С лета 1974 г. началось постепенное полевение Эфиопии. Постепенно к власти пришли группы офицеров с прокоммунистическими взглядами. 12 сентября 1974 г. группа военных арестовала императора. А в августе 1975 г. военные объявили, что Хайле Селассие умер. По одной из версий, его задушили подушкой, а тело захоронили под полом его собственного туалета.
3 февраля 1977 г. подполковник Менгисту Хайле Мариам, устранив соперника, стал неограниченным правителем Эфиопии.
В мае 1977 г., во время официального визита в Москву, Менгисту Хайле Мариам в обмен на военную помощь обещал предоставить СССР в качестве военно-морской базы эфиопский порт Массауа.
Правительство СССР и руководство ВМФ были крайне довольны подобным предложением, особенно с учетом потери баз в Сомали. Их не смутило то, что эфиопская армия с 1962 г. вела боевые действия с эритрейскими сепаратистами.
Однако именно близость порта Массауа к району боев с сепаратистами заставила Москву отказаться от его использования. Второй по значению эфиопский порт Асэб был еще ближе к Баб-эль-мандебскому проливу, но мал и буквально забит грузовыми судами.
Поэтому советские военные выбрали местом для базирования архипелаг Дахлак на подходах к порту Массауа.
Архипелаг Дахлак располагается в юго-западной части Красного моря недалеко от города Массауа. Считается, что название архипелага происходит от арабского «Dah'ala», которое переводится как «ворота ада». Архипелаг составляют два крупных (Дахлак Кебир, около 750 кв. км, и Нора, около 130 кв. км) и 124 небольших острова. Только четыре острова архипелага имели постоянное население.
В силу удаленности от своих портов советские корабли в Индийском океане остро нуждались хоть в какой-то базе.
В 1978 г. на основании межправительственных соглашений на острове Нокра в архипелаге Дахлак был создан пункт материально-технического обеспечения (933-й ПМТО, в/ч 90245). Плавучий док ПД-66 подъемной силой в 8,5 тыс. т, выведенный в ноябре 1977 г. из Берберы (Сомали) в Аден, был приведен в первой половине 1978 г. на остров Нокра (архипелаг Дахлак) и установлен в самом начале бухты Губейт-Мус Нефит острова Нокра на бетонные блоки, так называемые «мертвые якоря».
Затем на базу стали прибывать вспомогательные суда и корабли для обеспечения ее функционирования. В том же 1978 году с Черноморского флота прибыли морской водоналивной транспорт МВТ-23 пр. 1844В и мощный буксир пр. 745 МБ-304, построенный на Ярославском судостроительном заводе и введенные в строй в июле 1977 г.
В 1980 г. отдельный мобильный инженерный батальон (ОМИБ) Черноморского флота соорудил пункт маневренного базирования, установив два плавпричала с системами электро- и водоснабжения. ПМТО теперь стал принимать вид небольшой базы. Функционировали причалы, в том числе два плавучих, плавмастерская (они периодически менялись), судоремонтная база, хранилища топлива и воды, склады, вертолетная площадка, социальная инфраструктура.
Помимо плавучего дока на базе постоянно базировалось приведенные из состава Черноморского флота суда: морской водоналивной транспорт МВТ-23 пр. 1844В, прибывший в 1978 г., судно-хранилище (плавучий склад) СХ-16 пр. 814, рейдовый буксир РБ-225 пр. 737К. На вспомогательных судах постоянного базирования обслуживавшие их экипажи периодически менялись. В 1981—1984 гг. на базе находились гражданские экипажи из состава 31-й бригады судов обеспечения Тихоокеанского флота (в/ч 31085). Кроме того, на базе постоянно базировался ряд кораблей и судов вспомогательного флота (плавмастерские, плавбазы, морские буксиры, водолазные суда, противопожарные катера), обслуживавших базу и корабли эскадры, но они периодически сменялись. Воду и топливо доставляли танкеры, несшие в этом районе боевую службу, в том числе «Иман» Черноморского флота, «Олекма» и «Шексна» с Балтики, тихоокеанские «Алатырь», «Борис Бутома». Грузы доставляли транспорты «Армения» (порт приписки Находка), «Карадаг» (Керчь), «Уфа» (Севастополь), «Василий Головнин» (Севастополь).
Уделялось внимание и обеспечению безопасности базы. Для охраны ПМТО в феврале 1980 г. на базу на БДК «Николай Вилков» Тихоокеанского флота были доставлены десантники с двумя ЗСУ-23—4 «Шилка» и взвод охраны на БТР-60ПБ. В дальнейшем морские пехотинцы с Тихоокеанского или Черноморского флота периодически примерно раз в полгода сменяли друг друга. Для их доставки и обеспечения здесь находились десантные и танко-десантные корабли. При этом десантные корабли не стояли постоянно на ПМТО, а, высадив боевую десантную группу, выполняли задачи боевой службы в составе 8-й оперативной эскадры, периодически заходя на базу.
