Старейшей крепостью, предназначавшейся для противодействия казакам, которые приходили на Босфор, являлся замок Анадолухисары (Анадолухисар, Анатолихисар), или в переводе «Анатолийская крепость (Анатолийский замок)»[275]. Крепость первоначально называлась Гюзельхисары (Гюзельхисар) — «Прекрасной крепостью»; именовали ее и Гюзельчехисары (Гюзельчехисар) — «Красивенькой крепостью», как полагают, из-за изящества ее архитектуры.
Укрепление было возведено султаном Баезидом I Иилдырымом (Молниеносным) для наблюдения за Босфором в 1396 г. при подготовке к первой осаде Константинополя, на развалинах греческого храма Юпитера, и обновлено Мехмедом II в 1452 г.[276]. Замок размещался на азиатском берегу пролива, в устье речки Гёкдере, на прибрежных скалах мыса. Это место Босфора считалось самым узким[277], и там, по преданию, переправлялись через пролив армия персидского царя Дария, готы, печенеги, крестоносцы и турецкие войска.
Эвлия Челеби описывал Анадолухисары как очень небольшую крепость, однако имевшую в окружности 1 тыс. шагов, с воротами, открывавшимися к западу, и гарнизоном, состоявшим из 200 тимариотов[278]. У крепости имелось пять башен: средняя большая четырехугольная и по бокам четыре малые круглые. Большую называли Каракуле (Черной башней) и использовали для содержания в жестоких условиях военнопленных и политических преступников, многие из которых там и погибали. От этой башни и весь замок иногда именовали «Черным замком». В нем, как сказано в описании Османской империи 1703 г., «было… 9 пушек, ныне прибавлено 13». Они обстреливали пролив и были направлены против того места, где потом соорудили Румелихисары.
Чтобы перекрыть Босфор и тем самым блокировать Константинополь с севера, Мехмед II в 1451 г. принял решение построить вторую крепость — теперь уже на европейском берегу пролива, напротив Анадолухисары, близ местечка Асоматы, где располагались византийские тюрьмы (Башни Лета и Забвения), разрушенные по приказу османского правителя[279]. Согнанные с разных концов мастера по строительству крепостных сооружений и 5—6 тыс. работных людей под руководством великого везира Халил-паши и под личным наблюдением султана в апреле 1452 г. начали и через четыре с половиной месяца закончили сооружение крепости[280]. Византийский император Константин XI, узнав о ее строительстве, предлагал Мехмеду II мир на любых условиях, но тот требовал сдать столицу; послы Константина, протестовавшие против строительства, были обезглавлены.
Первоначально крепость получила характерное название Богазкесен — «Перерезающая пролив», или «Перерезающая горло»[281]. Впоследствии ее стали называть Румелихисары (Румелихисар), т.е. «Румелийской крепостью (Румелийским замком)»[282]. Кроме того, укрепление именовали по-гречески Неон-Кастроном и по-турецки Енихисары — «Новой крепостью», какой она являлась в сравнении с расположенной напротив нее[283].
Енджей Тарановский, коморник польского короля, ездивший в Стамбул в 1569 г., называл крепость Карауссаром (Карахисаром) — «Черным замком», т.е. использовал то же название, что применялось к Анадолухисары, и замечал, что в этом замке находились в заключении видные христианские пленники. О Румелихисары как тюрьме говорят и другие источники, например «Книга путешествия» Эвлии Челеби. В эту Крепость бросали и там казнили мятежных янычар, и там же в 1638 г. задушили, а затем сбросили в море патриарха Кирилла Лукариса[284].
«Это была, — пишет Джелал Эссад-бей, — одна из самых грозных крепостей своего времени». Она располагалась на мысу, на высоких скалах (по словам П.А. Толстого, «на двух горах»), имела форму неправильного пятиугольника, окружность, согласно Эвлии Челеби, в 6 тыс. шагов, в XVII в. внутри 180 домов, прилепившихся к скалам «подобно ласточкиным гнездам», и изначально крепчайшие стены толщиной почти в 10 м и высотой в 40 локтей[285], снабженные бойницами. Ворот было трое: северные (верхние), нижние, открывавшиеся к Стамбулу, и третьи, всегда закрытые, с окованным железом окном.
Стены увенчивались тремя огромными высокими круглыми башнями, которые, по Эвлии, имели в высоту 80 локтей. Всего же башен вместе с малыми насчитывалось 60. На сооружение башен и стен пошел камень из окрестных христианских церквей и монастырей, которые приказал разрушить Мехмед II. Ближайшая к проливу башня получила название «Башни Халил-паши», и на нее водрузили пушки очень большого калибра, способные стрелять каменными ядрами весом в 600 фунтов. П.А. Толстой отмечал, что в его время в крепости «было 10 пушек, ныне прибавлено 8». А вообще, как писал русский пленник второй половины XVII в., в Румелихисары и Анадолухисары имелось орудий «великих и малых зело многа». Эвлия указывал, что на стенах румелийского замка стояло 105 пушек, не считая больших орудий. «Диздар (комендант. — В.К.) и триста человек гарнизона, — свидетельствовал этот современник, — несут стражу днем и ночью»[286].
