмуро подцепит из бонбоньерки снадобье, уселась напротив хозяев.
Змей немедленно пододвинул стул, и устроился рядом с женой.
— Ну, можешь уже говорить? — подождав минуту, спросила тихоня дознавателя, но он только горько усмехнулся в ответ. — Понятно, можешь, но не хочешь. Тогда скажу я. Прости, Наерс, но бывают у лекарей случаи, когда никакими зельями или заклинаниями невозможно спасти загнившую руку или ногу пациента, и тогда приходится ее отрезать. Больно конечно, и очень жалко, но другого выхода нет, иначе гниль погубит все тело. У вас было то же самое. Ваши родственники оказались вовсе не нищими, вот тебе список всего, чем владеет каждый из них. Но они предпочитали жить у тебя, и знаешь почему? Тебя многие в королевстве знают, уважают, а нечистые на руку — боятся. И ваши родственники этим пользовались. Оказалось, что достаточно сказать: — я живу в доме Наерса ле Килберо, и торговцы сразу уступают в сделках, а богатые люди покупают никчемные картины твоего шурина. Так что не думай, что устраивали мы этот спектакль ради того, чтобы напугать стаю наглых крыс. В большей мере мы защищали твой авторитет, которым прикрывались эти люди. И делали мы это в интересах короны, пока никто не начал говорить, что ты пригрел шайку мошенников.
— Демонская сила, — Наерс только теперь начал осознавать, насколько она права.
И ведь не то, чтобы офицер не был в курсе таких обыденных вещей, наоборот, отлично все знал. Но вот предположить подобное отношение к себе от просивших приюта родичей, Наерсу как-то не приходило в голову.
— Так что, — непонимающе уставилась на Лэни его жена, — Ная не посадят в тюрьму?
— Ну что вы, госпожа Ювитна, — приветливо улыбнулся ей Дагорд, — ваш муж отличный дознаватель и мой первый заместитель. Поэтому мы и пытаемся помочь ему разобраться с проблемами.
— А они не начнут везде рассказывать что его выгнали? — засомневалась хозяйка, оглянувшись на дверь.
— Им это очень невыгодно, — едко усмехнулась Лэни, — именно поэтому они будут молчать до конца.
— Слуги все поняли, — вернулся в гостиную Арвельд, — и сейчас объявят свое решение.
— А с ними что? — решился спросить дознаватель.
— Я объясню, — спокойно кивнул Дагорд, — но сначала поговорим насчет твоего дома. Ты живешь далековато от дворца, Наерс, и охранников в последнее время не нанимаешь… и мы понимаем, почему. Но это недопустимое пренебрежение правилами безопасности, и потому я привез подписанный Олтерном указ.
Он достал из шкатулки скрученный в трубку и запечатанный печатью герцога Эфройского лист бумаги и подал дознавателю.
— Святые духи, — ошарашенно потер тот ладонью лоб, пробежав глазами указ, — вот это сюрприз. А посмотреть мы можем?
— Конечно, — открыто улыбнулась Эста, — для того мы и приехали в большой карете. Можете сразу взять самые ценные вещи, на случай, если понравится.
— Что понравится, Най? — робко теребила дознавателя жена.
— Это указ… — подал он ей лист, — по которому мы можем обменять свой дом на особняк в западной части Датрона, неподалеку от дворца. Тут три адреса, можно выбрать. Ты ведь мечтала?
И только произнеся эти слова, Наерс сообразил, что об этой мечте Ювитны было известно не только ему. Как-то раз она высказала ее при родичах, и с тех пор они частенько подшучивали над хозяйкой. Выходит, Змей не просто так пошел за указом к господину, он сам или его жена заранее выяснили, что именно утешит Юви?!
— Демонская сила… — охнул Наерс и поднял посветлевший взгляд на командира, — прости, Дагорд… я был неправ.
— Пустяки, — засмеялся тот, а Арвельд с Лэни облегченно вздохнули, идея Тмирны и в самом деле оказалась отличной.
Глава двадцать четвертая
Отказать себе в удовольствии посмотреть на то, как освободившиеся от прихлебал супруги будут выбирать себе дом, не захотел никто. Даже Арвельд, вздыхавший о том, что его ждут вызванные на беседу новые хозяева когда-то мятежных поместий. Многие из амнистированных согласились на компенсацию или те дома и поместья, какие имелись в собственности короны, и даже не поминали утраченное, торопясь поскорее окунуться в нормальную жизнь и забыть все прошедшее.
Но некоторые, особенно хозяева замков и старинных домов, желали жить только в выстроенных предками стенах, и с их делами приходилось работать очень много. Хорошо, что было таких всего несколько человек.
— А что с нашими слугами? — вспомнил Наерс, когда карета проехала почти половину пути.
Теперь ее сопровождали только два гвардейца, остальных Змей оставил караулить дом дознавателя, справедливо предполагая, что его родичи попытаются если не вернуться за каким-то добром, то хотя бы подсмотреть, что там происходит.
— Я их рассчитал, и выдал жалованье и премию, — спокойно сообщил Арвельд, — и объяснил, что их хозяин переезжает в новый, более солидный дом. Но тем из них, кто настолько уважает хозяев, что не желает расставаться и считает, что сможет работать на новом месте, будет устроена проверка. И кто на нее согласен, может сообщить это оставшимся в доме гвардейцам.
— Я бы взяла свою служанку, Хиту, — робко произнесла госпожа Ювитна, — она не бросила нас, когда ушли другие слуги и всегда старалась подсунуть Наю кусочек получше.
— Хорошо, — серьезно кивнула Эста, — если она захочет у вас работать, это мы учтем. Но в тот доме, который вы выберете, уже наняли несколько слуг, и Наерс знает, как их выбирают.
— Спасибо, — Наерс отлично понял, что друзья постарались убрать от него тех людей, кто каждый день наблюдал за унижением хозяев дома, ведь слуги видят больше, чем они сами, — я вам очень признателен… и могу твердо сказать, отныне в моем доме не будут жить никакие родственники. И даже в качестве гостей никого из тех, что сегодня так быстро сбежали, не найдя для нас ни одного слова утешения или благодарности, видеть не желаю. Поняла, Юви?
— Конечно, — женщина смахнула невольную слезинку, — я так от них устала.
— Куда поворачиваем? — поторопилась отвлечь супругов от грустных мыслей Лэни, — к тому дому, что ближе к дворцу, или начнем с дальнего?
— А ты как считаешь? — Наерс помнил, что имеет право говорить графине «ты», когда она в одном из своих рабочих обликов.
— Если откровенно, — довольно улыбнулась тихоня, такое обращение показывало, что Наерс передумал вычеркивать их из числа друзей, — то мне нравится тот, что ближе к дворцу. Хотя он и меньше других, но более удобно построен и надежнее защищен. Да и сад при нем очень хорош.
— Тогда едем туда, — решил дознаватель, втайне надеясь, что Ювитне этот дом понравится и им не придется долго выбирать.
Как только разрешились личные невзгоды, офицеру живо припомнилось, сколько неоконченных дел и не разобранных донесений он оставил в своем кабинете.
Однако едва карета свернула к гостеприимно распахнутым воротам, в душе Наерса возникли первые подозрения, очень быстро превратившиеся в уверенность. И теперь он точно знал, что не поедет смотреть никакой другой дом.