Летом—осенью 1980 г. БДК «Иван Рогов» находился на базе во время визита Главкома ВМФ СССР. В декабре 1980—1981 гг. там был БДК «Томский комсомолец», доставивший очередную бригаду десантников, в 1981 г. — БДК «Крымский комсомолец» ЧФ и «Иван Рогов», в 1981 г. — начале 1982 г. — БДК «Сергей Лазо», в 1982 г. — БДК «50 лет шефства ВЛКСМ» (в марте он доставил из Владивостока до острова Сокотра три сменных гражданских экипажа в/ч 31085 для МВТ-23, РБ-225 и МУС, от Сокотры до Нокры они добирались на БМРТ «Акустик», а в декабре, возвращаясь в Союз, вез дембелей), в 1983 г. — БДК «Николай Вилков», в 1985—1986 гг. — БДК-101, в июле 1986 г. — БДК «50 лет шефства ВЛКСМ», осенью 1988 г. — ТДК, прибывший с базы на острове Русский, сменил на БДК; во второй половине 1989 г. тихоокеанские БДК с бортовыми номерами 077 и 079 сменяли друг друга, с 9 февраля по 13 июня 1990 г. — БДК-50, с июня по декабрь 1990 г. — БДК-14, с декабря 1990 г. по февраль 1991 г. — БДК-101.
С февраля 1985 г. и до оставления базы боевые группы ПДСС ОВР ЧФ, сменяя друг друга каждые 9—10 месяцев, вели противодиверсионное обеспечение ПМТО. А для защиты базы от флота сепаратистов с июня 1988 г. и до ухода в феврале 1991 г. на острове Нокра постоянно базировался один артиллерийский катер.
933-й ПМТО регулярно посещали советские атомные подводные лодки. Так, в 1980—1981 гг. там побывали АЛЛ К-175 и К-204 (пр. 675, вооруженные 8 крылатыми ракетами П-6), а осенью 1981 г. заходила АЛЛ пр. 670 К-43, вооруженная 8 ракетами «Аметист». В 1982 г. заходили К-204 (пр. 675) и К-247 (пр. 671РТМ). В 1984 г. заходили К-325 (пр. 675), а в сентябре 1985 г. — К-105 (пр. 675). Все эти подводных лодки находились в составе Тихоокеанского флота.
Но с февраля 1979 г. по 1981 г. в 933-й ПМТО заходили и лодки Северного флота. Так, осенью 1980 г. там на АЛЛ пр. 671 К-369 проводились ремонтные работы после того, как подлодка в надводном положении своими выдвижными устройствами ударила под надстройку танкера «Ахтуба» (бывший «Пекин») Северного флота. В 1981 г. К-513 пр. 671РТ Северного флота во время шестимесячной боевой службы в районе Красного моря через три месяца после начала похода в пункте базирования на острове Дахлак произвела замену экипажей. Экипаж под командованием капитана 1-го ранга В.А. Масалова вернулся в СССР на борту БДК «Иван Рогов».
При обслуживании атомных подводных лодок произошло несколько инцидентов, которые усложняли работу базы. Так, в 1981—1982 гг. при очередной швартовке атомной подводной лодки затонул прямо посредине бухты буксир РБ-95. Лодка дала ход и потянула за швартовые концы корму буксира, корма ушла под воду и соответственно буксир тоже, экипаж успел прыгнуть за борт. Через сутки при помощи тросов и якорей БДК буксир подняли до уровня поверхности воды и завели на стапель плавдока. Весь экипаж 15 дней чистил, разбирал и собирал все узлы буксира.
29 сентября 1985 г. произошла другая авария. На атомной подлодке К-175 при проведении ППО и ППР в пункте маневренного базирования из-за неправильных действий личного состава произошла разгерметизация активных зон реакторов, что привело к резкому ухудшению радиационной обстановки в реакторном отсеке. Была сброшена аварийная защита обоих реакторов. Обеспечение К-175 электроэнергией производилось от дизельгенератора и судов обеспечения. В результате аварии пострадали 137 человек. Контроль в районе аварии проводили еще несколько лет, при этом не раскрывая факта аварии. Старшина радиохимиков плавбазы «Иван Колышкин» Циганий Алексей Иванович, участвовавший в этом в мае 1988 г. и марте 1989 г., вспоминал: «Мы как радиохимики отобрали порядка 10 проб земли, растений, воды. И когда провели обследование, то обнаружили слабые следы радиоизотопов йода и стронция, характерные для атомного реактора, потому что искали мы совсем другое, об аварии на тот момент мы не знали и когда брали пробы, нам сказали что, возможно, французы в войне в Чаде использовали тактические ядерные заряды, и следы их использования мы искали. Такие же исследования мы провели в марте, когда шли обратно»[152].
152
Материалы сайта: http://alerozin.narod.ru/red.htm