С завершением строительства Румелихисары обе босфорские крепости, которые в Турции, а затем и за рубежом стали называть «Башнями Черного моря», перекрыли пролив и, совершенно прекратив подвоз с названного моря хлеба и другого продовольствия в Константинополь, блокировали великий город. Это и явилось одной из главных предпосылок его падения в 1453 г.
В Османском государстве долго считали, что две крепости надежно защищают Стамбул от вторжения любого гипотетического неприятеля с Черного моря и прочно закрывают выход в Средиземное море. Так же полагали и в Западной Европе, о чем говорит приводившееся нами утверждение Л. де Курменена, что не будь этих замков, казаки дошли бы до константинопольского порта. Однако печальный для османского командования опыт показал, что Румелихисары и Анадолухисары не имели возможности удержать казаков, которые приходили и в Золотой Рог.
Оба замка, «грозные когда-то… командовавшие Босфором и метавшие… каменные ядра целым дождем», страшные для кораблей XV в. и, может быть, для крупных судов даже и XVII в., оказались гораздо менее опасны для меньших по размерам, быстроходных и увертливых казачьих чаек и стругов. Замки имели и еще один кардинальный недостаток с точки зрения обороны Босфора: расположенные даже не в его центре, если иметь в виду длину пролива, а ближе к столице, они, естественно, оставляли абсолютно беззащитными всю северную и вообще наибольшую часть этой водной артерии и соответствующие поселения на ее берегах.
Что же касается прохождения казачьих судов мимо крепостей, то причина заключалась в состоянии и возможностях артиллерии того времени. Хотя Эвлия Челеби уверял, что каждая пушка сооруженного позже замка Анадолукавагы стреляла на 10 миль, это совершенно не отвечало действительности. Дальность стрельбы из корабельных орудий большого калибра, бывшая в XVI в. очень небольшой и не превышавшей 150 или даже 120 м, к середине XVII в. увеличилась до 300 м, а из пушек береговых батарей — и несколько больше. Но при этом эффективная дальность была меньше общей приблизительно на треть, а подчас и на две трети. Кроме того, крайне малой была и меткость пушечной стрельбы: попадания в цель на пределе дальности являлись редкими или вовсе случайными.
Таким образом, учитывая расстояния между Румелихисары и Анадолухисары в 857,7 м и между позднейшими Румеликавагы и Анадолукавагы в 842,8 м, мы заключаем, что орудия этих крепостей едва перекрывали всю ширину пролива со слабой результативностью выстрелов по судам, которые проходили его серединой. Босфор стал перекрываться выстрелами по всей его длине только в XIX в., после устройства многих современных береговых батарей.
275
Иногда переводят и как «Восточная, или Азиатская крепость».
276
Основание Анадолухисары приписывают также Мехмеду I, Муаду II и Мехмеду II.
277
Многие считают так и в настоящее время. Согласно одному из описаний Босфора XIX в., между Анадолухисары и Румелихисары 402 русских сажени (857,7 м), между Румеликавагы и Анадолукавагы 395 саженей (842,8 м), а самое узкое место между Делитальяном и Юхой — 281 сажень (599,5 м).
278
Тимариоты — владельцы военных ленов (тимаров), служившие со своими джебели («латниками»), воинами ополчения, которые находились на обеспечении владельцев.
279
Согласно Джелалу Эссад-бею, там стояла генуэзская крепость.
280
У Й. фон Хаммера ошибочно указано, что крепость построена в 1451 г. за три месяца.
281
Название переводят также как «Разрезающая пролив», «Закрывающая пролив», «Преграждающая пролив»; эти определения даются и в мужском роде, если имеется в виду замок, а не крепость.
282
Иногда переводят как «Греческая, или Европейская крепость».
283
К.М. Кортепетер ошибается, считая, что Енихисары — это Анадолухисары и что последнюю крепость построил Мурад II.
284
Вообще все четыре крепости Босфора — Анадолухисары, Румелихисары и позднее Анадолукавагы и Румеликавагы — использовались в качестве мест заточения. «Эти укрепления, — отмечал в 1672 г. Ж. Шарлей, — служат тюрьмами для военнопленных и для знатных людей, которых хотят принудить к каким-либо услугам».
285
Локоть (зира) в Стамбуле равнялся 68,6 см.
286
Подробнее о Румелихисары см.: 202; 591.